Третья капля магии - Лариса Лешкевич

Айна попыталась снова коснуться воды, но у нее ничего не получилось. Она посмотрела на свои руки — они были сухими, не единой капли волшебной воды не осталось на коже.

— Наверное, мох каким-то образом ослабил защиту, — сказал Тэумар, — но магия сама себя защищает…

— Наверное… И как нам быть? — Айна беспокойно огляделась по сторонам, — Как вернуться домой? Мы даже обратно наверх подняться не сможем…

— Пойдем по течению ручья! — предложил Тэумар, но ручей, словно в насмешку, тут же сменил направление и потек назад — туда, откуда они пришли.

— Это означает, что так мы выход не отыщем.

— Неужели, все напрасно? — прошептала Айна, всеми силами сдерживая слезы.

Где-то вдалеке загудело, словно лабиринты пещер вновь начали обрушаться..

— Я не выдержу больше… — прошептала Айна.

Последние остатки воли покинули ее. Она уткнулась лицом в грудь Тэумара и горько зарыдала.

Тэумар не знал, что делать, что говорить, не знал, как ее утешить. Обняв ее, он просто ждал, вслушиваясь в приближающийся гул.

И тут стена позади них, на которой продолжали мерцать остатки мха задрожала и растворилась, открыв черный проход.

— Сюда! — крикнул Тэумар, увлекая Айну за собой в пустоту, в неизвестность, а за их спинами уже сыпались мелкие камни.

— Бежим! — крикнул Тэумар.

Они побежали, но скоро остановились, понимая, что бегут напрасно. Камни не летели им на головы, пол не дрожал, готовый разверзнуться — вокруг было тихо и спокойно.

— Куда же нас опять занесло? — обреченно спросила Айна.

— Посмотрим…

Пол под ногами начал неуклонно уводить вверх.

— Может там проход, через которую мы попадем наружу? — неуверенно спросила Айна.

Голос ее дрожал от надежды, от страха, что эта надежда окажется напрасной.

А путь уводил все выше и выше. Струйки песка начали осыпаться с потолка через какие-то невидимые глазам крошечные расселины.  К н и г о е д . н е т

— Мы поднимаемся, но где окажемся, лишь богу Огня известно! — проговорил Тэумар.

— Свет! — воскликнула Айна.

Впереди и в самом деле блеснул свет, похожий на солнечный. Они ускорили шаг.

Под ногами скользил песок, и скоро они погрузились в него по щиколотку. Песка становилось все больше, он закручивался вокруг них водоворотами, но не препятствовал им идти, напротив, сам нес их вперед, устремляясь наружу неудержимыми потоками.

— Зыбучие пески! — крикнула Айна.

— Но сейчас они нам в помощь! Держись крепче за мою руку!

Волны песка, кружась бешеными вихрями, вынесли их на поверхность.

Они увидели лес на обрывистом берегу, услышали пение птиц. Яркие полуденные лучи обрушились на них с лазоревого неба, по которому бежали легкие невесомые облачка.

Ощутив их на своем лице, Айна слабо вскрикнула и потеряла сознание. Тэумар подхватил ее на руки и, по оседающему вглубь Сухого русла зыбучему песку, плохо соображая, что произошло, взлетел наверх, туда, где виднелся в золотисто-зеленом мареве дом Укки.

— Клади ее на поляну здесь, под сосной! — как ни в чем не бывало проговорила Укка, стоящая на пороге.

— Что с ней? — Тэумар гладил бледную Айну по лицу, по плечам.

— Ничего. Она быстро придет в себя. Скоро за ней приедут, чтобы забрать в Этеляну. А ты немедленно отправляйся в Лянсиду.

— Я не брошу ее… — глухо ответил Тэумар.

— Ей сейчас нужна не твоя забота, а материнская! — усмехнулась Укка и протянула руку, — давай мох! Я сварю зелье и привезу его в Лянсиду. Такое зелье можно сварить только здесь. А еще мне понадобится твоя кровь…

— Зачем? — Тэумар, отстегнул сумку, не отрывая глаз от Айны.

— Узнаешь после… За домом привязана лошадь! Иди!

Тэумару ничего не осталось, как подчинится приказу. Он пошел по тропинке наверх, но не выдержал и оглянулся, чтобы посмотреть на лежащую под сосной Айну. Сердце его сжималось так, словно он терял ее навсегда.

Глава 48

Айна увидела потолок своей комнаты. В первый миг ей почудилось, что все случившееся явилось в кошмарном сне, от которого так долго не было возможности проснуться.

— Доченька моя…

Аула наклонилась, протирая влажной тканью, смоченной в травяном настое, ее горячий лоб.

— Мама…

Айна попыталась сесть. Она чувствовала себя хорошо, ничего у нее не болело, лишь голова была тяжелой, да память вспыхивала жгучими всполохами. Тэумар… Где Тэумар?

— Сестренка… — Сайм опустился рядом с постелью, взял ее руки в свои и начал тихонько целовать, — это моя вина, я один виноват в том, что мы едва тебя не потеряли. Прости меня! Ты не знаешь…

Она высвободила руку и ласково взъерошила его густые волосы.

— Я знаю все… все… но не волнуйся… это мне прежде хотелось тебя убить, а теперь нет… прошло… перегорело, и прах костра разметало ветром.

— Тебе лучше отдохнуть! — заботливо проговорила Аула, — Отложим все разговоры на потом.

— Нет, — решительно возразила Айна, — со мной все хорошо, мама. А где… — она хотела спросить о Тэумаре, но не смогла здесь, в присутствии родных выговорить его имя, поэтому спросила: — а где же Лэми?

— Лэми? — Сайм прикусил губы.

— Ну говори, Сайм! Что случилось? — тут же обеспокоилась Айна.

— Ничего. Лэми нет в Этеляне. Он поехал в Сетао и до сих пор не вернулся…

— В Сетао? — Айна наморщила лоб, — Зачем?

Сайм набрал побольше воздуха и коротко рассказал ей о тех событиях, что произошли в жизни обоих владений, пока она блуждала вместе с Тэумаром по дальним краям.

— Значит, ты женился на Мерьяте?

— Осуждаешь?

— Нет. Напротив, очень рада за тебя… Я немного познакомилась с Мерьятой… А подруга Тэумара, она здесь? — спросила Айна, с болью произнеся его имя — такое любимое и такое ненавистное.

— Да. Хочешь встретится с ней?

— Чуть позже… сперва хочу помыться…

— Конечно! Кора уже приготовила горячую душистую воду, — все как ты любишь.

С наслаждением погрузилась Айна в мягкую, пахнущую травами воду. Она хотела остаться одна, поэтому сказала Коре, что сама сумеет вымыть и расчесать волосы. Она хотела остаться одна, чтобы ничто не мешало ей думать о Тэумаре.

Она испытывала боль и одновременно радость от того, что сейчас его нет рядом. Она не представляла, как они будут смотреть друг другу в глаза. А встречается придется так или иначе… Теперь, когда Сайм женился на Мерьяте, между племенами наконец-то долгожданный установится мир.

Ее, наверняка, пригласят на свадьбу