Чертополох и роза - Виктория Холт

– Мы в миле от города, – прошептал он Ленноксу. – Кто поедет вперед и взберется на стену, чтобы отпереть ворота и впустить нас?

– Для такого дела отыщется немало добровольцев, – ответил Леннокс.

Ангус кивнул. Обстоятельства изменили его – глава Дугласов уже не был наивным мальчиком, в которого влюбилась королева. Теперь он стал честолюбцем, жаждущим править Шотландией. И, как муж королевы (граф твердо решил не допустить развода), ему следовало завладеть ее сыном.

Ангус задумал прибрать Якова к рукам. Тогда он сможет ставить Маргарите любые условия, какие пожелает.

Ангус слышал, что королева дала ему прозвище Милорд Мучение. Пускай себе! Скоро эта женщина узнает, что он способен и вправду причинить ей немало мук. За Ангусом стоит Генрих Английский: находясь при тамошнем дворе, он приложил массу усилий, чтобы убедить Генриха в склонности Маргариты к союзу Франции из-за Олбани. Генрих не одобрял желания сестры получить развод; он с самого начала принял Ангуса как зятя и продолжал считать таковым.

В темноте возникли стены города, и Ангус приказал остановиться.

Леннокс подал знак – несколько мужчин спешились и поползли к стенам. Оставшиеся молчали. Ожидание показалось им очень долгим; потом ворота города распахнулись. Ангус и его люди вошли в Эдинбург через Хай-стрит и повернули к церкви Святого Джайлса.

В Холируде в тот вечер царила атмосфера ожидания.

Маргарита ощущала в воздухе угрозу. Это оттого, что Ангус – в Шотландии, а она не могла чувствовать себя в безопасности, когда он был здесь.

В ее опочивальне был Гарри Стюарт. Все уже знали, что он любовник королевы, а страсть Маргариты была так безумна, что она не могла более соглашаться ни на какие предосторожности. Любовь к молодому человеку сквозила в каждом обращенном на него взгляде, и королева понимала, что скрывать это бесполезно. Лучше было выказывать свои чувства, как кто-то говорил, самым наглым образом. Маргарита не стыдилась своей любви, и Гарри тоже.

– Милый, – прошептала она, – мне тревожно с той самой минуты, как я узнала, что Милорд Мучение пересек границу.

– Мы достойно встретим его, когда настанет время, – заверил ее Гарри.

Она взяла его руку и поцеловала.

– Мое благословение, – прошептала она. – Какое утешение вы мне дарите!

– Это мое величайшее желание и ныне и всегда, – ответил ей любовник.

Он был очень доволен жизнью, так как обрел множество почестей и бесконечную преданность королевы.

– Мне душно, – сказала Маргарита, – несмотря на ноябрьские холода.

– Пойдемте в постель, – ответил молодой человек. – Обещаю развеять давящую атмосферу и спасти вас от ноябрьских холодов.

Она рассмеялась и поцеловала его.

– Гарри, – пробормотала королева, когда они лежали в объятиях друг друга, – мне кажется, что вы что-то притихли в последнее время. Какие-нибудь дела на уме?

– От вас нелегко скрыть неприятности – уж очень острый глаз.

– Значит, что-то вас беспокоит.

– Я боюсь, любовь моя.

– Боитесь! Вы, Гарри? Невероятно!

– Да, я боюсь оскорбить вас. Если я это сделаю, то уйду из этих покоев и брошусь вниз с самой высокой башни дворца.

– Не говорите подобных вещей! Я не могу этого вынести. Скажите мне, что вас беспокоит?

– Есть одна вещь… это произошло много лет назад, а я вам не рассказал…

– Вы кого-то любили?

– Вернее, думал, что люблю, – вздохнул он. – Я не знал любви, пока не увидел свою королеву.

– И чем обернулась ваша… мнимая любовь?

– Я женился на ней…

– Понимаю. Значит, у вас есть жена. И вы видитесь с ней?

– Нет, с тех пор как мы сказали друг другу о нашей любви. По правде сказать, эта женщина мне больше не жена. Я с ней развелся. Это было очень легко.

Маргарита несколько секунд молчала.

– Назовите мне ее имя, – потребовала она.

– Вы не знаете ее. Это леди Лесли. Любовь моя, моя королева, вы сердитесь на меня за то, что я скрыл это от вас?

– О нет, Гарри, милый. Я никогда не могла бы сердиться на вас. И почему я должна сердиться теперь? Вы ведь женились до того, как мы познакомились. Вы хранили это в секрете, боясь огорчить меня, а теперь все мне рассказали, поскольку у вас больше нет жены…

– О, Маргарита… будь вы самой простой девушкой в стенах этого города, я все равно любил бы вас и почитал за честь быть вашим мужем.

Она прильнула к нему:

– Спасибо, что рассказали мне, Гарри. Всегда лучше, когда тебе рассказывают правду, чем когда узнаешь ее сам. Мужчины, которых я любила, причиняли мне этим немало боли. Давайте сейчас поклянемся, что у нас никогда не будет тайн друг от друга. Если наша любовь пройдет, мы скажем об этом. И если изменим, опять-таки признаемся. Вы обещаете?

– Мне никогда не придется ни о чем таком рассказывать.

– Я знаю, любовь моя, но все равно давайте поклянемся.

Так в ночной тишине они дали клятву; потом любили друг друга и, наконец, заснули. Но долго проспать не удалось.

Маргарита высвободилась из объятий любовника, когда за дверью послышался шум. В комнате уже светало, а с улицы доносились крики.

Поспешив в переднюю, королева окликнула горничных, и ей помогли одеться; зубы служанок стучали, пальцы вздрагивали.

Кто-то заколотил в дверь.

– Кто там? – осведомилась Маргарита. Это был один из стражей.

– Ваше величество! – крикнул он. – Милорд Ангус – в Эдинбурге. Его люди взобрались на стену и впустили захватчиков в город. Они уже на улицах и направляются к замку.

Маргарита все поняла. Ангус решил захватить замок. Отнять у нее Якова.

Она выбежала из покоев и кликнула стражу:

– Смутьяны не должны взять замок! Пошлите немедленно гонца с приказом страже стрелять из пушек, когда они приблизятся!

Мирную тишину раннего утра разорвал грохот стрельбы.

Маргарита в волнении ждала. И через некоторое время ей сообщили, что Ангус и его люди отступают от замка.

Ангус со своими сторонниками, струсив, когда королева приказала стрелять по ним из пушек, покинули Эдинбург и временно укрылись в Далките, а потом отступили и дальше – в Танталлан.

Как только город освободили, Маргарита решила оставить Холируд и той же ночью вместе с сыном, держа в руке факел, отправилась во главе процессии к замку. Там, за стенами мощной твердыни, она чувствовала себя в безопасности, но понимала, что это временно.