Сладость обольщения - Диана Гамильтон

Молли сгорала от нетерпения что-то сообщить и, как обычно, тут же выпалила:

— А где ваше кольцо? Оно, наверное, слишком ценное, чтобы носить его на работе? — Она стояла руки в боки, широко улыбаясь. — Не удивительно, что вы не замечали, как Джейк Престон уже полгода умирает от любви к вам. Вы поймали рыбку покрупнее!

— Что? — Челси была поглощена сложными финансовыми подсчетами и рассеянно взглянула на Молли.

Секретарша скорчила гримасу.

— Не притворяйтесь — это уже никакой не секрет. — Она поспешно вышла, а через минуту вернулась и сунула Челси под нос сложенную газету. — Как говорит моя бабушка, не надо верить и половине того, что здесь написано, но попробуйте отрицать вот это!

Конечно, отрицать можно, подумала Челси, и внутри у нее все похолодело. Но скажи, что это не так, и злоба Майлза навсегда разрушит твои надежды на повышение.

На фотографии Челси не сводила глаз с огромного Куина, и вид у нее был как у влюбленной дурочки. Просто отвратительно! А прочитав заголовок, она почувствовала себя так, будто ее выпотрошили: «Ювелирный магнат наконец-то на крючке!»

Молли между тем продолжала:

— Не буду притворяться: я умираю от зависти. Оставляю вас праздновать победу, и пейте кофе, пока не остыл.

Челси не могла произнести ни слова и сидела, уставившись в газету, не веря своим глазам. Этого следовало ожидать — на приеме было полно репортеров, и ни один из них не пренебрег бы подобной сенсацией. Но неужели Куин, беспечный, обаятельный бездельник-плейбой, — в самом деле легендарный магнат? Или это просто выдумка репортеров?

Все еще не веря в это, она заставила себя внимательно прочесть сопровождавшую снимок заметку.

«Убежденный холостяк, миллиардер Куин Райдер, глава всемирно известной компании» Рейдер-Джем «, наконец покорился судьбе в образе очаровательной Челси Вайнер, объявив вчера вечером о помолвке с ней на приеме по случаю представления новой» Манхэттенской» коллекции изысканных ювелирных украшений «.

Застонав, Челси сжала голову руками. Как она могла подбежать к легендарному главе «Райдер-Джем» и как ни в чем не бывало попросить его сыграть роль своего жениха? Как? Даже подумать страшно. Но что еще хуже: она назвала его ничтожеством, живущим на чужой счет, бездельником или еще чем-то в этом роде. Никогда больше не станет она доверять своему мнению, если оно основано только на внешности и сплетнях!

К счастью, резкий телефонный звонок прервал ее мысли. Она быстро произнесла:

— Челси Вайнер. Чем могу быть полезна? Она подумала, что случилось что-то в отделе и это хоть немного отвлечет ее.

— Держу, пари, можете!

Она узнала чуть насмешливую интонацию Куина Райдера и съежилась от страха. Вот уж с кем не хотелось сейчас говорить; сперва надо было переварить то, что она натворила, а уж потом извиняться.

— Для начала приглашаю вас на ленч, — продолжал он, не замечая молчания на другом конце провода.

— Простите, — процедила сквозь зубы Челси. С такими предложениями она умела справляться: отказываясь от свиданий, она всегда ссылалась на загруженность работой. И сейчас поступит так же: она еще не была готова к встрече с ним, хотя и собиралась принести извинения. — Я действительно не могу выкроить время — слишком много дел.

Как глава международной ювелирной компании он, разумеется, знает, что дела — в первую очередь. Но возможно, уже сегодня вечером, сообразив наконец, что ему сказать, она посетит пентхаус, попросит прощения и удалится. И с этой странной историей будет покончено.

Но Куин ленивым голосом, будто утомился, слушая ее, сказал:

— Заеду за вами через полчаса.

— Об этом не может быть и речи, — отрезала Челси.

Пусть он не плейбой, как она предполагала раньше, но это не дает ему права вести себя так, словно ее работа не имеет никакого значения. Мысль о покаянии улетучилась, едва он с раздражением произнес:

— Полагаю, вы читали утренние газеты?

Значит, понимаете, что нам надо многое обсудить.

В его голосе звучала уже и злость. Он ведь один из самых завидных женихов, не удивительно, что объявление о помолвке произвело такую сенсацию. А он добавил:

— Мое главное управление с утра осаждают толпы репортеров, а мама и обе сестры начали звонить, когда я еще завтракал.

Челси закусила губу и застонала. Он был в ярости, и она это могла понять. То, что вначале выглядело как невинный обман, всего несколько слов, чтобы отвадить Майлза, закончилось газетной сенсацией. Конечно, она не знала, кто он, и не могла предположить, что обман получит такое продолжение, но Куин думал о другом — о возможных неприятностях для него самого и его семьи, когда прессе станет известно, что свадьба не состоится.

— Повторяю, будьте готовы, — резко закончил он и положил трубку.

Челси скорчила недовольную гримасу и с неохотой покорилась неизбежному.

Они выехали за город и позавтракали в роскошном ресторане на берегу Темзы, на террасе, овеваемые приятным ветерком с реки.

— Простите меня за все, — сказала Челси, как только Куин усадил ее в машину, и добавила, чтобы покончить с этим:

— Приношу свои искренние извинения. Мне не следовало…

Но слова замерли у нее на губах, когда он повернулся к ней и, посмотрев долгим, ничего не выражающим взглядом, произнес:

— Вам есть за что извиняться.

Она покраснела и, кипя от злости, уставилась на идущие мимо машины. Ей и так было нелегко признавать свою вину, а он мог бы поснисходительней принимать ее извинения. Поэтому ответила она резко:

— Если бы на приеме вы вели себя более осмотрительно, не кричали… и не хватали меня… — И тут щеки у нее запылали, когда она вспомнила прикосновение его рук и как он прижал ее к своему сильному, мускулистому телу. — Если бы вы вели себя нормально, а не как ребенок в кондитерской, то никто ничего не понял бы и мы не украшали бы собой сегодняшние газеты!

— Вы не очень-то разбираетесь в мужчинах, если думаете, что мое поведение в данных обстоятельствах было ненормальным. — Он бросил на нее быстрый озорной взгляд.

Надув губы, Челси откинулась на мягкую кожаную спинку сиденья, понимая, что крыть нечем. У него, черт возьми, на все есть ответ! И он был прав: она не очень-то разбирается в мужчинах, зато не сомневается нисколько, что все они приносят одни беды — такими уж уродились.

Она уставилась на дорогу, но потом вдруг скосила глаза и задержала взгляд на длинных, узких кистях рук, державших руль. У Челси перехватило дыхание, когда она вспомнила их прикосновение, и даже едва не перебила Куина, когда он сказал:

— Насколько я понимаю, вы просите прощения за то, что упрекнули меня, будто я зря растрачиваю свои таланты и энергию. Но меня не очень беспокоит газетная шумиха. К тому же произошло это в весьма подходящий момент.