Ошибка Заклинателя - Стелла Вайнштейн

Эмме нерешительно посмотрела в сторону Эрика и подняла руку потрогать уложенные волосы. Ее очень тронуло, что он продумал все детали нового облика, в то время, как она совершенно забыла об этом.

— Эмма, — гулко сказал горец. — Тебе на людях надо держаться уверенней и быть строже со мной.

Она понятливо кивнула и постаралась держать прямо спину. Ее тут же накрыла волна дурноты.

— Если что, прикроемся моей болезнью.

Эрик приоткрыл дверцу фургона. К удивлению Эммы, караван остановились вовсе не на пустыре, а на окраине оживленного городка. Местные жители в выставили лотки со снедью и различными поделками, всюду были развешаны бумажные фонарики, в воздухе плыли ароматы жареного мяса. Булыжники вымощенной центральной улицы города празднично поблескивали. Разодетые мужчины и женщины гуляли, закусывая сладостями на палочках. Подле фургонов развели высокие костры, охранники и купцы удобно развалились на подушках, ужинали и болтали.

Эмма спустилась по ступенькам и к ней тут же бросился бедно одетый мальчишка.

— Госпоже Лунне нужен провожатый?

Эрик вежливо отказался вместо нее, пока Эмма жадно вбирала каждую деталь оживленной улицы.

С ней здоровались, уважительно кланяясь, в то время, как горца совершенно игнорировали.

У первого лотка Эмма купила свежую паровую булочку с начинкой из грибов и зелени. Продавец вручил ей в подарок бумажную хризантему с нежно-розовыми лепестками.

Эмма опешила от подобной учтивости, но это было только началом. Каждый хозяин подманивал ее к себе, а потом начинал кричать, что его товар любим Луннами.

— Как они знают, что я — Лунна? — спросила Эмма.

— Луннам позволено собирать волосы заколками, но дело не только в этом. Понимаешь, для людей ранга До, не одаренных магией, потоки Ши выглядят как тусклое свечение, исходящее от заклинателей и Лунн. При свете дня не разглядишь, но сейчас — ночь.

Эмма вгляделась в Эрика, но ничего особенного не заметила.

— Во-первых на мне амулет, который скрывает внешность и магию, не забывай. Во-вторых, мы чувствуем потоки Ши сердцем, а не глазами.

Эмма разорвала булочку на две части и поделилась с горцем. Они ели улыбаясь, глядя друг другу в глаза. Тесто таяло во рту, а грибы были идеально поджаренными и сочными.

На одном из лотков продавали запеченные кроличьи головы в острых специях. Эмма не решилась попробовать, а продавец очень обиделся.

— Тут в Туджоу очень любят кроликов. Есть даже поговорка, что ни одному кролику из Туджоу живьем не скрыться. Попробуйте мягкое мясо, красавица-лунна, не пожалеете!

— Лучше посмотрите сюда, несравненная Лунна! Засахаренные ягоды на палочках. Свежие и ароматные.

Они гуляли по освещенной улице, то и дело пробуя новые яства — сладкие, соленые, острые, и горькие.

Для последнего вкуса им пришлось зайти в аптеку, где бородатый лекарь согласился сварить для Эммы одну порцию тонизирующего напитка.

— Возвращайтесь через час! — прогудел он, поглаживая длинные седые усы. — Для порядка, лекарству требуется кипеть четыре часа, но уважаемая Лунна спешит.

Ноги Эммы гудели от усталости, но она вправду чувствовала себя намного лучше, словно невидимая пленка между ней и новым телом немного истончилась.

Она как раз вспоминала проведенный Адамом ритуал и подыскивала место, где можно было провести следующую по порядку часть ритуала. Им посчастливилось наткнуться на ярко освещенную лодку, готовую отчалить по неширокой реке, текущей посреди города.

Нарядно одетый в голубой халат чисто выбритый мужчина, с длинными черными волосами и веером в руках заметил Эмму и подозвал ее:

— О, небожительница, не снизойдете ли вы до недостойных, подсластить вечер вашим присутствием?

Эрик наклонился и шепнул на ухо:

— Это увеселительная лодка. На ней проводят время богатые бездельники.

Эмма услышала звуки музыки и решительно потянула Эрика за собой.

Смазливый зазывала тут же заулыбался и приказал служанке поднести Эмме чашечку с вином.

— Что будет угодно хозяйке моего сердца? — заискивающе спросил он, пряча лицо за веером и тут же стреляя в Эмму ослепительной улыбкой.

— Есть ли у вас отдельная комната и лучший музыкант? — попросила Эмма.

— Столь скромная просьба? — довольный зазывала показал путь по ступенькам к закрытому павильону. — Несравненная Лунна не будет разочарована. Может ли недостойный узнать имя госпожи?

— Деви, — ответила Эмма и поднесла ладонь к виску.

Вино у этого заведения было довольно крепким, следовало проявить осторожность.

— Именно сегодня на суньми играет талантливый музыкант, жемчужина Туджоу, — продолжал нахваливать зазывала. — Увидев госпожу, он тут же потеряет разум и сердце от любви!

21.5

Эмма посмотрела в сторону Эрика. Тот шел чуть позади не поднимая взгляд, поддерживая ее под локоть. Видно, что он не понимал ее затеи, но и не собирался препятствовать.

— Можно ли попросить другой инструмент? — поморщилась Эмма. Ей не хотелось напоминаний о заклинателе.

— Может небожительница предпочитает нежную дудочку?

— Не имеет значения, — отмахнулась Эмма.

Их привели в роскошно обставленные покои, с большим балконом, с которого можно было наблюдать нарядную набережную. Эмма первым делом развязала ленты на свернутых бамбуковых шторах, опустила завесу на двух окнах. Затем подошла к дверям, ведущим на верхнюю палубу и затворила их тоже.

В комнате витал сладкий аромат благовоний. Мягкие диванчики обитые ярким шелком расположились вокруг низкого столика. Пока Эмма ограждала их от лишних глаз, молодые прислужники принесли нарезанные фрукты и глиняные кувшинчики с вином.

Эмма потянула Эрика за рукав и усадила того на подушки, сама оставшись стоять.

Зазывала с интересом наблюдал за ними, видимо, пытаясь угадать отношения между молчаливым горцем и ярко одетой южанкой. Наверное, они запоминающаяся пара, чего Эмма желала избежать.

— Можете ли оставить нас наедине? — капризно попросила она, внутренне переживая, смогла ли отыграть роль властной лунны.

— Этот недостойный всего лишь ждет представить музыканта, — поклонился зазывала. — Тот заставляет несравненную ждать и будет наказан.

Из-за спины зазывалы раздался низкий чувственный голос:

— Для этого недостойного получить наказание из рук госпожи станет наслаждением.

Вперед выступил стройный мужчина, с подведенными бровями и подкрашенными губами. Он был красив, ухожен, и в движениях угадывалась походка танцора. В длинных пальцах музыкант держал белую жадеитовую флейту. Замысловатую прическу украшала корона с заколками в виде лилий. Эмме они напомнили сотворенную Адамом шпильку, и ее посетила догадка, что здешний музыкант пытается подражать столичному Айгуо.

— Завяжите ему глаза, — приказала она. — И оставьте нас одних.

В глазах музыканта зажегся интерес, да и зазывала отчаянно хотел хоть одним глазком посмотреть на затею странной парочки, но Эмма отказалась от лакомств, игр, загадок и всего обширного ассортимента развлечений