Хвостатый купидон - Александра Пивоварова

─ А если бы кто-то летать не боялся, то быстрее получилось. ─ добавляет Витя с каким-то недовольством.

─ Я не заставляю вас ехать на поезде, вы можете лететь.

─ Ты самолетов боишься? ─ усмехается Валя, обращаясь к Леше.

─ Высоты в целом. Предпочитаю наземный или водный транспорт.

─ В общем, девчонки, вы подумайте, мы рады будем если присоединитесь. ─ знаю я кому будет рад Володя, но остальные вроде и правда не против нашей компании, за эти два месяца мы не плохо сдружились благодаря баскетболу. ─ Валь, я тебе ссылку на курорт скину, посмотрите, обсудите. Ладно?

─ Конечно, ─ голос подруги стал каким-то кокетливым. ─ раз все поедут, то точно будет весело.

Валя, Валя… Неисправима. Пока Володя думает о ней, продолжает думать о Леше. Подруга хоть сейчас готова сказать «да», ведь Леша тоже едет, и это для нее отличный шанс пообщаться с ним куда больше и ближе чем они общаются сейчас. Но ей нужно и мое согласие, а значит поговорить со мной один на один. Правда я сейчас и думать не хочу об этих каникулах.

Благо Валя пожалела меня и не стала заводить разговор о каникулах в университете, она с пониманием отнеслась к моему желанию помолчать и побыть наедине со своими мыслями.

─ Будь здорова. ─ поворачиваю голову слыша чих. ─ Ты как себя чувствуешь?

Ее щеки горят.

─ Нормально, а что такое? ─ шмыгает носом.

Прикладываю руку к ее лбу.

─ Ты чего? ─ хмурит брови.

─ Ты горячая. ─ вот только этого не хватало, Валя только выздоровела и опять горячая, уверена оденься она теплее проблем не возникло. ─ И глаза слезятся. ─ смотрю на настенные часы, до последнего занятия еще пять минут. ─ Собирайся, пропустим эту лекцию.

─ Чего?!

─ Собирайся говорю! ─ добавляю голосу строгости.

Пропустить лекцию не критично, а вот возвращение ее болезненного состояния еще как напрягает. Я ведь говорила долечится и не торопиться выходить на учебу, но ей так надоело лежать без дела, что стоило температуре спасть пулей полетела кипишь наводить. Валя хотела бы поспорить, но, когда я в таком настроении, любые ее аргументы теряются.

38.1.

Просто замечательно.

Укладываю ее в постель и пичкаю лекарствами.

─ Но сегодня ведь вечеринка. Мы Маше обещали пойти. Она расстроится если никто не явится, девчонки и так слились, у нее вся надежда на нас. ─ чуть ли не плачет строя мне обиженную мордочку.

─ Какая тебе вечеринка? Ау, мать, очнись! ─ включаю чайник и достаю две чашки. ─ Постельный режим и точка. Даже не думай нос из комнаты высовывать.

─ А как же Маша?!

─ Поймет, обстоятельства так сложились. Мы остаемся дома. Черт! ─ рука дрогнула и банка с сахаром свалилась на стол.

─ Мы? Нет! ─ подскакивает, но под моим недовольным взглядом укладывается обратно. ─ Ты должна пойти! Просто обязана, это хоть как-то отвлечет тебя, отдохнешь, расслабишься!

Два часа, именно столько я слушала почему должна пойти на вечеринку, и на этот раз ни мое настроение, ни ворчание и недовольство не могли закрыть Вале рот. В конечном итоге Валя поставила условие: или иду я, или она.

Я сдалась. Даже не столько из-за ее слов, сколько из-за напряженности на душе, которую нужно было куда-то спустить. Подруга не дала собраться самостоятельно, помогла уложить волосы, помогла с макияжем и лично выбрала мне слегка вульгарное платье, я даже не помню, когда и зачем купила такое.

Маша слегка подрасстроилась увидев меня одну, но поблагодарила, что все же смогла приехать. Не ждала от вечеринки какого-то чуда и новшества, хотя сам дом меня удивил, интересное дизайнерское решение. Сегодня я пила все, что только видела в меню бара. Людей просто тьма, и из всех знаю только Машу, которая уже зажимается со своим парнем. Я была нужна как компания для поддержки, но после нескольких бокалов ее смелость вышла на нужный уровень и во мне не было необходимости.

Так надеялась, что алкоголь сделает свое дело быстро и я перестану грузиться, но чем больше пью, тем хуже становится. Какие-то парни пытались подкатить ко мне, приглашали танцевать, намеревались угостить коктейлями, но жестко отшила каждого продолжая сидеть в гордом одиночестве. Решила, что еще полчаса и домой. Ожидаемый эффект не наступил, для галочки мероприятие посетила, можно и домой, отчитываться перед Валей.

─ Прости, не знаешь где уборная? ─ кричу какой-то шатающейся девушке.

─ Там! ─ тычет пальцем продолжая танцевать.

─ Спасибо! ─ не думаю, что услышала, музыка зачем-то стала еще громче.

Ощущение, что на первом этаже произошел взрыв: куча пьяных тел, музыка и смех, все разбросанно и разлито. Пробираюсь через людей в указанную сторону, параллельно ища взглядом Машу. Меня начинает не расслаблять, а еще больше напрягать подобная обстановка.

Вместо уборной натыкаюсь на огромные стеклянные двери, ведущие на террасу. И я бы даже не обратила внимание на них, но взгляд зацепился за фигуру, стоящую снаружи.

Шум вокруг перестаёт иметь какое-либо значение превращаясь в фоновое шипение, биение сердца замедляется, а мозг отказывается верить глазам. Ощущаю острую боль в районе груди и нехватку воздуха, все органы словно пропускают через мясорубку. Меня в мгновение охватывает всепоглощающее чувство тревоги и пустоты.

Хочу закрыть глаза, но они не поддаются.

Я словно оцепенела.

А всему виной картина перед глазами: Федя, Юля, их поцелуй.

Внезапно перед глазами появляется чья-то рука, полностью скрывая от меня происходящее на террасе и возвращая в реальность. Быстро моргаю приходя в себя, и поворачиваю голову, чтобы взглянуть на того, кто разорвал этот болезненный зрительный контакт. Но поняв кто рядом отшатываюсь, потеряв равновесие.

Лебедев. Только его здесь не хватало. В глазах собирается ненавистная влага, и я не хочу, чтобы он видел меня такой.

Собираю всю волю в кулак, и не сказав ему не слова, просто разворачиваюсь и чуть ли не бегу прочь к выходу из дома. Мне нужно на улицу, нужно в тишину, нужно как можно дальше от всех этих людей, от Феди. Как можно дальше от боли, разрывающей сердце. Меня накрывает истерика, я чувствую, как она расползается паутиной по всему организму, как окутывает мой разум. Мне не справится с ней, не остановить, слезы уже скатываются по щекам, уже ощущаю их солоноватый вкус.

Забегаю в первую комнату от входа, мне нужно найти мою куртку, нужно забрать ее и убираться. Маша поймет, я все объясню ей потом. Я не могу остаться, не хочу оставаться. Власов предал меня, вытер об меня ноги, показал, что я ничего не значу для него, что я никто. И от этого мне больно.