Жара - Кейт Петти

— Надо же! Ты и танцевать умеешь! — сказал Фергал. А он-то как умел! Джон Траволта отдыхает, подумала я, но вслух не сказала. — Надеюсь, ты сможешь петь во время танца, а то я не уверен, что у меня получится одновременно.

— Я как раз беспокоюсь насчет пения. Я знаю слова и движения, но не уверена, что смогу попадать в ноты.

— Не волнуйся, это же просто для прикола! А сейчас мне нужно вернуться, изобразить идиота с этим «When I Need You».

— Я пойду послушаю.

— Тогда я буду петь только для тебя!

Ну-ну! Но в самом деле, как еще заставить другого парня ревновать? Наши ребята обступили меня.

— Давай, Фергал! — заорал Газ, когда тот устанавливал микрофон. Фергал посмотрел в нашу сторону, а потом — он действительно хорошо исполнял свою роль — нашел глазами меня и, уже не отрываясь, запел.

— Ух ты! — вздохнула Бекки. — От него можно с ума сойти!

— Да, пожалуй, мне хотелось бы, чтобы он делал это по-настоящему, — сказала я. — Кое-кто не может не приревновать!

Бекки непонимающе посмотрела на меня. Потом до нее дошло.

— А! Да, Джейси. Думаю, он бы тоже хотел так петь.

В этот момент раздался оглушительный рев аплодисментов, но удовольствие мое длилось недолго. На сцену поднимался Джейси, за ним мадам и месье, Хелен и — мои родители! О боже! Папа обнял Хелен за талию и захихикал, как идиот. Мама стояла между месье и Джейси и тоже хихикала, как идиотка. Жуть! Дэн с диким выражением лица оглянулся на меня. Его брови были чуть ли не на затылке.

Он заткнул уши. Для меня этого было мало. Я закрыла еще и глаза.

Это была какая-то французская песенка. Родители никогда не выкидывали ничего позорнее. Папа не отрывал взгляда от мадам и сжимал талию Хелен вместо того, чтобы смотреть на экран, а его пение было больше похоже на ослиный рев. Мама — как раз наоборот. Она впилась в экран глазами и стояла как вкопанная, а остальные натыкались на нее, раскачиваясь в ритм мелодии. Кошмар! Я готова была сквозь землю провалиться. Что подумает Джейси о человеке с такими идиотами-родителями?

Все вокруг буквально валялись. Я стояла, прижав одну ладонь к глазам, другую — ко рту, и тут меня за руку потянул Фергал.

— Пошли, мы следующие.

Мы поднялись на сцену, а горе-певцы спустились с другой стороны под громкие крики одобрения. Зрителям было смешно! Точно случай затуманенного алкоголем сознания. Все наши подбадривали нас с Фергалом. Я с удовлетворением заметила, что Джейси смотрит на нас, спускаясь в зрительный зал. Раздался какой-то крик вроде «Давайте, ребята!» — по-моему, это был Марк. Я встала в вызывающую позу Сэнди, и мы начали.

— Сэнди!

— Скажи мне об этом — жеребец!

И тут Фергал превратился в Джона Траволту. Он потрясающе двигал бедрами, вскрикивал, ложился на пол — в общем, все!

— Лучше соберись…

Сцена была небольшая, особенно развернуться негде, но мне удалось немного попрыгать. А потом мне пришло в голову, что можно спрыгивать со ступенек, а потом запрыгивать обратно. Получилось здорово, и Фергалу, похоже, нравилось, что я делаю.

— Ты та, кто мне нужен! Ох! Ох! Ох!

Я снова побежала вверх по ступенькам, чтобы успеть к началу нового куплета, и мы даже синхронно вступили в танец перед длинным последним припевом. Все шло чудесно.

Но тут случилась катастрофа. Я снова спускалась по ступеням и свалилась прямо в зрительный зал. Лодыжка вспыхнула болью. Я сжала ее и посмотрела на сцену. Фергал продолжал выступление. Он пел и танцевал, как будто я все еще была там! Он обнимал мое воображаемое тело и не сводил глаз с моего воображаемого лица. Публика была очарована. Я попыталась встать, но было слишком больно, пришлось снова сесть на пол. Ко мне подскочил Марк.

— Я видел, как ты упала, Софи. Я видел, как ты упала. — Он положил мою руку себе на плечо и помог мне встать. — Я окажу тебе первую помощь. Окажу первую помощь.

Мы кое-как поковыляли к Соне и Корали.

— У нас Джейси специалист по первой помощи, — сказала Корали, — он вернулся на дежурство в нашу палатку.

— Кажется, это просто вывих, но ужасно больно.

— А ты можешь пошевелить ногой? — спросил Марк.

Я попробовала — чуть не взвыла от боли, но, по крайней мере, двигать ступней я могла.

— Джейси может быть не один, — сказала Корали Марку. — Когда будете подходить, шумите громче.

Мне было слишком больно, чтобы удивляться. Корали повернулась ко мне:

— Он перебинтует тебе ногу, Софи. Он эксперт по повязкам.

Марк помогал мне идти. Его общество мне было неприятно, но нога болела убийственно. Я даже была капельку благодарна ему за то, что он прибежал мне на помощь, когда всех остальных заворожил Фергал, который в одиночку допевал наш дуэт. Но самое важное — я была на пути к Джейси!

Если бы только Марк спросил «Ты в порядке, Софи?» один раз… Но он спросил это по меньшей мере раз сто, пока мы шли к палатке курьеров.

— Ты здорово пела, Софи. Ты здорово пела. Вы с Фергалом отлично смотритесь вместе.

Я хотела нахамить ему, прежде чем он это повторит, но мы уже пришли. Вот теперь не помешало бы сказать это еще раз — громко и внятно. Он сказал:

— Вы с Фергалом здорово смотритесь вместе. Ау!

Джейси был не в офисном отделении, он вышел из своей «внутренней» палатки, единственного убежища курьеров. Он выглядел не так спокойно и собранно, как обычно. Не иначе как от пения с моей мамой!

— Привет, Марк. Привет, Софи. Что стряслось? — спросил он.

— Софи потянула ногу. Софи потянула ногу.

— Так, значит, Софи потянула ногу? — Джейси посмотрел на меня с озорной улыбкой.

— Соня и Корали сказали, что ты сможешь наложить повязку, — пусть не думает, что это была моя идея.

— О’кей, давай-ка посмотрим. Хорошая практика перед изучением медицины в следующем году!

— Я тоже собираюсь этим заниматься! — сказал Марк.

Ну-ну, кто бы мог подумать, мелькнула у меня мысль, и я сосредоточилась на своей ступне в руках Джейси. Он осторожно повернул ногу в одну, потом в другую сторону.

— Так больно?

— Да!

— А так?

— Да!

— Похоже, это просто вывих. Если бы сломала, то вообще не смогла бы ею двигать.

Джейси вынул сверток бинта из шкафчика с большим синим крестом на дверце.

— Марк, ты не нальешь холодной воды в эту миску? Спасибо. Софи, может, это и не очень профессионально, но у меня лучше получится, если ты положишь ногу мне на колено.

Если бы лодыжка так не болела, я была бы на седьмом небе.