Бастиано Романо - Паркер С. Хантингтон

— Все в порядке? — Мой взгляд метнулся к часам.

Шесть вечера.

Он пришел на десять часов раньше, чем обычно.

Он стянул с себя толстовку, бросил ее на барный стул и поцеловал Тесси в висок.

— Что вы, девочки, готовите?

Я знала, что он игнорирует вопрос, и агент под прикрытием во мне чувствовал себя обязанным заставить его ответить, поэтому я поступила прямо противоположным образом. — Лазанью. Люси заходила к нам на обед и дала мне свой рецепт. Надеюсь, она не хреново готовит.

Тесси наклонила голову назад, чтобы посмотреть на меня.

— Это плохое слово.

— И теперь ты знаешь, что его нельзя говорить, — заметил Бастиан.

Он схватил Тесси одной рукой и позволил ей прижаться к его телу, чтобы не стоять на табурете. Мы готовили еду втроем, и это было странно, потому что казалось нормальным. Как будто мы были семьей.

Я выкинула эту мысль из головы, как только она появилась. Я была Апатой, а не Юпитером, и уж точно не годилась для семьи. Но я хотела этого. Семью. Этой любви. Больше, чем я когда-либо хотела чего-либо еще. У меня никогда не будет ни гроша, ни машины, ни одежды на спине, но если бы у меня было это чувство, запертое в бутылке и переживаемое вечно, я бы умерла счастливой.

БАСТИАНО РОМАНО

Тяжесть секретов Винса подкосила мой рассудок. Я не мог продолжать искать его, зная, что он солгал. Мне нужно было, по крайней мере, отстраниться от него, прежде чем завтра снова пытаться это сделать. Я нашел это убежище в Ариане и Тесси.

Каждый раз, когда чувство вины за то, что я не был на улице и не искал дядю Винса, грозило накрыть меня с головой, Тесси улыбалась мне или Ариана говорила что-то настолько неожиданное, что становилась центром всего происходящего.

— Остановись, — прошептала она после того, как мы уложили Тесси в постель и прочитали ей сказку на ночь, причем один из нас сидел по обе стороны от нее. — Я вижу, как тебя гложут мысли. Перестань думать об этих вещах. Что бы это ни было.

— Невозможно, — признался я.

Ее глаза сверкнули вызовом, когда она закрыла за собой дверь Тесси, и она бросилась ко мне. Ее губы нашли мои. Грубые. Жаждущие. Умоляющие. Она утопила все мысли в моей голове, пока не остались только я и она.

Она отстранилась и посмотрела на меня так, словно знала меня — не ту поверхностную чушь, которой я прикрывался последние восемь лет, а того, кем я был на самом деле в глубине души. Это было опасно. То, что было между нами, выросло и превратилось в нечто слишком большое, чтобы это отрицать.

Я доверял ей.

Я доверял ей себя.

Я доверял ей Тесси.

И если бы Эверетт был здесь, я бы доверил Ариане и его.

Это опасно, — проворчал призрак Эльзы.

Оно того стоит, — заверила меня та маленькая часть меня, которую Эльза не повредила.

Я выкинул эти мысли из головы и наклонился вперед, чтобы снова поцеловать ее.

Черт.

Я тонул, не видя берега.

ГЛАВА 30

Долг не коллективный, а личный.

Кэлвин Кулидж

АРИАНА ДЕ ЛУКА

Дни без Винса: 12

— Почему Контесса здесь? — Дженн снова возилась с этой дурацкой ручкой над своим блокнотом.

Тесси сидела в приемной с книжкой-раскраской в руках, потому что я не могла попросить кого-то еще присмотреть за ней, а также не могла пропустить эту встречу. Я уже давно приняла решение не говорить Дженн или бюро об отсутствии Винса.

— У ее няни мозги набекрень и она недостойна ни одной клетки мозга, не говоря уже об ответственности за присмотр за восьмилетним ребенком. — Я перебросила резиновый шарик от стресса с ладони на ладонь. — Кстати, эта легенда — тупик, — солгала я.

Мне было странно лгать и уводить Дженн от правды. Не потому, что у меня был долг перед ФБР, а потому, что Дженн была моей лучшей подругой. Или была ею раньше. Мы отдалялись друг от друга с каждой легендой, но эта увенчалась успехом. Я не думала, что, когда все закончится, я смогу снова общаться с ней, как мы обычно делали.

Мое сердце разбилось о нашу дружбу, и я пыталась ухватиться за спасательный плот, за что угодно, лишь бы спасти нас.

— Могу я сказать кое-что без протокола?

Дженн наклонилась вперед.

— Конечно.

— Я доверяю тебе хранить тайну.

Она отложила ручку и блокнот.

— Ты можешь мне доверять.

— Мне нужно помочь Тесси разобраться кое с чем, но ты не можешь добавить это в свой отчет. Она всего лишь ребенок.

Брови Дженн сошлись, ее беспокойство было искренним.

— Да, конечно. Что случилось?

На мгновение мне показалось, что это снова мы. Дженн и Ари. Старые друзья. Между нами ничего нет.

— Дядя Тесси пропал, и она не очень хорошо к этому относится. Она в замешательстве.

— Ее дядя пропал…

— Винсент Романо, — произнесла я.

Выражение ее лица говорило само за себя. Говорить ей об этом было плохой идеей. Я попыталась отступить.

— Ничего страшного, — предложила я. — Он, наверное, сейчас в Атлантик-Сити и проигрывает в азартные игры больше денег, чем ВВП Никарагуа.

— Ариана, — медленно произнесла она мое имя, растягивая каждый слог. — Ты ведь понимаешь, что я должна отметить это в своем отчете?

Я вскочила с дивана.

— Ты мой лучший друг и куратор. Ты можешь принять решение не делать этого.

Она приняла мою позицию и сжала кулаки по бокам от меня.

— Хорошо. Я не буду. Обещаю.

Вот.

Вот что значит не доверять кому-то.

ГЛАВА 31

Первый долг любви — слушать.

Пол Тиллих

БАСТИАНО РОМАНО

Дни без Винса: 13

Это не было сознательным решением рассказать Ариане об Эльзе и Эверетте. Как и доверие, которое мы установили, как и общие чувства, как и то, что я стал полагаться на нее, это просто произошло. В один день я ненавидел ее. В другой — не мог жить без нее.

Ее руки стали для меня терапией, которую я выбрал, больницей, в которой я хотел вылечиться. Каждый вечер я возвращался домой измученным. Каждое утро я уходил обновленным. Как по волшебству.

Она вывела имя Эверетта на моей грудной клетке, поглаживая татуировку, пока мы лежали в постели.

— Он мой сын.

Ее пальцы на моей татуировке замерли, сильно прижимаясь к коже. Мне показалось, что она даже не осознала этого.

— У тебя есть