Божественные истории - Эйми Картер

— На нашей стороне только мы, — отрезала она и подняла на меня взгляд, крепко сжимая медальон в руке. — И никто больше.

— Тогда позволь мне стать одним из вас. Я могу охотиться, могу собирать съедобные растения, могу делать всё, что скажете. Буду подчиняться тебе, а не наоборот. Обещаю.

— Вот как? И в чём же твоя выгода? — спросила Так. Теперь, когда мальчишки закончили собирать награбленное, Мак подошёл ближе к нам, прихватив две трети добычи. — Ты можешь спокойно прожить в лесу хоть всю жизнь без нашей помощи. Зачем тебе делиться?

Я помедлил. Не потому что не мог придумать ответ, но потому, что ответ слишком близок к правде, а признать её непросто. Но либо я скажу правду, либо потеряю всё.

— Я слишком давно один, и это уже стало невыносимо. Я обещаю не обманывать ваше доверие, не грабить вас и не бросать. Я буду вам помогать, а вы в ответ не будете сваливать на меня все шишки, если я сделаю что-то не так. Но я буду стараться не давать вам повода, — добавил я. — Это всё, чего я хочу. Друзей. Семью. Дом, пускай даже без крыши и стен.

Лицо Так смягчилась, она чуть разжала кулак с медальоном. Повисла тишина, но пока она не затянулась, Перри приблизился ко мне и взял за руку.

— Мы здесь одна семья, — застенчиво произнёс он. — Ты можешь стать её частью, если не будешь слишком много есть.

Я хмыкнул.

— Я постараюсь приносить столько еды, чтобы никто из вас даже не задумывался о том, что кому-то может не хватить.

Мальчик просиял, и мы все вчетвером уставились на Так. После продолжительной паузы, когда никто ничего не говорил, она устало вздохнула.

— Ох, ладно. Пока держишь свои обещания, можешь оставаться.

Мальчишки громко обрадовались. Я хлопнул Так по плечу.

— Ты не пожалеешь.

— Надеюсь.

Она развернулась и пошла в лес. Нам оставалось только последовать за ней. Я ухмыльнулся. Она могла строить из себя кого угодно, но я знал правду: одна совсем не такая плохая, какой хочет казаться.

* * *

Мы провели остаток дня в лагере. Я показал Маку, как правильно готовить крольчатину, чтобы не пересушить мясо. Перри и Спраут наводили порядок, время от времени устраивая мальчишеские драки. А Так осматривала награбленное, но всё время держала медальон при себе.

Это было даже мило — почти по-домашнему уютно, как никогда не было на Олимпе. Совет всегда делился на группы из двух-трёх богов и собирался вместе только на заседаниях, чтобы решать серьёзные вопросы. А мальчишки смеялись и играли, и это создавало впечатление настоящей семьи. Так была для них скорее старшей сестрой, чем мамочкой, но они всё равно её слушались. Перри иногда предлагал ей поиграть вместе с ними, но она упрямо отказывалась.

Она как-то по особому держалась. На её губах играла таинственная улыбка, а поведение стало более расслабленным, уверенным, не такой нервным, как раньше. Словно ей удалось совершить невозможное. Я скользнул к ней.

— Выглядишь счастливой, — сказал я, и её улыбка тут же пропала. — Откуда ты знала про графа?

— А тебе-то что?

Я пожал плечами.

— Просто любопытно. Мне показалось, ты его недолюбливаешь.

— Как и многие.

— За что его не любишь именно ты?

Она вздохнула.

— Ты невыносим, ты в курсе?

— Мне уже говорили. Но ты не ответила на мой вопрос.

Она крутила в пальцах кончик своей косы, глядя в огонь. Уже смеркалось, и если бы я захотел, то мог бы вернуться на Олимп. Но пока что в ближайшем будущем я планирую оставаться с ними.

— Он убил мою мать, — произнесла она после долгого молчания. — Из-за него погибли их отцы, — она кивнула на мальчишек, которые либо старались не обращать на нас внимания, либо не слышали её тихого голоса. — Вот почему мы объединились.

— Как он это сделал? — спросил я. Она странно на меня посмотрела.

— Война? — произнесла она как нечто очевидное. — Разве из твоей деревни никого не забрали? Где был ты?

Я нахмурился.

— С чего ты взяла, что я вырос в деревне?

— Ну тебя же не волки не вырастили, правда?

Ну как сказать.

— Так этот человек… Граф, он отправил ваших отцов на войну?

— И убил мою маму, — добавила она. — Это важно.

— И причём здесь медальон?

Она опустила взгляд на подвеску, с некой тоской проводя большим пальцем по синему камню.

— Я же сказала, он…

— Стоит целое состояние, — закончил я. — Но я всё ещё не верю, что причина в этом.

— Твои проблемы, — она подняла глаза на сиреневое небо. Звёзды только-только начинали проглядывать. — Можешь присмотреть за мальчиками? Мне нужно прогуляться в одно место.

— Да? Куда?

— Я знаю парня, который может скупить то, что нам не пригодится.

— Например, медальон?

Она сжала ладонь. Нет, она никому его не отдаст.

— Ага, например, его.

— Давай пойду с тобой. Тебе не стоит ходить одной.

Её глаза сверкнули.

— Почему это? Из-за того, что я девчонка, и мне нужна твоя защита?

Я фыркнул.

— В тот день, когда тебе понадобится моя защита, солнце взойдёт на западе. Я к тому, что хорошо умею торговаться, вот и всё. Я позабочусь о том, чтобы ты получила максимальную прибыль.

Она выругалась себе под нос.

— Если я соглашусь, ты перестанешь задавать дурацкие вопросы?

— Только если пообещаешь быть честной со мной.

— Когда это я тебе врала?

Я указал на медальон.

— Минуту назад.

Она вскочила на ноги.

— Я подумаю об этом. Так ты идёшь или нет?

С лёгкостью поднявшись, я ухмыльнулся.

— Ты не пожалеешь об этом.

— Уже жалею. Мак, ты за старшего, — крикнула она, уже направляясь вглубь леса. Я подмигнул мальчишкам