История Попаданки - Каталина Вельямет

Даже в своём весьма юном возрасте Аулет понимала что именно её ждёт, какое будущее. Именно из-за таких мыслей она частенько впадала в депрессию.

– Фу, негатив уходи, – попыталась прогнать плохое настроение девушка. – Уже солнце встало, всё будет хорошо.

***

– Будете булочки? Сама испекла! – с гордость произнесла розовощёкая девица в белом переднике. Она как и многие другие была светловолоса, голубоглаза, с лица простовата но крайне мила. Особое очарование ей придавал добрый нрав и беззлобность в коей мужчина уже успел убедиться.

– Конечно буду! Ничего вкуснее твоей стряпни не пробовал. – польстил ей Тимель. Девушка тем временем поставила перед ним глубокую миску с горячей сдобой. Схватив ту что была сверху, мужчина поспешно откусил за румяный бок. Зажмурившись от удовольствия, он готов был замурчать. Всё-таки что бы не твердили про красоту, духовность и прочее. А вкусно покушать все любят!

– Нравится? – кокетливо облокотившись на стол, поинтересовалась девушка.

– Очень! Ты восхитительно готовишь, – не скупился на комплименты Тимель.

– Да я это так, учусь пока что. Как видишь, кое-что уже умею.

– Тебя должно быть и хозяин хвалит? – как бы между делом поинтересовался мужчина.

– Ой, да хозяин с нами то и не разговаривает. – отмахнулась она. Пышная грудь в глубоком вырезе была вставлена напоказ специально для воина. Кроме них на кухне никого не было, и юная кухарка планировала этим воспользоваться. Брачный возраст то уже подошёл, а женихов не было.

– Ну может так и лучше, а то хуже когда хозяева лютуют. Ариан не такой вроде, повезло вам с ним.

– Повезло? Ага, как же! – возмутилась она и тут же осеклась.

– Что такое? Или всё-таки лютует? – лукаво подмигнул Тимель.

– Да не то что бы, – осторожно протянула она, бегло оглянувшись девушка закусила губу, после чего продолжила, – Не должна я о таком рассказывать!

– Мой рот на замке.

Погладив кухарку по полноватой руке, Тимель посмотрел ей в глаза. Алый румянец тут же выступил на белом лице. Смутившись она отвела взгляд. Немного подумав она приблизилась к мужчине и понизив голос начала свой рассказ.

Ясное дело что слуги должны быть безмолвны и незаметны, но они живые им тоже хочется иногда посплетничать о жизни своих господ. Сейчас молодая кухарка отводила душу за подобным занятием.

В этот дом её взяли работать по знакомству и она ещё не успела полностью свыкнуться с безмолвным существованием, не привыкла продавать секреты. Да и кому они были нужны здесь, в нижнем городе?

«Вот если бы пойти на службу в дом из среднего или верхнего города, тогда и жизнь стала бы краше.» – часто думала она, представляя перед сном такую жизнь. Но и вариант с замужеством она рассматривала, а с появлением Тимеля в доме всё чаще.

Высокий, сильный, в стражу пошёл, а значит не боится грязной работы и деньги в доме будут. Да и на лицо не урод, а что человек, кто без изъяна? Поэтому прикармливать его она начала практически сразу, рассудив что вкусная еда поможет завоевать его сердце. А коль и поговорить с ним можно, так это золото, а не мужик. Сокровище, надо брать!

***

Девушка с сомнением рассматривала себя в зеркале поправляя плащ, ночи становились всё холоднее и сейчас предстояла длительная прогулка. Она сомневалась идти или нет даже сейчас. С одной стороны у неё была возможность узнать о состоянии той девушки, а с другой, как-то страшно было идти неизвестно куда. Тем более рабыня говорила про катакомбы. От этой мысли Аулет поморщилась, последнее посещение катакомб было не самым приятным.

– Вы уже готовы? – в комнату без стука вошла та самая рабыня.

Сомнения всё ещё терзали душу Аулет. Совсем недавно на неё напали, быть может это тоже ловушка. Но мысль о том, что прошло слишком мало времени для нового плана и поиска исполнителей, перевесила всё. Повернувшись к своему отражению, она увидела лишь смятение в глазах двойника.

– Да. Я готова, – решительно ответила она, чувствуя что возможно совершает ошибку.

– Тогда следуйте за мной. Я проведу вас через выход для слуг.

– Почему бы не выйти через главный?

– Там чары особые, вроде как записывают, кто ушёл кто пришёл. А нам же не надо что бы Господин знал об этом, – тихо ответила девушка, переминаясь с ноги на ногу.

– Мы надолго?

– Не волнуйтесь, идти недалеко, – коротко ответила рабыня и сразу же скрылась за дверью.

Аулет ничего не оставалось, кроме как проследовать за ней. Все уже спали и даже поленья в камине на кухне лениво потрескивали. Оказавшись на улице, девушки быстрым шагом направились вглубь извилистых переулков. Эта часть города была незнакома Аулет.

Тусклый звёздный свет не позволял разглядеть окружение в полной мере. Но запах был просто ужасным и чем больше они шли, тем сильнее становилось зловоние. Гниль смешалась с ароматом прелой листвы, крови и нечистот. К горлу то и дело подступал противный комок отвращения, готовый выплеснуть наружу всё содержимое желудка хозяйки. Она и не заметила, как мерзко захлюпало под ногами, больше всего её беспокоило шуршание маленьких лапок и писк. Это были крысы, которые никак не таились и пировали на славу, хотя чем именно и непонятно.

– Я больше не выдержу, давай вернёмся домой! – задыхаясь от царящих вокруг ароматов, произнесла Аулет. Пусть она и прикрывала нос рукавом платья, это не спасало. Даже запах хозяйственного мыла был бессилен перед этим зловонием.

– Потерпите Госпожа, мы почти пришли.

– Я правда не могу! Тут темно, мерзко и воняет. И я даже не понимаю куда конкретно ты меня ведёшь. – заныла девушка чувствуя подступающую истерику.

– Потерпите немного. Это самое неприятное место на нашем пути.

– Где мы вообще?! – раздражённо воскликнула Аулет. Лишь незнание дороги не давало ей развернуться и уйти домой, туда где свет огня разгоняет тьму и пахнет выпечкой.

– Мы проходим город рабов, – коротко ответила девушка, в её голосе звучала вся накопленная печаль и боль. Её тихий голос заставил Аулет испытать укол совести, ведь она никогда не жила в таких условиях. А тут было на что посмотреть, хотя лучше такое было бы не видеть. Даже ночь не могла скрыть всю убогость этого места. Длинные деревянные строения высотой в два этажа, кое-где доски настолько прогнили, что создавали ещё одно нежеланное окно.

Сами окна были забиты какой-то плотной тканью непонятного оттенка. Целый ряд таких домов,