Инферно - Бьянка Скардони

За считанные секунды я налетела на Тэлона, повалив на пол, голыми руками расцарапывая ему грудь, раздирая плоть, словно если я смогу вырвать его сердце, это заставит сердце Тейлор забиться вновь.

Моё тело онемело, стоило моим пальцам сомкнуть пульсирующий орган и сжать его, пока глаза Тэлона не закатились. Не успела я полностью насладиться моментом, как чья-то рука схватила меня за шею и дёрнула назад, пока я продолжала держать в ладонях всё ещё бьющееся сердце.

— Только посмотри, что ты наделала, — сказал Люцифер, прижав руку Трейса к моей трахее и мою спину к его груди. — Сколько ещё погибнут сегодня ночью? М?

Его горячее дыхание обжигало моё ухо, я снова начала толкаться и пинаться.

Внезапно осознав, что до сих пор держу в руках мёртвое сердце, я бросила его на пол и схватилась обеими руками за предплечье Люцифера, попытавшись отвести руку от моей шеи, царапая его кожу. Но мои пальцы были в тёплой скользкой крови, и у меня не получалось толком вцепиться.

— Скажи мне, Дочь. Сколько ещё незваных гостей ждёт меня под потолком? — спросил Люцифер, поднимая меня за шею, перекрывая доступ к кислороду. — Или мне просто убить мальчишку?

Не в силах выдавить ни слова или вдохнуть хоть каплю воздуха, я дралась и царапалась, мысленно крича: «Отпусти меня! Я не могу дышать! Ты меня душишь!»

— Да, Дочь, — прошептал он мне в ухо. — В этом и смысл.

Свет замерцал вокруг, ужас охватил меня. Он убьёт меня… Задушит насмерть прямо здесь, а то и хуже — продержит в живых достаточно долго, чтобы я успела увидеть смерть ещё одного из моих друзей.

Свет замелькал чаще, загораясь и потухая, моя голова затуманилась и потяжелела. Загорается и потухает. Загорается и потухает. Свет. Тьма. Свет. Тьма. И тут я понимаю, что это я то теряю сознание, то прихожу в себя.

Я должна что-то сделать… Но что? Мои руки слишком скользкие от крови и пота, я не могла ничего ему сделать… Но тут мне пришла в голову мысль. Я перестала хвататься окровавленными пальцами за его руку и вместо этого потянулась к своей шее, обмазывая её кровью в отчаянной попытке выскользнуть из его железной хватки.

И это, чёрт побери, сработало!

Секунду назад я стояла, прижатая к его груди, на грани жизни и смерти, и вот уже я разворачиваюсь, ухватившись за его руку и так жёстко повернув её, что его плечо должно было выйти из сустава. Он вскрикнул от боли, и его глаза превратились в два жутких омута огненной лавы.

У меня свело живот от страха. Передо мной стояло настоящее чудовище.

С красными глазами.

Глазами Сатаны.

— Ты об этом пожалеешь, Дочь, — сказал он, схватившись за плечо и вправив его на место.

Я слышала, как за моей спиной началась суматоха, и интуитивно поняла, что Калеб вступил в схватку. Часть меня хотела помочь ему, вытащить их с Беном из бара и отвести в безопасное место, но я не могла повернуться спиной к Люциферу. Я не могла дать ему шанс ускользнуть. Он должен заплатить за то, что сделал.

С Ханной.

С Тейлор.

С Трейсом…

Мой мозг стёр всё вокруг, кроме него, и я напала.

Резко врезавшись в его грудь, я повалила его с ног на пол, мы упали одной неразборчивой грудой добра и зла. Мои пальцы сжали его горло, я забралась на него сверху и зажала ногами.

Он больше не убьёт ни одного моего друга.

Он больше не убьёт никого, потому что я ему не позволю.

— Ммм, — игриво простонал он. — Наконец-то мы перешли к самому веселью.

Он пошло приподнял бёдра, и я врезала ему в нос. Дважды.

— Ах, ты любишь пожёстче? — не унимался он, его окровавленная губа изогнулась в усмешке. Он снова толкнулся бёдрами. — Моя девочка.

— Заткнись! Закрой на хер рот! — заорала я, обрушив на него ещё три удара кулаком, надеясь, что он больше не сможет говорить. Что он больше никогда не заговорит голосом Трейса!

— Но это же голос Трейса, — возразил он, поймав мой кулак, когда я хотела ударить его в четвёртый раз. Он сжал мою руку до хруста и столкнул меня с себя.

Через секунду он уже оказался надо мной, придавив к полу всем весом.

— Если бы ты только знала, какие у него фантазии о тебе, Дочь, — его ухмылка превратилась в оскал, он наклонился и прошептал: — Грязные фантазии.

Я ударила локтем его в висок, он слегка отпрянул, но этого было недостаточно мне, чтобы вырваться.

— Может, будешь хорошей девочкой и бросишь мальчику косточку, м?

Вместо этого я бросила кулак, попав ему прямо в нос. Его голова запрокинулась.

— О, ты его нереально заводишь! Чувствуешь? — он снова шевельнул бёдрами, скользнув по мне, словно ковбой на быке.

— Извращенец! Ты больной извращенец! — выкрикнула я, и ударила раскрытой ладонью.

Я услышала хруст сломанной кости, он зажал нос ладонями, давая мне шанс оттолкнуть его и чуть высвободиться. Одно моё колено было зажато его телом, но я потянулась к другой ноге и вытащила Ангелус.

Это его быстро заткнуло.

В ту же секунду, как моя ладонь коснулась рукояти, его сила активировалась, зажёгшись синим светом в моих руках и пленяя меня своей смертоносной красотой. Даже Люцифер невольно оторвал руки от лица и пялился на клинок, словно зачарованный. Я перехватила меч поудобнее, направляя прямо в его грудь.

И застыла, колеблясь.

Алое пламя в его глазах погасло само собой, оставив лишь притягательные голубые озёра моего возлюбленного. Я понимала, что он сделал это намеренно, чтобы отвлечь меня, чтобы остановить меня, и это сработало.

Его губы изогнулись в самодовольной ухмылке. Он приподнялся на локтях.

— Я же говорил, что ты не сможешь это сделать, Дочь. Ты не можешь убить меня, как бы сильно ни хотела. Ведь