Искушение - Аманда Квик

Два часа спустя Гидеон в сильном раздражении распахнул ногой дверь в спальню жены. Он рвался в бой.

Его верная жена сидела на постели, откинувшись на подушки. Она успела подготовиться к неизбежному столкновению, ибо понимала, что Гидеон с трудом сдерживал себя с того самого момента, как они застали дома его родителей.

Сент-Джастин был учтив с графом и со своей матушкой. И только. Он коротко поведал о последних событиях. Его рассказ, безусловно, поразил слушателей.

Однако он не собирался деликатничать с Гарриет. Любая жена на ее месте была бы весьма обеспокоена бешенством мужа, но только не Гарриет.

Гидеон схватился за столбик у изножья кровати. Кроме бриджей, на нем ничего не было. Огонек свечи выхватил из темноты его мускулистые плечи и грудь. Глаза виконта сверкали недобрым огнем.

— Мадам, я вами очень недоволен, — произнес Гидеон тоном, не предвещавшим ничего хорошего

— Да, это заметно, милорд, — негромко отозвалась Гарриет.

— И как вы только осмелились без моего ведома послать приглашение родителям?

— Я была в отчаянии. Вы метались по Лондону, вынашивая планы дуэли, и совершенно не слушали меня. Мне нужно было немедленно что-то придумать, чтобы остановить вас.

— Я держал все под контролем, — бушевал Гидеон. Отпустив столбик кровати, он придвинулся к жене. — Все, кроме вас, как выяснилось. Проклятие, женщина! Раз и навсегда запомни: мужчина должен быть хозяином в собственном доме.

— Да вы и есть хозяин в этом доме. В главном. — Гарриет попробовала примирительно улыбнуться, — Но каждый раз случается нечто такое, что заставляет меня принимать решительные меры. Вот и на сей раз: вы проявили упрямство и отказались меня слушать.

— Дело Морланда было только моим делом.

— Ошибаетесь, оно затрагивало и мои интересы. Не забывайте, что причиной дуэли послужило оскорбление в мой адрес.

— Это к делу не относится.

— Нет, относится. — Гарриет, подтянув колени к груди, обхватила их руками. — Я так же причастна к этому, как и вы, милорд. Отчего же вы так разозлились?

— Причина вам известна: вы не посоветовались со мной, прежде чем послать приглашение родителям, — отвечал Гидеон довольно резко. — Я решительно против их присутствия здесь. Вам не трудно было заметить, что мы почти не разговариваем друг с другом. Мой разум отказывается понимать, с какой стати вы пригласили сюда моих родителей!

— Они любят вас, и я не сомневалась, что они обеспокоятся, узнав, что вы собираетесь рисковать жизнью на дуэли.

— Обеспокоятся? Черт возьми! Их может обеспокоить только одно: если меня убьют на дуэли, то прекратится род Хардкаслов.

— Милорд, как вы можете так говорить? Когда вы сегодня зашли в библиотеку, неужели вы не видели, какое встревоженное лицо было у вашей матушки? Она находилась в сильнейшем волнении.

— Хорошо. Допустим, графиня еще питает ко мне добрые чувства. Но отец заинтересован только во внуке. Вот почему я ему нужен живой и невредимый. И зачем, спрашивается, тешить себя мыслью, будто он тревожится о сыне?

— О Гидеон, вы заблуждаетесь. — Встав на колени, Гарриет тронула мужа за руку. — Ваш отец полон тревоги за вас. Просто он так же упрям, самонадеян и горд, как и вы. Но, учитывая, что он намного старше, его упорству следует только посочувствовать.

— Возможно, у меня нет такого опыта, — съязвил Гидеон, — но я не хуже его могу стоять на своем. Уж поверьте мне.

— Чепуха. Вы гораздо терпимее и податливее, чем он.

Гидеон удивленно вскинул брови:

— Я?

— Конечно. Только подумайте, как вы терпеливы со мной.

— Это уж точно, — пробормотал виконт. — Я слишком терпелив с вами, мадам.

— Гидеон, я попытаюсь убедить вас. Послушайте меня. Если вы хотите восстановить дружеские отношения с отцом, пойдите ему навстречу. Он не знает, как пробить стену, которую вы воздвигли вокруг себя за последние шесть лет.

— Почему именно я должен утруждать себя ради возобновления нашей дружбы? Ведь не я, а он отвернулся от меня.

— Вы правы лишь отчасти. Он же доверил вам управление фамильными землями.

— У графа не было выбора, — возразил Гидеон, — я его единственный наследник.

— Он же не совсем порвал с вами, — продолжала Гарриет. — Вы часто навещаете его. Вспомните, как вы торопились на свидание с ним после того, как мы провели ночь в пещере.

— Мой отец разрешает мне навещать его только тогда, когда ему грозит смерть.

— Возможно, он использует состояние своего здоровья как предлог для встречи с вами.

— Боже милостивый. Каким образом, черт подери, вы пришли к такому заключению?

— Я посмотрела на факты логически. Как вы заметили, недомогание не помешало графу примчаться к вам на помощь.

Огромные руки Гидеона сомкнулись вокруг плеч Гарриет. Он наклонился еще ниже:

— Мой отец спешил сюда вовсе не потому, что хотел спасти меня. Он здесь потому, что вам удалось обеспокоить мою мать и заставить их подумать, что я собираюсь положить конец роду Хардкаслов. Это единственная причина его появления здесь. И довольно с меня вашей чепухи.

— С меня также, Гидеон. Вы пообещаете мне, что будете вежливы с отцом. Дайте ему шанс заделать трещину в отношениях между вами.