Просто волшебство - Мэри Бэлоу

Питер собирался, как только их желание будет утолено, сделать ей предложение еще раз. Он принял это решение внизу, когда она сказала «да». Он хотел показать, как безумно ее любит, а потом, пока она еще не пришла в себя, пока к ней не вернулась ее обычная твердость, он еще раз задаст ей этот вопрос, И уже на рождественском балу торжественно объявит об их решении.

Но если его мать была любовницей ее отца, шантажировала его и толкнула его на этот отчаянный шаг, Сюзанна никогда не выйдет за него замуж.

А уж о том, что скажет его мать, когда он представит ей дочь Уильяма Осборна как свою невесту, и думать не стоит. Питеру отчего-то казалось, что его догадка верна.

– Все знают, что ты со мной, – сказал Питер. – Возможно, кто-то даже видел, как мы уехали в экипаже. Все решили, что я повез тебя в Сидли, где мы остались на обед.

– Я отчего-то очень часто представляю, как убегаю и вырываюсь на свободу, – проговорила Сюзанна. – Однажды я уже сбежала, но теперь думаю, что поступила опрометчиво. Правда, все кончилось хорошо – судьба привела меня в Бат, где я счастлива. Отчего же мне хочется бежать от этого счастья?

– Наверное, это не все, что тебе нужно в жизни? – предположил Питер. – Я бы сейчас с тобой убежал хоть на край света, если б знал, что мы там, как в сказке, заживем счастливо и умрем в один день. Предлагая тебе летом вместе уехать в Уэльс, я, наверное, не шутил. Да даже не наверное, а точно. Но ни о чем подобном я более тебя не прошу.

– Вот как? – выдохнула Сюзанна.

– Потому что сказки – это сказки, – сказал Питер. – Нет такой волшебной страны, где можно жить беззаботно и счастливо. Чтобы обрести счастье, нужно трудиться. Именно этим я и собираюсь заняться в ближайшем будущем. Я решил это, уезжая из Бата. Не спрашивай, что и как я намерен делать, – я и сам еще не знаю. Но в конце концов я убью одного или даже двух драконов и постараюсь любить себя. А потом, возможно, смогу предложить миру и тебе нечто большее, чем галантность.

Сюзанна внимательно посмотрела на него, и на ее глазах, несмотря на улыбку, выступили слезы.

– Я не жалею, что тогда сбежала, – сказала она. – Я довольна тем, как сложилась моя жизнь. Если б я не сбежала, мы никогда бы не встретились. Но я больше не убегу. Я вернусь в Финчем и встречусь со своими родными, хотя мне будет нелегко. А после Рождества я вернусь в Бат и постараюсь как можно лучше делать свое дело.

– Ты не жалеешь, что мы встретились? – спросил Питер.

– Нет.

– Я тоже.

– Однако мне пора в Финчем, – сказала Сюзанна.

– Скоро будет пора, но не сейчас.

Она приподнялась на локте и поцеловала Питера в щеку. Затем стала осыпать его мелкими поцелуями и наконец коснулась губ. Прижав ладонь к плечу Питера, она заставила его лечь на спину.

Господи помилуй, подумал Питер, заинтригованный, да ведь она собирается заняться любовью!

Когда они сегодня добрались до спальни, он – Питер был уверен, что и она тоже, – едва сдерживал свое желание, а потому приступил сразу к главному. У нее же, судя по всему, выдержки было побольше.

В любовных ласках Сюзанна ничем не уступала куртизанке… впрочем, это, наверное, не совсем так. Дело скорее в том, что он был готов к любви и ей почти не потребовалось усилий, чтобы возбудить его. Как бы то ни было, а она преодолела свою скромность, которая поначалу не позволила ей снять с него бриджи. Ее руки с помощью губ, языка, зубов скользили по его телу, лаская, поглаживая, останавливаясь и дразня там, где это было нужно.

Какое-то время Питер лежал неподвижно, прижав к кровати вытянутые вдоль тела руки. Он наслаждался безупречностью ее прикосновений, удивляясь ее смелости, ее чуткой интуиции, благодаря которой она знала, как пробудить страсть, не доводя в то же время ее до высшей точки. Но вот ее губы сомкнулись вокруг его соска, который она то прикусывала зубами, то ласкала языком. Питер со стоном запустил пальцы в ее золотисто-каштановые локоны и тихо рассмеялся.

– Помилосердствуй! – взмолился он.

Сюзанна, подняв голову, улыбнулась. На ее щеках алел румянец, глаза горели желанием.

– Но я не хочу быть милосердной, – ответила она низким грудным голосом и приблизила к нему свое лицо. Затем, дотронувшись до его губ кончиком языка, она поцеловала Питера, для которого ее ласки превращались в настоящую пытку. Продолжая экзекуцию, Сюзанна оперлась на руки и устроилась на нем верхом.

Питер провел ладонями по восхитительному изгибу ее спины и впился пальцами в крепкие, округлые ягодицы. У нее была прекрасная грудь, не слишком большая, но крепкая и красивой формы. Сюзанна снова склонилась над ним для поцелуя, и Питер почувствовал, как ее грудь коснулась его затвердевшими сосками, а лоно слегка прижалось к его восставшему члену.

Муки казались невыносимыми, но Сюзанна хотела именно этого, и он ей подчинился.

– Ведьма, – пробормотал Питер.

Стоя на коленях и покусывая его нижнюю губу, Сюзанна рукой ввела его член в себя.

О!..

Ее горячее и влажное лоно крепко сжалось.

Питер положил руки ей на бедра и медленно вдохнул. Эти изощренные ласки очень походили на мучение, на сладостную муку, и Питер боялся прервать ее своей поспешностью. Его губы медленно растянулись в улыбке.

– Повторюсь, – сказал он, – мое место здесь и с тобой, нигде больше.

Сюзанна нависла над ним, упершись руками в кровать по обеим сторонам от него, и еще крепче сжала его бедра коленями, затем приподнялась и снова опустилась. Закрыв глаза и прижав подбородок к груди, она продолжала двигаться таким образом.

Боже, подумал Питер, прежде чем страсть затмила ему разум, она занимается с ним любовью сверху. Некоторое время он лежал неподвижно, покачиваясь на волнах блаженства, но вот его руки крепко сжали ее бедра, и он несколько минут двигался в одном ритме с ней, пока приблизившаяся кульминация не нарушила их ритм: Сюзанна надавила вниз, а Питер подался вверх.

Это было невероятно.

Неземное блаженство.

Это не просто страсть, это любовь, подумал Питер, когда Сюзанна обрушилась на нею и он накрыл ее одеялом.

Никогда прежде ему не приходило в голову, что между первым и вторым есть связь.

Несколько минут он держал Сюзанну в объятиях. Они не спали. Питер знал, что в эту минуту она повторяет себе, что это конец.

Но нет, это не конец. Он был готов даже безоружным сразиться с целым полчищем ужасных огнедышащих драконов.

Это не конец…

Это конец, думала Сюзанна, прижимаясь к плечу Питера, впитывая исходящее от него тепло, когда экипаж свернул на дорогу к Финчем-Мэнор. Вполне возможно, они еще увидятся. Не исключено даже, что на балу в Сидли. Он говорил о приглашении, хотя она еще не думала об этом.