Козырной туз - Барбара Мецгер

Алекс заставил Филана сесть, опасаясь, как бы тот снова не лег в постель, симулируя.

– Говорите! – приказал он.

Рыдания мешали Филану говорить. Нелл поднесла ему стакан воды и дала носовой платок.

Охваченный нетерпением Алекс раздвинул шторы на окнах.

– Вы знали, что Лотти жива, и молчали об этом? Позволили какому-то проклятому похитителю держать мою сестру у себя целых тринадцать лет?

– У меня… У меня не было другого выхода! – пробормотал Филан. – Он сказал, что, если я кому-нибудь сообщу, он убьет ее и сообщит властям, что я нанял его, чтобы он пустил экипаж под откос.

– А как было на самом деле?

– Я этого не делал! Я только хотел, чтобы Годфри повредил колесо или еще что-нибудь, чтобы всем им пришлось вернуться обратно.

– Зачем, черт возьми?

– Чтобы Лизбет осталась хотя бы еще на несколько дней. Тогда бы она послушала…

– Кого послушала?

– Меня. И поняла, как сильно я ее люблю. Мне нужно было всего несколько дней, чтобы доказать, что я смогу сделать ее счастливее, чем тот старик, за которого она вышла замуж.

– Тот старик – мой отец, черт возьми!

Проигнорировав слова Алекса, Филан продолжал:

– Мы могли бы убежать с ней в Ирландию.

– Но Лизбет любила своего мужа, приятель. Она ни за что бы его не оставила.

– Нет, она любила меня! Она всегда меня любила!

– Она питала к вам родственные чувства.

– Нет! – Филан стиснул руку Нелл. – Мы любили друг друга! Скажи ему, Нелл, что я никогда бы не причинил ей вреда. Я только хотел, чтобы она задержалась еще на несколько дней.

Алекс сам был готов прослезиться. Нелл беззвучно плакала, не выпуская руки брата. Боже, столько смертей, столько горя из-за глупого рокового влечения этого человека!

– Вы хотите сказать, что произошла ошибка?

– Не знаю.

– Черт возьми, только вы обо всем знаете! Что случилось?

Филан покачал головой:

– Годфри так ничего и не сказал. Он написал мне записку, что ребенок у него.

– Тогда почему вы не заплатили выкуп за девочку и не вернули ее домой? Мой отец отдал бы все, лишь бы Лотти была с ним.

– В записке Годфри было сказано, что он пока не может возвратить девочку. Он был ранен в перестрелке, и все узнали бы, что это был не несчастный случай. И девочка могла бы показать на него и рассказать, что произошло на самом деле.

– Но Лотти было всего три года! Она ничего не поняла. Он мог оставить ее в церкви с запиской, где было бы указано ее имя.

– Но он этого не сделал. Не сообщил, где он и как я должен доставить ему деньги. Только угрожал ее убить, если кто-нибудь попытается его найти.

– Да будет вам известно, что, возможно, к тому времени ее уже не было в живых.

– Он прислал локон ее волос. Я сжег их, чтобы никто ни о чем не догадался.

– Ах, Филан, как ты мог?! – воскликнула Нелл.

Кард в сердцах пнул ногой полено в камине, и во все стороны полетели искры. Полено покатилось, и Алексу ничего не оставалось, как снова запихнуть его ногой обратно в камин, потому что кочергу на всякий случай убрали из комнаты.

– Что случилось потом?

Филан высморкался.

– Ничего. Две недели я не получал никаких вестей и вел поиски. Потом получил вторую записку с адресом банка в Лондоне и суммой, которую я должен перечислять на указанный счет, если хочу снова увидеть Шарлотту. – Алекс собирался что-то сказать, но Филан жестом остановил его. – Знаю, вы хотите спросить меня, почему я не подошел тогда к служащим банка… Я подошел, но они не сообщили мне имя держателя счета.

– А вам не приходило в голову, что графу они сообщили бы эти сведения?

– К тому времени ваш отец слег. А вы были в то время еще мальчишкой.

– Но у меня были опекуны. Они поклялись найти Шарлотту и вернуть ее домой.

– Нет, они отправили бы меня в тюрьму, если бы я тогда им во всем признался. Что бы тогда было с моей сестрой? А Деннис Годфри угрожал убить Шарлотту.

– Проклятие! – пробормотал Алекс.

– Но ты ходил в банк? – спросила Нелл.

– Много раз. Я приносил деньги и ждал, чтобы увидеть, кто за ними придет. Я хотел хоть что-нибудь узнать о Шарлотте. В конце концов, я мог сделать только одно: снова и снова отправлять деньги, несмотря на то что от Годфри больше не было никаких вестей.

– В течение тринадцати лет, не зная, жива Лотти или нет?

Филан заливался слезами.

– Я не хотел рисковать ее жизнью. Если Лотти жива, ей нужно есть, ей нужна одежда и книги… и ленточки для волос. Будь Лизбет жива, она захотела бы, чтобы я отправлял деньги для ее дочери.

Алекс был по горло сыт услышанным. Потянув хнычущего Слоуна за подол ночной рубашки, он велел ему встать.

– Не ищите себе оправданий, гадая о том, чего бы хотела Лизбет, останься она жива. Думаю, графиня хотела быть целой и невредимой, жить вместе с любящим супругом и растить дочь. А теперь позвольте мне угадать… У вас кончились деньги, не так ли? Причитавшегося вам наследства и дохода хватало только на удовлетворение ваших личных нужд, а вам нужно было платить шантажисту. Поэтому вы начали прикарманивать прибыль с усадьбы.

Филан шмыгнул носом.

– Наступили плохие времена, судоверфь обанкротилась.

Алекс с отвращением отшвырнул Филана.

– И тогда вы воспользовались приданым сестры!

– Ты намоем месте поступила бы точно также, не правда ли, Элеонора? Ты не позволила бы дочери Лизбет голодать? – завопил Филан.

– Разумеется, нет. Но ты должен был найти другой выход. Когда Алекс достиг совершеннолетия, ты мог поехать к нему. Рассказал бы мне обо всем, я бы тебе помогла.

– Говорю тебе, ничего нельзя было сделать. Деньги кто-то забирал. Так мне сказали в банке. Я собирался перестать платить на следующий год, когда Шарлотте исполнится семнадцать. Тогда она может устроиться на работу или выйти замуж. Или разыскать нас, если захочет. Как только я перестал бы посылать деньги Деннису Годфри, начал бы выплачивать все, что позаимствовал из имения. Клянусь!