Опасный маскарад - Джорджет Хейер

– Нет, есть одно... – Он мягко отстранил ее от себя. – Посмотри на меня! Смотри на меня лучше, Летти!

Она залилась румянцем и опустила глаза. Он настойчиво повторил:

– Посмотри мне в лицо, Летиция, и скажи мне тогда, что тебе не в чем прощать меня.

Длинные ресницы поднялись; карие глаза были затуманены.

– О чем вы говорите? – спросила Летти.

– Ты не знаешь меня? Ты не узнаешь? Смотри хорошенько, дитя мое!

Она смотрела, широко открыв глаза, в которых проступали изумление и догадка.

– Но... но... но нет, этого не может быть!

– Чего не может быть?

– Вы не можете быть... вторым братом Кэйт Мерриот, – проговорила она. – Но ваши глаза... и нос... и...

– Я не брат ей, – сказал Робин. – Догадайся, Летти! Ты уже близка к разгадке.

Она отступила на шаг назад.

– Вы не... о, не можете ведь вы... как же это?..

– Я – Кэйт Мерриот, – сказал Робин и ждал, не спуская с нее глаз.

С лица Летти сбежал румянец.

– Вы... вы? Женщина? Вы притворялись?.. Но этого не могло быть! Кэйт была женщиной!

Он отрицательно покачал головой; он уже не улыбался.

– О! – вскрикнула Летти. – О... Мало ли что я могла говорить... – Она смолкла в расстройстве.

– Клянусь честью, вы не говорили ей ничего такого, чтобы вы не могли сказать мужчине, – быстро проговорил он.

Летти смотрела на него в изумлении.

– Но это несправедливо! – молвила она. – Вы могли бы рассказать мне!

– Позволь мне объяснить, – отозвался он. – Ты выслушаешь меня?

– Да, пожалуйста! – сказала она плаксиво. – Но лучше бы, если бы вы тогда доверились мне!

Он протянул ей руку, и она вложила свою в его ладонь.

– Я и сам хотел бы этого, Летиция! Но меня приучали не выдавать секретов. А от этого секрета зависела моя жизнь.

Ее губки округлились в маленькое «О».

– Расскажите мне! – попросила она. – Вы знаете, что я прощаю вам все. И я никогда, никогда не выдам вас!

– Дорогая! – Он привлек ее к себе. – Я едва осмеливался думать, что ты простишь мне столь низкий обман!

Она опустила головку.

– Вы забыли – ведь вы Неизвестный герой, – застенчиво проговорила она.

– Не такой уж я герой, дитя мое; я беглый якобит.

Она подняла голову; глаза ее заискрились.

– А я думала, что это так романтично – бежать с ненавистным Мэркхемом! – вскричала она. – Расскажите мне все!

Робин разразился веселым смехом. Она удивилась.

– Как, вы не думали, что я так легко приму это? – спросила она.

– Да нет, конечно, я бы мог догадаться, – сказал Робин и подхватил ее на руки. – Дорогая моя, меня зовут Робин, и я авантюрист. Выйдешь ли ты за меня замуж?

– Мне нравится ваше имя, и мне бы тоже хотелось стать авантюристкой, – сказала Летти. – Это возможно?

– Увы, скорее, ты станешь виконтессой, – сказал Робин и посадил ее к себе на колено.

Не так-то просто было все рассказать по порядку, и Летти слушала, широко открыв глаза в изумлении. Когда она услышала, что Питер Мерриот на самом деле Прюденс Тримейн, она ахнула от неожиданности. Выслушав все, она жалела только, что не узнала обо всем этом раньше.

– А Тони знал? Тони?

– Дорогая моя, это Фэншо освободил ее от арестовавших ее служителей порядка, – сказал Робин. – Он увез ее к своей сестре. Завтра я еду туда.

Летти поразилась:

– Т-тони связал стражников? Т-тони остановил их карету? Как... как?

– Он совсем не так флегматичен, как казалось, – поддразнил ее Робин. – Разгадка в том, что он хочет жениться на ней.

– О, а я-то думала, что он хотел жениться на тебе! – воскликнула Летти. – И он все время знал о вас, и... – это самая удивительная вещь, что я слышала в жизни! Как это чудно, Робин! Я так рада, потому что я очень люблю Тони. Но как твоя сестра изображала мужчину!.. Какой храброй и умной ей надо было быть!

– Как и ее брату, – поклонился Робин. – У меня тоже слабость к маленькой фее с бархатными глазками. Но все равно, я признаю, что сэру Энтони повезло. Моя Прю чудо что за девушка!

– И вы... и ты меня так обманывал! – сказала Летти, но в голосе не было и капли обиды. – Боже мой, но простит ли меня твоя сестра? Ведь это я виновата, что ее арестовали! Ведь я сказала этим противным следователям, что у тебя каштановые волосы и средний рост. Я ведь и не думала, что они схватятся за мистера... то есть твою Прю, Робин. Ты уверен, что теперь ей ничего не грозит?

– Совершенно уверен, дитя мое. Робина Лейси больше нет. Есть только Роберт Тримейн.

– И никто не догадается, что ты был Кэйт Мерриот, – сказала Летти. – Даже я не догадывалась, пока ты не велел глядеть на себя как следует; да и то я не могла поверить глазам. О Робин, Робин! Я знала, что ты придешь опять, но я была так несчастна! Был такой ужаснейший скандал, и тетя так меня пилила!..

– Ну теперь, – сказал Робин, прижав ее к себе, – это уж мое дело смотреть, чтобы ты была всегда счастлива. И я это сделаю.

– Я уже счастлива, – сказала Летти в его плечо. Вдруг ей в голову пришла какая-то мысль; она подняла голову и сказала с некоторым злорадством: – Вот теперь тетя увидит, что ничуть я себя не погубила! Да еще буду виконтессой! То-то у нее будет глупый вид!..