Одна лишь ты - Джастин Валенти

Рано утром Дженнифер вышла на кухню такая бледная и измученная, словно не спала всю ночь; под глазами залегли темные крути. Подавленный Тони сидел за столом и пил кофе. Перед ним стояла пепельница, полная окурков. Он поднял голову и робко взглянул на жену.

— Я уже упаковал твои вещи, Дженнифер. Мы можем полететь «Конкордом». Утренний рейс — в десять часов.

— Я не собираюсь никуда лететь, — отрезала Дженнифер.

Она налила себе кофе, села напротив Тони, бросила на него быстрый взгляд и поразилась, как плохо он выглядит: небритый, бледный, невыспавшийся, с запавшими глазами. Но жалость мгновенно исчезла, как только Дженнифер напомнила себе, какие события предшествовали смерти Мелиссы.

Вчерашнее вынужденное признание Тони потрясло Дженнифер, но самым невероятным в этой истории были его чудовищная ложь, преступное невнимание к Мелиссе и то, что он уже несколько лет скрывал правду о смерти дочери. Дженнифер никогда не предполагала, что ее муж так лжив, изворотлив, малодушен и черств. А ведь она прожила с ним много лет!

— Вчера ты была удручена, дорогая, я понимаю, — забормотал Тони, бросая на жену заискивающие взгляды. — Верь мне, Дженнифер, все произошло совершенно случайно. Я каждый день с глубокой печалью вспоминаю нашу девочку и буду помнить о ней до конца своей жизни.

— Верю, — недобро усмехнулась Дженнифер. — Верю и в то, что другую женщину ты привел в нашу супружескую постель только из лучших побуждений!

— Дорогая… Но я же тебе все объяснил! Эта Дебра… она просто соблазнила меня, вскружила мне голову, вот и все!

— И соблазн оказался столь сильным, что ты встречался с ней целых шесть лет!

— Это неправда! Мы… расстались, а когда встретились снова…

— Да, она говорила: вы встретились на Пятой авеню, и ты предложил ей работу!

— Она лжет! Все было не так!

И Тони рассказал Дженнифер, как Дебра подкараулила его, прикинулась несчастной и попросила устроить ее на работу в бутик. Молча выслушав объяснения мужа, Дженнифер презрительно заметила:

— Разве важно, как все это было? Главное то, что эта женщина косвенно виновата в смерти нашей дочери, а ты продолжаешь с ней отношения. Неужели ты не понимаешь, насколько это чудовищно?

— Дженнифер, дорогая, еще раз повторяю тебе: это был несчастный случай! Дебра ни прямо, ни косвенно не виновата.

— И поэтому ты снова начал встречаться с ней?

— Дело не в этом, дорогая. Ты в то время была очень занята работой над мюзиклом, потом уехала в Бостон, а я почувствовал себя одиноким…

— Тони, но ты сам уговаривал меня взяться за либретто к новому мюзиклу! Вспомни, поначалу я сомневалась, хотела отказаться, а ты настаивал, чтобы я активнее включалась в творческий процесс и работала с Патриком Латтимором.

— Я не предполагал, что работа над спектаклем займет все твое время. Ведь раньше ты была занята лишь несколько часов в неделю.

— Теперь я догадываюсь, как ты проводил эти часы.

— Дженнифер, прошу тебя, верь мне! Я же говорил тебе, что после смерти Мелиссы поклялся перед Богом никогда не смотреть ни на одну женщину, кроме тебя… если у нас появится ребенок. Однако время шло, ты с головой ушла в работу, потом отправилась в Бостон, а тут на горизонте снова появилась эта Дебра. Но я всегда любил и сейчас люблю только тебя одну! Просто так сложились обстоятельства… Не знаю, что она тебе там наговорила про наши с ней отношения, но могу представить! Дженнифер, эта хитрая маленькая дрянь хочет нас с тобой разлучить! Пойми, ей нужен не я, она охотится за моими деньгами, надеется с моей помощью обеспечить себе богатую, сытую, полную удовольствий жизнь!

— Понимаю, — усмехнулась Дженнифер, — и не собираюсь ни в чем ей препятствовать.

— Дорогая, что такое ты говоришь? — испуганно вскричал Тони. — Нет! Нет! Я люблю одну тебя, а Дебра — так… просто легкое увлечение, не более.

— А она, похоже, считает иначе. Твоя красотка Дебра оценивает ваши отношения как самые серьезные.

— Что?

— Говорит, у нее скоро будет ребенок и ты очень рад этому.

Тони опустил голову и отвел растерянный взгляд.

— Видишь ли… я не знаю… Аборт — это преступление перед Богом.

— И как же ты намерен поступить?

— Не знаю, — тяжело вздохнул Тони. — Я много думал над этим вопросом, но так и не пришел к определенному решению. Может быть… когда у Дебры родится ребенок, мы убедим ее отдать его нам? За деньги.

— Что? Ты понимаешь, о чем говоришь?

— А что здесь такого? Мы заплатим ей… Хорошо заплатим.

Дженнифер покачала головой. Удивительно, как мало она знает собственного мужа! Даже если эта Дебра сознательно все подстроила и хочет разрушить их семью, все равно — предлагать ей столь чудовищное решение проблемы крайне цинично.

Дженнифер налила себе еще чашку кофе и долго молчала, размышляя над сложившейся ситуацией. Может, она даже нашла бы в себе силы простить Тони измену. Может быть. Но простить ему смерть Мелиссы и ту ужасную правду, которую он скрывал от нее столько лет, выше ее сил. Наверное, Дженнифер сама во многом виновата: за годы совместной жизни так и не сумела понять, что представляет собой ее муж.

— Дорогая, я люблю тебя, — тихо промолвил Тони.

— Какая там любовь! Ты долгое время изменял мне с другой женщиной и до сих пор продолжаешь с ней отношения! Скажи, Тони, я не устраиваю тебя как любовница?

Он поднял на нее удивленный взгляд.

— Дженнифер, ты — моя жена, а это — совсем другое. Жена — это святое.

— Да, жена — это святое! — усмехнулась Дженнифер. — Поэтому муж изменяет ей!

— Если хочешь знать, я вообще не понимаю эту страну и царящие в ней порядки! — запальчиво крикнул Тони. — Страну, в которой муж, изменивший жене, считается чуть ли не преступником! В Италии все по-другому!

— Как интересно!

— Да, представь себе! В Италии брак священен.

Дженнифер, глядя на Тони, видела, что он говорит все это совершенно серьезно и искренне верит в свои слова. Невероятно!

— Уж не забыл ли ты, что, прежде чем пожениться, мы с тобой стали любовниками?

— Нет! С самого начала, практически с первого дня нашего знакомства, я видел в тебе свою невесту. Молодую женщину, с которой хочу вступить в законный брак.

— И все-таки сначала мы стали любовниками, а потом уже официально оформили свои отношения. Но ты не ответил мне на вопрос: я не устраиваю тебя как любовница? Впрочем, зачем спрашивать? Раз ты завел любовницу, значит, я наскучила тебе.

— Дженнифер, пожалуйста, перестань сравнивать себя с Деброй! Ты — моя жена!

— Но ты с нами обеими ложишься в постель! Когда мы с тобой познакомились, Тони, и начали жить вместе, ты казался мне таким романтичным… Цветы, комплименты, ужин при свечах. Но в постели со мной ты всегда весьма сдержанно проявлял свои чувства. Почему? Я не устраиваю тебя как любовница, ответь?