После падения - Анна Тодд

Тесса

Люди открывают рты, шевелят губами, но до меня не доносится ни звука. В голосе грохочет музыка, отражающаяся от стен. Сколько я уже тут стою? Когда я пришла на кухню? Ничего не помню.

– Привет.

Передо мной появляется Дэн, и я слегка вздрагиваю и прислоняюсь к столу. Его лицо немного не в фокусе, и я стараюсь сосредоточиться.

– Привет… – отвечаю я оооочень медленно.

Он улыбается:

– Ты в порядке?

Я киваю. Или мне кажется, будто киваю.

– Я как-то странно себя чувствую, – признаюсь я, оглядывая комнату, пытаясь найти Зеда. Надеюсь, он скоро вернется.

– В каком смысле?

– Не знаю, очень… странное ощущение. Как опьянение, только медленнее, но тем не менее я в сознании. – Я машу рукой перед лицом… тремя руками.

Дэн смеется:

– Наверное, ты все же слишком много выпила.

Снова киваю. Потом смотрю перед собой. Мимо меня со скоростью улитки проходит девушка.

– Зед вернулся? – спрашиваю я.

Дэн смотрит вокруг.

– А куда он ушел?

– Пошел узнать у Стеф насчет моей выпивки.

Я все сильнее опираюсь на стол. Наверное, я уже почти лежу на нем. Сама не знаю.

– Правда? Хм, я помогу тебе его найти. – Он пожимает плечами. – Кажется, я видел его наверху.

– Хорошо, – говорю я.

Не думаю, что мне хочется сейчас говорить с Дэном, но нужно найти Зеда, а голова становится все тяжелее.

Медленно иду вслед за Дэном через толпу к лестнице. Теперь музыка становится очень громкой, и я чувствую, как, пока я поднимаюсь по лестнице, голова раскачивается из стороны в сторону.

– Он точно здесь? – спрашиваю я Дэна.

– Да. Он только что был тут. – Он кивает головой на одну из дверей в коридоре.

– Это комната Хардина, – сообщаю я, и он пожимает плечами. – Можно мне посидеть тут минутку? Кажется, я больше не могу идти.

Ноги тяжелеют, а ум, наоборот, проясняется, и я не знаю, как это объяснить.

– Да, конечно, ты можешь тут посидеть.

Дэн хватает меня за руку и ведет к комнате Хардина. Я, спотыкаясь, добираюсь до края кровати, и воспоминания накрывают меня с головой: мы с Хардином сидели тут, как раз на том месте, где я сейчас. Тогда я первый раз его поцеловала. Я была так потрясена и смущена своим желанием быть с ним. Мой темный мальчик-ангел. Это был первый раз, когда я увидела нежного, доброго Хардина. Ненадолго, но все равно было приятно увидеть его таким.

– Где Хардин? – спрашиваю я, глядя на Дэна.

Странная тень скользит по его лицу, но тут же исчезает. Он смеется:

– О, Хардина тут нет, ты же сказала, что уверена, что он не придет, помнишь?

Он закрывает дверь и запирает ее на замок. Что происходит? Мой мозг лихорадочно работает, но тело словно налито свинцом. Мне хочется лечь, но тревожная сирена в моей голове предупреждает, что я должна пересилить себя.

Не ложись! Держи глаза открытыми!

– О-открой дверь, – прошу я, пытаясь встать, но комната начинает вертеться перед глазами.

Будто по команде раздается стук в дверь. Облегченно вздыхаю, когда Дэн впускает в комнату Стеф.

– Стеф, – с трудом произношу я. – Он… он что-то задумал.

Не знаю, как ей объяснить, но я чувствую, что он что-то затевает.

Она смотрит на Дэна, и тот отвечает зловещей улыбкой. Снова взглянув на меня, она спрашивает:

– Что задумал?

– Стеф… – снова зову я.

Она мне нужна, она должна помочь мне покинуть эту проклятую комнату!

– Хватить ныть! – прикрикивает она, и у меня перехватывает дыхание.

– Что? – успеваю я спросить.

Но Стеф только улыбается Дэну, когда он засовывает руку в сумку, которую она принесла.

Снова зову ее, она поворачивается и раздраженно на меня смотрит.

– Господи, да ты заткнешься когда-нибудь? Я так устала слушать твой скулеж и постоянные дурацкие жалобы.

Наверное, у меня что-то не так с головой, Стеф не может так говорить.

Она закатывает глаза.

– И это выражение оскорбленной невинности – успокойся уже на хрен. – Покопавшись еще пару секунд, она произносит: – Нашла… вот.

И передает Дэну какую-то небольшую вещь.

Я почти отключаюсь, но тихий звук возвращает меня в сознание… по крайней мере, на несколько секунд. Вижу маленький красный огонек, похожий на крошечную вишню. На вишневую водку. Стеф, Дэн, Молли, Зед, вечеринка. О нет!

– Что ты делаешь? – спрашиваю я ее, и она снова смеется.

– Я же сказала, чтобы ты перестала ныть. Все будет хорошо, – говорит она и подходит к кровати.

В руках у Дэна камера. И красный огонек показывает, что она включена.

– От-твали от меня! – пытаюсь крикнуть я, но получается только шепот.

Стараюсь подняться на ноги, но падаю на кровать. Она мягкая… как зыбучие пески.

– Я думала, ты… – начинаю я.

Стеф кладет руки мне на плечи и рывком переворачивает меня на спину. Я уже не могу перевернуться обратно.

– Что ты думала? Что я твоя подруга? – Она встает на колени на кровати, зависая надо мной. Хватает пальцами подол моего платья и задирает до пояса. – Ты была слишком занята, когда, как шлюха, металась между Хардином и Зедом, чтобы понять, что я всегда на самом деле тебя презирала. Неужели ты думаешь, что если бы я действительно о тебе заботилась, я бы промолчала о том, что Хардин хочет встречаться с тобой, только чтобы выиграть пари? Наверное, настоящая подруга предупредила бы?

Она права; мой идиотизм вновь предстает передо мной со всей очевидностью. Боль от предательства, помноженная на полуобморочное состояние, приводит к тому, что когда я смотрю на Стеф, ее лицо в ореоле рыжих волос, искаженное самым отвратительным образом, кажется мне демоническим, а блеск темных глаз заставляет меня похолодеть.

– Да, кстати, – скалится она, – надеюсь, ты весело провела время, ожидая появления Хардина в его день рождения? Удивительно, что можно сделать одной эсэмэской. С помощью видеокамеры можно добиться не худшего эффекта, верно?