Моя подруга - месть - Елена Арсеньева

«Значит, про Надежду ей уже сказали, – поняла Марьяна. – Апро Виктора вряд ли. Рэнд ведь должен хотя бы для приличия время выждать. Я«выдала» Виктора примерно час назад. Пока съездят на ту виллу, пока там то дасе, – ее передернуло, – нет, не успели бы еще обернуться. Хотя зачем Рэндустараться, соблюдать какой-то декорум? Плевать ему на то, что действия егомогут показаться идиотскими. Он ведь не убийство в Восточном экспрессеорганизует, а шьет белыми нитками то, что уже давным-давно сшито. Ну а если Ларисесообщили про Виктора – то сказали и про то, кто выдал его?»

Нет, Лариса скорее всего не знает о «предательстве». Не такона держалась бы, если б знала! Не болтала бы доверчиво и безмятежно, словноприглашая Марьяну полюбоваться романтической историей ее брака!

– Ну вот. Я распланировала: или возьму первое место наконкурсе, или… ну, не знаю! Утоплюсь, к примеру. Проштудировала массу журналов,прочла все, что могла, о конкурсах красоты, о топ-моделях. Съездила в Москву кхорошему фотографу, заказала такой портофолио, что здесь все рухнули! Правда,он влетел мне в копеечку… вернее, в доллар. Но цель оправдывала средства.Конечно, я четко знала: чтобы выйти в финал, надо переспать с тем-то и тем-то,а для победы… говорят, для победы за ценой не стоят, но до чего же мне былопротивно! Бог миловал: Виктор рассказывал, что как только увидел меня напредварительном отборе, сразу дал дикую взятку руководителям – меня и отвели отучастия. Но к тому времени он уже сделал мне предложение, так что я немного потеряла.– Она опять хихикнула. – Вот только портофолио псу под хвост.

Наконец-то Марьяна сообразила, откуда взялись тепрельстительные фотографии Ларисы, которые украшали офис Виктора. Крепко желюбил он свою красавицу жену, что не мог расстаться со своей звездою надолго,хоть бы на день! И оживи он сейчас – невыносимо было бы ему увидеть, какой ееотпустили от себя бессердечные, ненасытные самцы. Может, даже и хорошо, что онэтого не увидит, не узнает. Нелегко такое знание о своей жене перенестимужчине, даже столь любящему, как Виктор. Может, даже и лучше… что все такоборачивается.

Марьяна яростно стиснула руки. Да она с ума сходит?! Ужкак-нибудь пережил бы все эти страшные известия Виктор – если бы ему толькодали такую возможность. Но… не дали!

И вдруг Марьяна заметила, что Лариса уже не бормочетзажмурясь, а внимательно смотрит на нее.

Странный это был взгляд. Как бы недоверчивый.

– Марьяна, это правда, что мне сказали? – тихо проговорилаЛариса. – Я подумала, они совсем сломить меня хотят…

– Что тебе сказали? – с трудом выговорила Марьяна, всясжимаясь от того, что ей предстояло услышать.

– Что Виктор убит. И все остальные – тоже. И что взяли ихтолько благодаря тебе.

Хоть и готовила себя Марьяна внутренне к этому обвинению,она не ожидала, что Рэнд «введет его в обиход» так быстро. И опять какое-тодетское негодование, сродни обиде, всколыхнулось в душе. Почему Рэнд решил всеэто свалить на нее? Что она ему сделала? Небось если даже Марьяна решилась бымолчать и была убита, он все равно именно на нее навесил бы это предательство!Ну конечно, трудно поверить, что можно чего-то добиться от Надежды, а вот отэтой слабачки, которая вечно замирает от страха и то и дело готова в обморокбрякнуться, – очень даже просто! Ну так Марьяна еще пока жива. И в ее силахоправдаться перед единственным человеком, который может ей поверить! Еслитолько захочет. А захочет ли?.. И все-таки Лариса должна услышать правду.

– Знаешь, что я сказала этому типу? – с трудом выговорилаона. – Что Виктор на вилле Азиза. На той самой, где мы с тобой были!

– Да? – вскинула брови Лариса. – Но ведь их там вроде бы небыло, иначе какой смысл нас допрашивать? Это же общеизвестный адрес!

– Извини, другого не знала, – передернула плечами Марьяна. –Когда Рэнд начал совать меня в болото с крокодилами, я сказала первое, что вголову пришло.

– Совать в болото с крокодилами?! – Лариса даже за сердцесхватилась.

Марьяна, нахмурившись, кивнула. Она не испытывала нималейших угрызений совести из-за этого оговора. Рэнд непременно столкнул бы еев это болото, так какая разница, что сказать?

– Значит, мы ошибались, – прошептала Лариса, все ещевздрагивая от воображаемого кошмара. – Значит, Виктор и в самом деле был наэтой вилле, и ты попала в яблочко.

– В том-то и дело, что не было его там! – всплеснула рукамиМарьяна. – Не было! А зачем нас допрашивали – это у Рэнда надо спросить, у тойхитрой сволочи, которая все это придумала. Oдно тебе могу сказать: Виктор былубит за час, а то и больше до того, как я назвала Вахаеву адрес!

Глаза у Ларисы так и вспыхнули голубым пламенем, а потомпочернели от внезапно расширившихся зрачков.

– Что?.. – выдохнула она, отшатываясь от Марьяны. – Что тысказала?!

– Ларисочка, поверь! – с мольбой сложила руки Марьяна. – Яне виновата, Виктор не из-за меня погиб! Ну как я могла бы? Он ведь мне какродной, вдобавок с ним был Григорий. Да я уж лучше сама бы нырнула в то озерко…Просто так вышло, что Салех – ну, это один из охранников, мелкий такой,мерзкий, – забыл закрыть эту дверь. Я высунулась в коридор…

– И ты не попыталась убежать? – с недоверием в голосеперебила ее Лариса.

– Да там часовой стоял за углом, разве убежишь?

– И тебя не застукали?!

– Чуть было не, – кивнула Марьяна. – Но я услышала голоса иуспела юркнуть в ванную. Думаю, они считают меня такой истеричной дурой, чтодаже брезгуют ждать подвоха. И все-таки я кое-что успела увидеть и услышать.Tам окно во всю стену, оно выходит к воротам. Я видела, как подъехал «Патрол»,как выбросили Виктора и Женьку… мертвых. Потом вытолкнули Григория, избили иутащили в морг!

– Ку-да?.. – заикнулась Лариса и умолкла, словно у нееперехватило горло.

– Да у этого чокнутого Алхана здесь целый анатомический театроборудован, – покрутила пальцем у виска Марьяна.

– Слушай, а ты сама… как себя чувствуешь? Случайно нечокнулась? – осторожно спросила Лариса. – Почему Алхан? Почему Вахаев?

– Может быть, это только домыслы, – смутилась Марьяна. –Наверняка-то я ничего не знаю, но почти не сомневаюсь: Алхан Вахаев раньше былгинекологом, работал в Нижнем Новгороде, в клинике «Эмине», промышлял продажейдетей богатым людям. Что у него потом случилось – не знаю, может быть, простоспятил, однако он увлекся патологоанатомией – в частности, бальзамированием. Нуразве может нормальный человек этим заниматься?!