Без маски - Вирджиния Хенли

Одна из них подошла к Велвет и спросила:

— Что, еще какая-то леди заболела лихорадкой?

— Вы о чем? — удивилась Велвет.

— Видите ли, леди Беатрис очень плоха, и ее сейчас осматривает придворный доктор.

— Значит, доктор Фрейзер здесь?

— Да, миледи. Как я уже сказала, он в покоях леди Беатрис.

Велвет подошла к указанным покоям, постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, проскользнула в комнату. Доктор мыл руки, а его ассистент поил больную микстурой от лихорадки.

— Что-нибудь случилось, леди Монтгомери?

— Доктор Фрейзер, срочно требуется ваша помощь. Следуйте, пожалуйста, за мной.

— Только не говорите мне про очередной приступ лихорадки…

Велвет покачала головой и приложила палец к губам.

Когда они вошли в покои Анны, Велвет осторожно прикрыла за собой дверь. А доктор Фрейзер сразу понял, что происходит.

— Помогите мне раздеть ее. — Совместными усилиями они сняли с Анны почти всю одежду. — Мистрис Анна, у вас боли?

— У меня будто внутренности разрывались — так было больно. Но теперь все прошло.

— Вы потеряли немного крови, но сейчас схватки прекратились.

Доктор вопросительно взглянул на Велвет.

— Все нормально, доктор Фрейзер, — ответила она. — Я в курсе.

— Существует только одна возможность спасти ребенка, да и то небольшая, — сказал Фрейзер, потом осведомился: — Насколько я понимаю, вы не замужем, миледи?

— Ничего подобного, — возразила Велвет. — Анна — принцесса Уэльская. Они с Джеймсом обвенчались в Бреде в конце ноября.

Доктор Фрейзер побледнел. Джеймс был наследником трона, и, следовательно, ребенок Анны становился третьим по значимости Стюартом.

— Миледи, вы должны оставаться в постели, держа ноги в приподнятом положении. Я дам вам снотворные пилюли, ибо только покой и отдых помогут избежать выкидыша. Кроме того, я приглашу сиделку, которая будет неотлучно находиться у вашей постели. Она сразу позовет меня в случае каких-либо изменений в вашем состоянии. Надеюсь, леди Монтгомери, вы присмотрите за ней, пока не придет сиделка.

— Разумеется, доктор.

Когда Фрейзер ушел, Велвет придвинулась к постели Анны.

— Вам удобно?

— У снотворных пилюль ужасно горький вкус, но в целом мне уже гораздо лучше.

Велвет сжала руку Анны, оказавшуюся красной и шершавой.

— Хотите, чтобы я сообщила о произошедшем вашему мужу? — спросила Велвет.

— Нет-нет, не надо, — поспешно ответила Анна. — Я также надеюсь, что все это останется тайной и для моего отца.

Когда в покои пришла сиделка и Анна забылась сном, Велвет решила, что имеет полное право удалиться. Вернувшись в Большой зал, она обнаружила, что принцесса Мэри рассказывает Чарлзу о постоянно мучившей ее головной боли. Барбара же скрылась в столовой, где уже подавали ужин, но Бакингем не торопился покидать короля. Велвет дотронулась до его рукава и со значением посмотрела на него. Герцог, будучи человеком очень неглупым, сразу же понял, чего она хочет. Обратившись к принцессе Мэри, он проговорил:

— Кажется, у Генри Джермина есть отличное средство от мигрени. — Герцог предложил леди Мэри руку. — Не желаете ли поговорить с ним об этом?

Поскольку Джермин, чтобы не выдать свои чувства, старался держаться от принцессы подальше, леди Мэри с Бакингемом отправились разыскивать его. Велвет же, приподнявшись на цыпочках, прошептала Карлу на ухо:

— Сир, у Анны опасность выкидыша.

Король нахмурился и спросил:

— А что случилось? Что с ней?!

Велвет приложила палец к губам, затем шепнула:

— Спросите у Фрейзера.

Когда же король ушел, она пробормотала себе под нос:

— Пойду-ка я спать, не то мне придется объяснять Барбаре, куда вдруг исчез король.

Когда Велвет проснулась на следующее утро, выяснилось, что утренняя тошнота у нее исчезла. Выглянув из окна, она обнаружила, что пошел снег. За одну ночь все вокруг стало белым, и весь мир казался свежим, чистым и ярким. Одно лишь огорчало: Монтгомери скорее всего уже уехал из Уайтхолла, оставив ее в одиночестве. «Нет, не смей об этом думать!» — тут же приказала себе Велвет. Быстро позавтракав, она направилась в покои Анны. Обнаружив, что та крепко спит, Велвет не стала ее тревожить и сказала служанке:

— Когда миледи проснется, передайте ей, что заходила леди Монтгомери.

Оказавшись в холле, Велвет увидела слуг со стопками свежего льняного белья, которое они разносили по комнатам.

— Как здоровье леди Беатрис? — спросила она одну из служанок.

— Вероятно, ей лучше. Точнее сказать не могу, поскольку принцесса Мэри со всеми своими дамами переехала в Сент-Джеймсский дворец.

«Переехала?.. Как странно… Неужели они ночью переезжали?» — думала Велвет, направляясь в свои апартаменты. Проходя мимо задней лестницы, ведущей в покои короля, она вдруг увидела доктора Фрейзера. Остановившись, тихо сказала:

— Доктор, я только что заходила в покои Анны и обнаружила ее спящей. Неужели опасность миновала?

Фрейзер как-то странно посмотрел на нее, потом, явно смутившись, спросил:

— Вы о чем, миледи?

— Я имела в виду ребенка…

Доктор вздохнул и тихо произнес:

— Ребенка нет. Я хочу сказать, уже нет.

— Понятно, доктор… Скажите, а придворная дама по имени Беатрис, страдавшая вчера от лихорадки, также отправлена в Сент-Джеймсский дворец?

Доктор Фрейзер едва заметно поморщился.

— Ее перевезли туда, поскольку лихорадка могла передаться Анне. То есть в целях предосторожности.

— Но почему принцесса Мэри тоже переехала в Сент-Джеймсский дворец? Разве лихорадка не представляет опасности и для нее?

Доктор Фрейзер пожал плечами:

— Я всего лишь следую приказам его величества, леди Монтгомери.

— Простите меня за расспросы, доктор, Я понимаю, что вы не можете игнорировать приказы короля. — Решив сменить тему, Велвет сказала: — Между прочим, я тоже собираюсь родить.

— Примите мои поздравления, миледи. И когда же ожидается это радостное событие?

— Возможно, в апреле или начале мая. Несколько дней я страдала от утренней тошноты, но теперь, кажется, она прошла.

Фрейзер немного помолчал, потом тихо сказал:

— Леди Монтгомери… Велвет… обещайте мне, что будете держаться подальше от Сент-Джеймсского дворца. Не дай Бог, случайно подхватите инфекцию.

— Благодарю за предупреждение, доктор. Даю слово, что ноги моей там не будет.