Блеск - Джейн Энн Кренц

— Если вы из газеты, — прошептала дежурная, — то мисс Ланкастер вряд ли даст интервью.

— Мне нужен Тод Чантри.

— А-а… — Девушка бросила взгляд через плечо. — Он в дальнем кабинете. Правда, он занят…

— Благодарю вас.

Джаспер направился по узкому проходу к стеклянному кабинету в дальнем конце зала. Сидевшие за столами мрачные сотрудники не обращали на него никакого внимания. Казалось, никто не работал: все были заняты обсуждением дурных новостей. Однако, подойдя к закрытой двери небольшого кабинета, Джаспер понял, что ошибался. Один человек явно работал, и работал очень напряженно.

Рукава рубашки Тода были закатаны по локоть. Хотя часы показывали только половину десятого утра, под глазами Тода синели круги. Чантри был какой-то усталый и взъерошенный, точно большую часть ночи провел за работой. На столе перед ним лежал ворох бумаг и стояли два телефона, по которым он говорил одновременно: одну трубку прижимал щекой к левому плечу, вторую держал в правой руке. На лице его застыло грозное выражение. Слоун открыл дверь и вошел в кабинет.

— …Мне плевать, что там выдает ваш компьютер! Говорю вам, еще вчера на счету лежало двести тысяч долларов…

Джаспер тихонько закрыл дверь.

— Я хочу поговорить с инспектором, — кипятился Тод. — Нет, не с инспектором компьютерного зала. В таком случае я перезвоню. — Повесив трубку, Чантри продолжил разговор со вторым абонентом. — Найдите мне кого-нибудь сведущего. Да, я подожду.

Джаспер тоже ждал. Взглянув на него, Тод помрачнел еще больше:

— Что-нибудь случилось?

— У меня к тебе пара вопросов. Думаю, ты сумеешь мне помочь. — Джаспер кивнул на прижатую к уху Тода трубку. — Если, конечно, выберешь для меня время.

Тод хотел было что-то ответить, но на другом конце провода, видимо, произнесли такое, что он тотчас пришел в бешенство.

— Что значит «его нет в здании»! — взревел Чантри. — Ну хорошо, хорошо. Передайте, чтобы позвонил мне, как только вернется. И посмотрите, нет ли там еще кого-нибудь из профессионалов. Вы знаете мой номер. Если в ближайшие десять минут от вас не будет известий, я снова вам перезвоню. — Тод швырнул трубку на аппарат и уставился на Слоуна. — Ты знаешь, это ведь совершенно не мое дело.

— Какое дело?

— Заниматься коммерческой стороной всей этой заварухи. Дьявол, я же политик, теоретик, а не бухгалтер. Но, как видишь, сегодня все идет кувырком. Да еще этот Хаггард в тюрьме…

— Я к тебе из-за него и пришел.

— Да? — Сняв очки, Тод принялся тщательно протирать их носовым платком. — Садись. Хочешь кофе?

— Нет, спасибо. Я уже пил, прежде чем уехать… — Джаспер осекся. Он чуть было не ляпнул: «…сегодня утром от твоей сестры», но вовремя спохватился. Тод прекрасно знал о характере их отношений с Оливией, но все же не этично их афишировать. — Я пил кофе за завтраком.

— Как угодно. А я вот выпью чашечку. — Тод встал из-за стола, пересек кабинет и наклонил кофеварку. — Я сейчас в таком же положении, что и Оливия после смерти дядюшки Ролли, когда ей неожиданно пришлось взвалить на себя еще и «Глоу».

Джаспер решил, что сейчас, пожалуй, самый подходящий момент.

— Кстати, об Оливии…

— Что с ней? — Тод глотнул кофе.

— Я на ней женюсь.

Чантри чуть не захлебнулся.

— Господи Иисусе Христе!

— Я так понимаю, мы получили твое благословение?

Поставив чашку на стол, Ход достал салфетку и, не сводя глаз с Джаспера, вытер губы.

— Это что, шутка? В таком случае зря тратишь время. Сейчас я не в лучшем расположении духа.

— Речь идет не о бизнесе, и потому мне не жалко времени, но в данном случае я не шучу.

Тод тяжело опустился в кресло и с опаской посмотрел на Джаспера.

— А Оливия приняла твое… э-э-э… предложение?

— Да.

— Ха! — Потрясенный Тод откинулся в кресле. — Ну, молоток!

— Знаешь, для человека академического склада ума сегодня утром у тебя весьма скудный лексикон.

— В настоящий момент я не в лучшей форме. — Вцепившись в деревянные подлокотники, Тод покачал головой. — Довольно неожиданно. Ты не находишь?

— В утешение могу сказать, что с датой мы еще не определились.

Тод резко подался вперед.

— Слушай, это, конечно, не мое дело… Фу, черт, как раз мое дело… Она же моя сестра. — Он прищурился. — Ты и вправду хочешь что-то узнать?

— Да.

— Кстати, чья была идея?

— Можно сказать, мы провели переговоры по данному вопросу и пришли к обоюдному соглашению.

— Ты положительно уверен, что идея не принадлежит исключительно Оливии? — Вытянув руки, Тод нервно сцепил пальцы.

— Почему ты так решил?

— Черт возьми, Слоун, ты прекрасно знаешь, что меня беспокоит в этом деле. Я имею в виду помимо той стремительности, с которой все произошло.

— Так поведай свои сомнения.

— Ладно. — Тод в упор посмотрел на Джаспера. — Давай начнем, как любите говорить вы, бизнесмены, плясать от печки. Дядюшка Ролли отводил Оливии роль второго человека в своей команде, ибо сестра отличалась своей готовностью пойти на все ради так называемой ответственности перед семьей.

— Я знаю.

— Не может случиться так, что она решилась на брак только в силу своего желания защитить интересы «Глоу»и семейства Чантри?

— Нет.

Тод по-совиному моргнул.

— А ты… э-э-э… уверен?

— Абсолютно.

Тод откашлялся.

— Интересно, почему ты так уверен?

— По двум причинам. Во-первых, я прямо спросил Оливию, не выходит ли она за меня замуж только для того, чтобы сохранить таким образом контроль над «Глоу».

У Тода глаза полезли на лоб.

— Так прямо и спросил?!

— Ну-у, она первой подняла этот вопрос. Оливию очень беспокоило то, что все будут считать причиной ее замужества ответственность за судьбу «Глоу». Вот мы и обсудили проблему.

(«А потом, когда она вдоволь нахохоталась, занялись любовью, и все, что она говорила, был лишь бесконечный повтор моего имени в любовном экстазе».)

— Понятно. В чем же вторая причина твоей уверенности?

— Мы с Оливией заключили деловое соглашение. Она знает, что прежде чем принять важное решение по «Глоу», я всегда буду предварительно консультироваться с ней. Однако понятно, что мой голос, как голос владельца пятидесяти одного процента акций компании, всегда будет решающим.

— Хе! — снова хмыкнул Тод, разжал пальцы и принялся массировать себе шею. — Вообще-то мне в данном случае еще есть что сказать, но сейчас я плохо соображаю.