Время перемен - Лила Роуз

Моя нижняя губа задрожала. Я кивнула и заплакала:

— Я больше никогда не буду ничего от тебя скрывать. Обещаю.

— Я знаю, что не будешь, иначе я надеру тебе задницу.

— Ну, теперь ты просто просишь меня солгать. — Я усмехнулась.

Грейсон хихикнул. Он убрал тест в карман и положил руки мне на бедра. Его лоб опустился вниз и коснулся моего.

— Теперь вечер просто идеален.

— Правда? Я не испортила его?

— Ты бы никогда не смогла. — Он легонько поцеловал меня, затем посмотрел вверх и по сторонам. Он улыбнулся и крикнул:

— У нас будет ребенок.

— Да, черт вас дери! — проскандировал отец.

Эпилог

Семь месяцев спустя

Я лежала на кровати, широко раскинув ноги, и между ними кто-то был. Только это был не Грейсон, и я не испытывала особого удовольствия от того, что этот кто-то делал.

— Вы можете поторопиться? — спросила я врача, который не был нашим запланированным врачом. Очевидно, она была занята, потому что находилась в отпуске. Так что нам попался врач-мужчина, который был единственным свободным, когда мы пришли — точнее, шел Грейсон, а я — ковыляла в больницу.

— Извините. — Он улыбнулся, встал и снял перчатки. Грейсон хрюкнул и уставился на доктора, когда тот подошел помочь мне сесть на кровати. — У вас всего четыре сантиметра, и воды еще не отошли. Вам еще нужно подождать.

Мои глаза расширились. Я сглотнула и сказала:

— Но это уже чертовски больно.

Он захихикал, и мне захотелось пнуть его.

— Я могу предложить вам эпидуральную анестезию. Хотя, судя по вашим записям, вы хотите родить без помощи лекарств, — прокомментировал он, посмотрев в мою карту.

— Нет, спасибо. Не нужно. — Я покачала головой. Только засомневалась в своем выборе, как только меня настигла очередная схватка. Я схватилась за руку Грейсона и задышала, пока он растирал мне спину.

— Ты молодец, — прошептал Грейсон мне на ухо.

Медленно повернув голову, я устремила на него пристальный взгляд.

— Это из-за твоей спермы я попала в такую передрягу. Ты должен испытывать боль, а не я.

Он улыбнулся мне.

— Я бы хотел, детка.

Мне не на что было жаловаться; он был великолепен с тех пор, как я проснулась посреди ночи в агонии. Грейсон был спокоен и собран, одел меня и подготовил к короткой поездке в больницу. Однако он не мог скрыть от меня страх и беспокойство в своих глазах. Это немного помогло моим нервам.

Мы решили пожениться после рождения ребенка, и оба хотели, чтобы наш ребенок был частью этого знаменательного дня. Я никогда не думала, что увижу Грейсона таким заботливым, но он был со мной. Присутствовал на всех встречах, принимал ванны, массировал мне ноги, даже готовил.

Грейсон Джексон будет замечательным отцом.

— Мне нужно встать.

Грейсон обхватил меня рукой за спину, а другой взял за руку. Осторожно сдвинул меня с кровати, и я встала рядом с ней.

Двери в палату открылись, и вошли Лори, Дилан и папа.

Доктор сказал:

— Вы не можете все сразу находиться здесь.

— Вы не можете сказать мне, чтобы я оставил свою дочь, когда…

Я застонала. Прошла еще одна схватка, и тут я почувствовала тепло между ног. Посмотрела вниз и увидела, что вода попала на пол и стекала по моим ногам.

— Я буду в приемном покое, — сказал побледневший папа с запинкой.

Я увидела, как Дилан тоже побледнел, а затем пробурчал.

— Составлю ему компанию. — Они оба быстро исчезли.

Лори рассмеялась, покачав головой, а затем подошла ко мне с другой стороны.

— Как дела?

— Наверное, лучше не спрашивать, хочешь ли ты сама иметь детей, — предположил Грейсон.

Я фыркнула.

— Вообще-то, он прав.

— Вы оба знаете, что я собираюсь стать медсестрой. Я буду знать боль и многое о ней.

— Это… — я задыхалась, когда началась очередная схватка. — …это… другое.

Почему женщины добровольно идут на это? Это был ад на земле.

Задышав через нос, я сказала:

— Тебе лучше любить этого ребенка, Грейсон, потому что он у тебя будет единственный.

— Я уже говорил тебе, как сильно люблю тебя?

— Заткнись, мать твою, — огрызнулась я, но, поймав его взгляд, улыбнулась. Он засмеялся.

— Давайте-ка разденем нашу даму.

— Отвали, — прорычал Грейсон.

Я быстро схватила Грейсона за руку на случай, если он вздумал убить доктора, покачала головой и сказала:

— Я останусь в ночной рубашке.

Грейсон пробормотал несколько ругательств под нос. Он не хотел, чтобы наш доктор был таким молодым. Грейсон шепнул мне, что беспокоился о том, что этот подросток не знал, что делал. Однако все остальные врачи принимали роды у других, так что мы остались с ним.

Я не была уверена, раздражался ли Грейсон из-за того, что парень видел мое влагалище, или из-за того, что он боялся, что я влюблюсь в доктора и сбегу с ним. Что было просто смешно, ведь ни один мужчина не мог сравниться с тем, кто был рядом со мной.

Очередная схватка и каждое ободряющее слово сестры и жениха сводили меня с ума все больше и больше. Если бы у меня хватило сил, я бы ударила их обоих.

Ладно, невероятная агония и я не сочетались; казалось, она превращала меня в разъяренную стерву.

Тем не менее, никто не мог меня винить, верно? Мои внутренности готовились родить арбуз, а я должна была выдавить его из своего крошечного отверстия.

Прости меня, вагина, пожалуйста, прости меня, и когда придет время, я попрошу Грейсона загладить свою вину.

— Детка, почему ты гладишь свою киску? — спросил Грейсон.

— Я извиняюсь перед ней, Грейсон. Кто-то же должен.

Я проигнорировала хихиканье Грейсона, когда Лори прочистила горло.

— Должна сказать, что это хорошая палата, — сказала Лори, пока пыталась отвлечь меня от мыслей. Она отошла от меня, чтобы посмотреть в окно на открывающийся вид.

— Вам повезло с таким мужем, миссис Мэйфейр, — прокомментировал доктор, занятый своими делами.

Опираясь руками на кровать и откинувшись на нее, я посмотрела на своего будущего мужа и спросила:

— Что ты сделал?

Он пожал плечами.

— Я хотел, чтобы тебе было удобно.

— Что ты сделал? — огрызнулась я.

Он вздохнул и бросил взгляд на доктора. Только наш доктор был мистером Счастье и просто улыбнулся в ответ.

— Я пригласил массажистку, чтобы помочь тебе расслабиться.

— Грейсон, — простонала я. — Расслабиться? Я не смогла бы расслабиться, даже если бы сейчас была под кайфом от марихуаны.

Он придвинулся ближе, приник губами к моему уху и провел рукой по моей спине.

— Ты заслуживаешь самого лучшего, когда рожаешь такого