Ночи без сна - Джо Беверли

Кон оглянулся на Сьюзен, радуясь и сожалея о том, что их прервали. Было бы безумием поддаться искушению.

— Пригласи его сюда, — сказал он служанке и добавил, когда она ушла: — Он достаточно близкий друг, и я мог бы проводить его в отведенную для него комнату и оставить, но…

— Но он гость, и мы не можем этого сделать. Ты это знаешь, Кон. — И прежде чем он начал протестовать, она добавила: — Ты должен помнить о леди Анне.

О тюрьме, в которую он сам себя заточил. Но она права. Сильная, честная и справедливая.

— Ты считаешь, что я это должен? Ладно. В какие апартаменты мы поселим Хоука?

— В Леоновы комнаты.

— Там, где круглый зал с изображением дракона, пожирающего собственный хвост? В Леоновых комнатах на стенах изображены запутанные лабиринты. Пусть Хоук спит там. Он обожает разгадывать головоломки.

Она взглянула на него, нахмурив брови:

— Ты, кажется, не очень рад видеть своего друга?

Он пожал плечами:

— Интересно, зачем он приехал? Его могли привести сюда либо беда, либо любопытство, либо то и другое вместе.

Она не успела ничего ответить, потому что в коридоре послышались шаги и на пороге появился Хоук собственной персоной. Он, как всегда, выглядел элегантно даже в обычном костюме для верховой езды и даже после дальней дороги.

Кон вдруг безумно обрадовался появлению Хоука и расплылся в улыбке. Окинув друга оценивающим взглядом, Хоук улыбнулся в ответ и, отвесив вычурный старомодный поклон, воскликнул: «Приветствую вас, милорд граф!»

Кон сгреб его в объятия, похлопывая по спине. Он понимал, что был бы рад вновь увидеться с Хоуком и раньше, год тому назад, но сейчас он почувствовал, что в его жизни вновь восстанавливаются здравомыслие и порядок. Начать с того, что Хоук всегда отличался умением решать головоломки, а в Крэг-Уайверне их полным-полно.

Кон вдруг заметил, что Хоук смотрит на Сьюзен, которая стояла в сторонке, как положено образцовой экономке, если не считать того, что была для этого слишком красива и без чепца на голове. Неожиданно для себя он решился представить ее своему другу следующим образом:

— Хоук, это мисс Сьюзен Карслейк из семейства Карслейков, которая любезно согласилась временно исполнять здесь обязанности экономки. Она также является моим старым другом. Сьюзен, это майор Хоукинвилл. Л не раз говорил тебе о нем.

Она с недоумением посмотрела на Кона и, вместо того чтобы сделать книксен, как положено служанке, протянула Хоуку руку.

Хоук взял руку и поклонился:

— Рад познакомиться, мисс Карслейк.

Кон не сомневался, что его друг мысленно делает оценки и выводы, многие из которых были правильными. Но он ничуть не сожалел, что представил Сьюзен таким образом, расставив все точки над i.

— Значит, Леоновы комнаты? — сказала она и, любезно улыбнувшись гостю, вышла из библиотеки.

Хоук посмотрел на Кона, но ограничился словами: «Интересный домик».

— Подожди, пока не увидишь его целиком. Что-нибудь случилось?

— Ничего особенного, — сказал Хоук. — Ван, кажется, женится.

— Кажется? Я сам видел объявление в газете.

— Это была шутка. Долгая история. Но сейчас все будет всерьез, если ему удастся уговорить ее. Я оказал ему кое-какую моральную поддержку и надеюсь, что он победит.

— Так это хорошо, не так ли?

Физиономия Хоука всегда отличалась непроницаемостью, а годы работы в армейской администрации, тем более в ее секретном отделе, еше более отточили это его качество. Однако Кон видел, что его друг чем-то обеспокоен.

Но Хоук ответил:

— Не просто хорошо, а отлично, — и подошел к полкам, чтобы посмотреть книги. — Вполне традиционное собрание книг. А мне показалось, что ты говорил, будто твой предшественник был сумасшедшим.

Кон, конечно, понял, что его друг не намерен раскрывать секреты, поэтому не стал настаивать.

— Самое интересное наверху. Идем, я тебе покажу.

Но Хоук не двинулся с места.

— Возможно, я ревную его к Марии. Печально. Один из Джорджей женится. Ты осел здесь, в Девоне.

— Я не намерен жить здесь постоянно, но мы теперь не можем распоряжаться своими жизнями, как это было в шестнадцать лет. И все мы, несомненно, женимся.

Кон представил себе, что три новые семьи — его, Хоука и Вана — связаны, как прежде, тесной дружбой, что их дети тоже дружат между собой.

Но при этом он представил себе своих детей от Сьюзен, а не от Анны.

Может быть, все встанет на свои места, если он выскажет это вслух.

— Я почти сделал предложение леди Анне Пекуорт.

Несмотря на то что Хоук за последние одиннадцать лет почти не бывал в Англии, а в армию ушел буквально со школьной скамьи, его энциклопедический ум мгновенно выдал информацию:

— Дочь графа Аррана? Хорошая партия.

—Да.

— А что значит «почти»? — Хоук не мог пройти мимо этого слова в его фразе.

— Я обещал поговорить с ее отцом, как только вернусь отсюда.

— Понятно.

Кон видел множество вопросов в глазах друга, но Хоук их не задал.

— А ты как? — спросил Кон. — Есть кто-нибудь на примете?

Черт побери, что за напыщенный разговор они ведут? Неужели настоящей дружбе не суждено возродиться?

— Дай мне время. Я всего неделю назад вернулся в Англию. Кроме того, в отличие от моих друзей Джорджей у меня нет ни титула, ни крупной земельной собственности. А поскольку у меня нет намерения жить в усадьбе Хоукинвиллов вместе с моим отцом, у меня нет даже дома.

И у него тоже проблемы. Опасаясь разбередить рану, Кон лишь спросил:

— Как себя чувствует твой отец? Я слышал, что у него был апоплексический удар?

— Выздоравливает. Я еще там не был.

Разговор снова прекратился.

— А не принять ли нам ванну? — спросил Кон.

Хоук изумленно поднял брови, а Кон расхохотался.

— Идем. Сам увидишь.

При виде римской бани Хоук присвистнул:

— Безумно экстравагантно, но я не сказал бы, что мне нравится художественное оформление. Похоже, он и впрямь не любил женщин, а?

— Полагаю, это потому, что они не оправдали его надежд. Мужчина вроде него склонен во всем обвинять женщину. Кстати, совместное пребывание в горячей воде способствует правдивости в отношениях.

— Не забыть бы об этом, когда мне придется в следующий раз допрашивать бесчестного поставщика. Хотя, учитывая отсутствие привычки к личной гигиене у большинства бесчестных поставщиков, этого, пожалуй, не стоит делать.