Это всё ты - Елена Тодорова

За грудиной будто кто-то хлопушку дергает. Только засыпает не бумажками, а самими настоящими искрами. – Ты круче, чем я думал, Ю, – признаю это и сразу же шагаю к ней. Опускаю руки на бедра. Вдавливая пальцы в теплую кожу штанов, сдерживаюсь, чтобы не скользнуть ладонями конкретно назад – к ягодицам. – У меня нет слов, зай. Ты офигенная! Красивая, сексуальная… Пиздец, какая горячая, – начинаю заикаться и изъясняться на матах, потому как дыхание перехватывает, а мозг замыкает. Стараюсь, конечно, смотреть в глаза, но пару раз взгляд сам собой соскальзывает к обтянутым кожаной курткой троечкам. – Эм… Ю… – облизываю губы, которые в этот самый миг вдруг ощущаются такими горячими, словно у меня реально разворачивается лихорадка. – При всем при этом ты остаешься собой, Одуван. Клянусь. Никакой вульгарщины. Ты невинная. Нежная. Моя зайка. Я от тебя без ума!

– Значит… – шепчет она, все еще теряясь в сомнениях. – Берем?

Перекидывает принятие решения на меня. Но я не против.

– Берем, – заключаю с улыбкой.

И наклоняюсь, чтобы ласково изнасиловать ее рот. Из-за этого мы, конечно, немного выбиваемся из графика. А еще лишаем меня нескольких лет жизни, потому что я после этого поцелуя даже если не дымлю физически, то однозначно горю внутри.

– Что ты придумала для своих? – спрашиваю, пока едем ко мне, чтобы сменить машину на мотоцикл.

Знаю, что сегодня тот дурацкий день недели, когда вся ее родня собирается поесть холодца и обсудить краеугольную важность образования в стране. На эти сходки попадал Усманов, он и рассказывал, потому что я, ревнивая скотина, завидовал и расспрашивал.

– Ну… Я почти не врала, – успокаивает саму себя, вызывая у меня улыбку. – Сказала, что у нас с Валиком и Викой срочный проект по экономтеории. Это правда. Просто я свою часть работы сделала ночью.

– Серьезно? Ты не спала ночью, чтобы сделать эту хрень раньше и провести день со мной?

Лицо Ю пунцовеет. Она явно стыдится этого поступка, но открещиваться не пытается.

– Да… Я хотела провести с тобой как можно больше времени.

– Воу! Как тебя не поцеловать?

– Ян… – протестует слабо.

Но я, пользуясь тем, что на светофоре стоим, уже наклоняюсь и неспешно, со жгучим удовольствием перебираю губами ее губы.

Пока доезжаем до гаража, целуемся еще пару-тройку раз. В общем, при каждой более-менее удобной возможности.

– Ты же не будешь переодеваться прям здесь?.. – точит Ю тоненьким взволнованным голосом, когда выбираемся из тачки.

Я усмехаюсь и распускаю ремень.

Она закрывает глаза руками и отворачивается.

– Ну, где мне еще переодеваться, Ю? – выбиваю, глядя на изгибы ее охрененного тела сзади.

Особенно заостряю внимание на попке. То ли дело реально в штанах этих кожаных, то ли она все-таки круглее и больше, чем я предполагал. Член молниеносно принимает это на личный счет, как вызов, натягивая ткань боксеров настолько, что, не отвернись Ю, мне бы, возможно, было бы даже неловко. Хотя кому я пизжу? Я, блядь, мечтаю продемонстрировать ей свой стояк. Примитивно впечатлить, как самец впечатляет свою самку. Надо же как-то двигаться к тому самому процессу спаривания.

– Все. Игра в прятки закончена, – поддеваю со смехом, давая понять, что одет.

Ю оборачивается, спешно скользит по моему телу взглядом и, к моему удивлению, вновь краснеет.

Ума не приложу, что ее смущает. Я-то в своей экипировке однозначно выгляжу обыкновенно.

– Пойдем, – киваю в сторону байка.

Слышу, что следует за мной, как только идти начинаю.

Помогаю Ю надеть шлем, натягиваю свой и седлаю мотоцикл.

– Садись, не бойся, красивая, – подгоняю на приколе, наблюдая за ней в зеркало заднего вида. Подмигиваю, когда встречаемся взглядами. – Блин, зай, дрожишь, как первый раз.

– Ну так давно не ездили…

– Угу. Давай, запрыгивай. Не обидим.

Ю вздыхает, опускает визор, кладет руку мне на плечо и, наконец, заскакивает.

Обнимая, сходу прижимается.

В моей башке резко становится шумно. Сердце наваливает, вынуждая тело гореть. Но адреналин и всякие там эндорфины заставляют от этих реакций люто торчать.

Смахиваю свой щиток, проворачиваю ключ, бросаю кисти на грипсы и слегка наклоняюсь вперед.

– Готова? – прогазовываю.

– Да…

Киваю и срываю байк с места. На выезде из гаража притормаживаю только для того, чтобы закрыть с пульта ворота.

А после… Летим с Ю, забывая обо всех и обо всем.

– Держишься?

– Да!

– Сейчас особо крепко держись, ок?

– Я-я-ян… – протягивает с паническими нотками.

– Просто держись, зай.

– Хорошо… Хорошо!

На открытых участках дороги не лихачу. Но, едва попадаем в сухой туннель, накручиваю рукоять газа и подрываю мотоцикл на заднее колесо. Вцепляясь в меня руками и ногами, Ю визжит, как в тот самый первый раз. Упиваясь собственными гормональными выплесками, прекрасно понимаю, что Ю в этот миг тоже кайфует.

– У меня сейчас сердце разорвется… – признается она, когда останавливаемся на смотровой площадке за городом.

– Чувствую, ты вся дрожишь… – смеюсь, поглаживая ладонями обхватывающие меня бедра. Перчатки успел снять, могу наслаждаться по полной. Ю тоже сняла, ловлю ее пальчики на своей груди, чтобы переплести со своими и крепко сжать. – Иди сюда, зай. Кое-что покажу.

– В каком смысле?

– Слезь с байка.

Это указание выполняет быстро. Растерянно замирает рядом, пока я, немного продвигаясь по сиденью, освобождаю место в передней его части. Сжимая талию Ю, тяну ее на это место. Лицом к себе.

– Ян… – выдыхает она, как обычно, взволнованно.

Но ногу перекидывает и, в конце концов, седлает не только мотоцикл, но и меня.

Шлемы не снимали, но визоры подняли. Глаз достаточно, чтобы увидеть: она сконфужена и взбудоражена.

– Знаешь, моя маленькая Ю… – проговариваю намеренно вкрадчиво. – У мотоциклистов есть одно золотое правило. Села – дала.

Зрачки Юнии, выражая панику, стремительно расширяются.

– Что это значит?.. – рискует пропищать.

Поглаживая ее бедра, с трудом сдерживаю смех.

– Покатались – переспали.

– Ян…

– Ты мне сколько раз должна? Сколько раз катались?

– Я не помню… – толкает задушенно, явно принимая ситуацию всерьез.

И тут я не выдерживаю. Ржу так, что в груди гремит.

– Я шучу, зай. Шучу.

– Фух… – выдыхает с облегчением. А следом и с надеждой: – Нет такого правила?

– Есть. Просто отдашь мне все разы позже.

– Ян… Ты…

Возмущение Юнии обрывается, едва я