Богиня - Маргарет Пембертон

– Я не признаюсь Вивьен, что вы единственная актриса, которая могла бы составить ей серьезную конкуренцию на роль Скарлетт в «Унесенных ветром». Вы были бы неотразимы!

– Но насколько мне известно, мисс Ли сыграет эту роль лучше кого бы то ни было, – сдержанно отозвалась Валентина, пригубив вино.

– Несомненно, – уверенно заявил Алекс. – Вивьен – моя протеже. Когда я впервые увидел ее, она играла в эпизодах и участвовала в пьесе «Маска добродетели». Я занял ее в одном, потом в другом фильме, и теперь она получила самую завидную роль на все времена.

Он расплылся в улыбке, словно лишь благодаря ему Дэвид Селзник собирается снимать Вивьен Ли в роли Скарлетт О'Хара. Валентина подавила улыбку. Добродушный Алекс Корда, вне всякого сомнения, получил немалый доход за то, что разрешил Вивьен Ли сниматься у Селзника.

– Однако в таком случае выбор между вами и Вивьен стал бы нелегкой проблемой, – продолжал Алекс, насаживая на вилку гриб.

Он на минуту замолчал, в который раз задумавшись, почему Валентина после замужества решительно отказалась сниматься. Это до сих пор удивляло и сбивало с толку Голливуд. Всю Америку. Европу. И лично его, Алекса Корду. Паулос Хайретис, должно быть, необыкновенный человек, если сумел увлечь Валентину настолько, что та отказалась от всего. От съемочных павильонов и света юпитеров. От сладкого яда кинематографа.

– Мы просто обязаны снять великий фильм, – повторил он. – Такой, чтобы он навечно остался в памяти людей. Где должно происходить действие? В Древнем Риме? Египте? Или классический сюжет? Джен Эйр? Мадам Бовари?

И словно не было четырех лет добровольного отказа от единственной и любимой профессии. Она снова захвачена лихорадочными поисками подходящих сценариев, лучших ролей. Именно об этом Валентина всегда говорила с Видалом. Новые идеи, замыслы, проекты, разговоры до рассвета…

Глаза Алекса за толстыми стеклами очков лукаво блеснули. Пусть весь мир и сама Валентина никогда не узнают об этом, но именно он, Алекс Корда, пробудил в ней неутолимую потребность вновь и вновь появляться перед камерами. Сегодня выдался удачный день. День, который он не скоро забудет.

Прежде чем расстаться, они пришли к взаимному соглашению, что Валентина будет играть роль королевы Джиневры в грандиозном фильме о короле Артуре и Рыцарях Круглого стола, который Алекс собирался ставить в неопределенном будущем.

Алекс оставил «Савой», весело напевая себе под нос, а Валентина вернулась в номер, к спящему сыну. На несколько секунд она позволила себе помечтать и представить, что вновь чувствует на лице жар юпитеров.

В конце концов она рассмеялась собственным глупым фантазиям и покачала головой. Скоро, очень скоро так и будет. Именно этого хотел бы Паулос, именно такой судьбы она желала для себя.

Плавание из Саутгемптона в Нью-Йорк на корабле «Куин Мэри» оказалось нелегким и не слишком приятным. Если бы все зависело только от нее, Валентина проводила бы все время в удобном шезлонге с книгой, взятой из огромной судовой библиотеки. Однако этого удовольствия ей не суждено было испытать. Для Александра путешествие через Атлантический океан было величайшим приключением в жизни, и он с утра до вечера носился по палубам, в твидовом пальтишке и теплом шарфе, с сияющими глазами и пылающими щеками.

Подняв воротник норкового манто, Валентина неотступно следовала за мальчиком, боясь, что он упадет и ушибется или свалится за борт, хотя стюард и заверил ее, что это невозможно.

Радость от сознания того, что обычный энтузиазм и жизнелюбие сына, угасшие после смерти Паулоса, вновь вернулись, была вознаграждением Валентине за все тяготы, перенесенные в пути.

Она не обедала в ресторане, а ела в своей каюте вместе с Александром. На корабле было много знаменитостей; некоторых она знала лично, остальных только понаслышке. Все старались познакомиться с ней, и только с помощью услужливого стюарда удавалось отделаться от орды нежеланных визитеров.

Однако, как только судно пришвартовалось, стюард уже не счел себя обязанным защищать ее. Толпа немилосердно орущих репортеров и фотографов осадила Валентину.

– Вы вернулись, чтобы делать фильм с Видалом Ракоши?

– Верны ли слухи о вашем возвращении в «Уорлдуайд»?

– Каковы ваши планы, Валентина?

– Сожалею, но пока не могу сказать, – ответила она, улыбаясь профессионально-лучезарной улыбкой и чувствуя, как крепко вцепились в ее руку маленькие пальчики сына. Каковы ее планы, Господи Боже? Она даже не знала, где проведет эту ночь.

– Почему эти люди кричат на тебя, мама? – поинтересовался Александр, пока мать пыталась пробиться через вопящую толпу и найти такси.

– Они просто задают вопросы, дорогой.

Перед самым ее лицом взрывались вспышки, и Валентина с отчаянием поняла, что все попытки скрыть Александра от посторонних глаз будут бесплодными. Она надеялась только, что Видал не увидит сходства с собой в этой фигурке, закутанной в тяжелое пальто и огромный шарф.

– Не могли бы вы найти мне такси? – попросила она носильщика, повышая голос, чтобы быть услышанной за градом вопросов.

– Валентина! Валентина! – окликнул знакомый голос, и она с невероятным облегчением увидела Лейлу, утопавшую в пышных мехах и энергично машущую рукой.

– Боже, как я рада видеть тебя! – обрадовашю охнула Валентина, обнимая подругу.

Та поспешно взяла ее за руку и повела к «роллс-ройсу», рядом с которым стоял водитель.

– Я ожидала, что мне устроят встречу, но такого…

Носильщик уложил чемоданы в просторный багажник «роллс-ройса». Водитель открыл заднюю дверь.

– Идиотка, – беззлобно упрекнула Лейла, когда машина, оставив позади доки, выбралась на широкую Вест-Фортинт-стрит. – «Королева-воительница» принесла прибыли больше, чем любой другой фильм в истории. Он по-прежнему идет по всей стране при переполненных залах! А «Гефсиманские врата» собрал все награды за год! Не будь всей этой шумихи из-за твоего скандального отъезда, тебе наверняка дали бы «Оскара»! А на премьере «Наследницы Елены» публика аплодировала стоя – а ведь там собрались сливки Голливуда! Ты до сих пор самая яркая звезда на голливудском небосклоне, и все хотят знать, что ты станешь теперь делать.

– Я знаю только, что в Голливуд никогда не вернусь. Останусь в Нью-Йорке.

– И будешь работать?

– Если смогу.

Лейла, запрокинув голову, звонко рассмеялась, совсем как в те дни, когда они вместе снимались в «Королеве-воительнице».

– Дорогая, уверяю, что сегодня же вечером тебя начнут осаждать все продюсеры страны. Дентон уже спрашивал, может ли он поужинать с нами.

– Дентон? – заинтересовалась Валентина, обнимая Александра, ухитрившегося пробраться между ними, чтобы получше рассмотреть ошеломляюще высокие здания и сплошные потоки машин, плывущих в обоих направлениях.