Лазурь. (не)Идеальная для тебя - Екатерина Полянская

– Меня тут Ирис вконец достала, и получилось так, что я нажаловалась на нее мистеру Марельену. Кажется, он взбесился. Надеюсь, ничего…

– Блин, Нежка, что ты наделала! – Джексон побледнел так же, как пару минут назад Ирис.

Не успела я спросить, что это они все, как он рванул к их дому.

Отлично.

Теперь я еще и виновата.

– Присмотрите за ним. – Я сунула поводок в руки охраннику и побежала следом.

Ворвалась в дом следом за Джексоном и… подозреваю, застыла с таким же лицом, какое недавно было у Ирис. Сама она лежала на полу, избитая в кровь, и тихонько хныкала. А Джексон набросился на Марельена, и теперь уже он был в крови.

Сразу вспомнилось, что иногда на лице Ирис появлялось слишком много макияжа.

И я же еще в прошлый раз заметила, что она боится отца, но не придала значения.

Вот чем все закончилось.

Я правда виновата.

Плохо слушающимися пальцами вытащила из сумки мобильный и отправила вызов в медпомощь. Только после этого рискнула приблизиться к пострадавшей.

– Ирис…

– Ненавижу тебя, – хныкнула она. То есть в движении разбитых губ звук получился нечленораздельный, но уловить смысл оказалось легко. – Ты все испортила!

Вряд ли она на самом деле любила Блесса. Но он был лучшим шансом вырваться из домашнего кошмара.

Джексон пнул напоследок Марельена и прошипел:

– Больше ты ее никогда не тронешь.

И, не глядя на меня, вылетел за дверь.

Врачи прибыли быстро. Как же, вызов к элите элит. Я за минуту объяснила, что произошло. Ирис осмотрели и загрузили в слоттерс. Кажется, ей серьезно досталось. Ее отцу обрабатывали раны на лице, когда я решила, что мне в их доме больше делать нечего.

Джексон нашелся неподалеку. Он с сосредоточенным видом набирал кому-то сообщение.

– Я не знала, что так будет. Я бы никогда… – Случайно брошенный на экран его смартфона взгляд, и все оправдания застряли в горле. – «Кайден, я не назвал еще одного виновника. Марельен. Почти родственные связи и все такое, сам понимаешь». Джексон, что ты делаешь?! Он же… ты хочешь его оговорить?

Джексон резко повернулся ко мне. В его взгляде бушевала такая буря, что запросто могла снести.

– Когда я вошел, он пинал Ириску ногами. На ней живого места нет. И он делает это не в первый раз. – Слова дошли до разума, и меня начало мутить. – Я обещал, что он больше ее не тронет. И он не тронет.

Так сразу не получилось определиться с возражениями и своим отношением к тому, что вытворял Джексон.

А потом момент был упущен.

Сообщение отправлено.

Прошло три дня.

Ирис медленно поправлялась. Я больше не рискнула сунуться к ней со своими извинениями.

Помню, в тот вечер наблюдала из окна, как маги Кайдена уводят Риса Марельена, и ломала голову, как бы рассказать обо всем Блессу. Я так и не решила для себя, правильно это или нет. Но восхищалась Джексоном, который решил за всех.

У них с кузеном больше общего, чем они оба готовы признать.

Благородство, например.

Кстати, о благородстве. Джексон разрешил и мои терзания. Как только Блесс вернулся, он пришел и все ему выдал. И Блесс… ну, не совсем одобрил, но согласился, что следовало сделать хоть что-то. Марельену бы ничего не было за избиение дочери, слишком большая он шишка. А так он в тюрьме. Все семейные капиталы переходят к Ирис как к единственной наследнице.

Свою версию я тоже рассказала. Блесс обнял меня, поцеловал в макушку и сказал, что все время от времени совершают ошибки. Тем вечером я окончательно уверилась, что он любит меня. И принимает. Любой.

А на следующий день в прессу просочилась информация о подложных парах.

Вернее, об одной.

Нашей.

– Стремительно. Остановить не успели, – хмыкнул жених и посмотрел на меня. – Тебя все это задевает?

Я с удовольствием дожевала кусочек поджаристого утреннего тоста.

Как раз хватило времени собраться с мыслями.

– Хотя бы они честно упомянули о том, что нас признала лунная магия. – На мой взгляд, именно это имело важность. Так что… – Пожалуй, нет.

– Тогда не буду сильно трясти писак, – усмехнулся мой маг. Впрочем, тут же вновь стал серьезным. – Неж, как себя чувствуешь? Сможешь потерпеть еще дня два-три?

– Смогу. – Ни один больше камень пока не разрушился. А с родовой защитой, пусть и приходилось ее круглосуточно таскать на себе, я чувствовала себя лучше, чем без нее. – А что будет через два-три дня?

Угу, так мне и поведали.

Блесс влил в себя остатки крепкого кофе из чашки и встал из-за стола.

– Увидишь, – бросил он загадочное.

И улетел по делам.

Сомнений, что он ищет для меня выход, изначально и не было. Поэтому я не нуждалась в том, чтобы вокруг меня прыгали с утешениями.

Блесс прошел за окном.

Я проводила его взглядом, восхищаясь фигурой и уверенностью, пригубила свой утренний напиток и блаженно зажмурилась.

Тишину разрушил жужжащий звук смартфона, лежащего рядом с чашкой на столе.

– Ты там как? – осторожно спросила Аниша. – Нужна терапия шопингом? Или подержать платочек, в который ты поревешь?

Про связь ирайны с островом ей неоткуда знать.

Значит, прочла новости.

– Да нормально. Жить буду.

– Если это тебя утешит, то мы с Дерреком тоже подставные.

– Ты знала?!

Серьезно? Я тут терзаюсь, считаю себя самой худшей подругой, а она изначально была в курсе?!

Нет слов.

Цензурных.

– Смотри на это с другой стороны, – не подозревая о моей внутренней вспышке, продолжила утешения моя… все еще лучшая подруга. К счастью, мое «ты знала» она отнесла к моей ситуации с Блессом, а не к себе и моим сомнениям. – Да, пары изначально подтасовали. Но ведь магия сработала! А вы, два человека, которые вообще раньше не видели друг друга, влюбились. По-моему, надо радоваться, а не киснуть.

– То есть у вас с Дерреком тоже сработало? – Это была новая для меня информация.

– Ну да.

– Ничего себе!

Пальцы инстинктивно потянулись к лунному знаку на запястье. Погладили его.

Единственной во всех смыслах настоящей парой оказались Исашандра и Кристиан. Вот это действительно «ничего себе»!

– Ну что, ты там не ревешь?

– Нет, – заверила я Анишу, чувствуя, как меня действительно отпускает. – Ты права, та церемония дала мне слишком многое, чтобы сейчас обижаться.

– Знала, что ты умница, – выдохнула моя хитрюга и заговорщицки сообщила: – Помнишь того пыльного типа из библиотеки? Он воспользовался моим советом и учредил книжный клуб!

– Его зовут Зейн, – со смехом напомнила ей.

Напряжение покинуло меня окончательно.

– Делать мне больше нечего, как запоминать имена всяких там