Станьте моей помощницей - Лена Поллина

Быстро приняв душ выхожу из номера и направляюсь в шатер, где проходит торжественная часть. Балуем мы своих сотрудников. Я за мотивацию. А такие мероприятия моих коллег мотивируют. Вижу по результатам.

За нашим столиком сидит Женька, Илья, Света и… неожиданно Ольга Васильевна.

По ее лицу вижу, что компания наша ей не очень-то по вкусу. Точнее компания Ильи.

Коротко всех приветствую и присаживаюсь за столик.

— Ну что у нас по плану? Я смотрю на торжественную часть я почти не опоздал.

Женька улыбается.

— Нет! Я всех для тебя держу, давай. Руководи.

Тут подключается Илья.

— Давайте выпьем хоть, что ли… За вечер! Разливает всем вино.

Тут раздается телефонный звонок. Ольга Васильевна извиняется и встает изо стола. Уходит. Мы тянем бокалы, чокаемся ими и немного отпиваем. Кто шампанское, кто вино, кто коньяк…

— Вот же ж… — ругается себе под нос Илья.

Мы со Светой и Женей ловим эту эмоцию и переглядываемся.

— Расстроился? — Смеется Света.

— Да я уже отчаялся. Задолбала она меня динамить. Афродозиак в этот графин плеснул. Может хоть так на меня внимание обратит. А она ни глоточка за вечер не сделала.

Все ржут над Хлызовым. Вот же привязался к девке.

Усмехаюсь встаю изо стола и направляюсь к сцене. Пламенно поздравляю своих коллег.

— А теперь самая приятная новость для вас, дорогие коллеги. — Продолжаю после вступительного слова. — Больше вам не придется терпеть мой жуткий характер. Трястись в ожидании очередного замечания по проекту… По приветствуйте вашего нового руководителя. Генерального директора студии дизайна интерьера «Геометрия» Антипова Евгения Вадимовича.

Женька поднимается под бурные аплодисменты и женский визг. Я ему вручаю Статуэтку в форме линейки «Транспортир». Мне ее подарили наши партнеры при открытии. Позже мы включили эту фигуру в наш фирменный стиль.

— Смотри, как бабы из трусов выпрыгивают при виде тебя. Я сегодня не в моде. Им я уже не нужен. Сегодня охота на тебя будет вестись. — Затем вздохнув добавляю. — А у тебя трусы стремные.

Женька громко смеется. Нас фотографируют. Я освобождаю сцену и усаживаюсь за столик. Женька выступает с речью. Я пробегаюсь по толпе сотрудников глазами.

Ловлю две качающиеся фигуры в джинсовых шортах и футболках. Они особенно заметны на фоне разодетых девиц. К Машке идут. Поздравляют ее. Обнимают по очереди. Марина что-то втирает моему секретарю. Та даже улыбаться начинает, а Геля тем временем что-то подсыпает в бокал своей подруге. Не понимаю, как они спелись? По любому что- то задумали.

Блядь! Отшлепал бы обеих и в угол поставил! Что за детский сад?

Женька, смотрю тоже видит этих пьянчужек. Улыбается и мне кивает на них.

— Бабулечки наши проснулись, видел.

— Видел. — Ухмыляюсь. Ловлю себя на мысли что его это «наши» меня не задевает. Вроде немного ревновать должен. Моя ж бывшая. Но Карамелька все под чистую стерла. Ревности нет. Абсолютно.

Отлипнув от Машки качающиеся фигуры к нам направляются. Конечно же, мать вашу все взгляды на ходу собирают. Позорницы!

— Мальчики, привет! — Тянет Марина. — Светик… — Машет рукой.

Света не сердится. Она с интересом оценивает ситуацию.

Карамелька молчит. На меня смотрит. А я злиться начинаю. Не люблю концертов. И… Ненавижу, когда Ангелина пьяная. Нельзя же ей пить! Сама говорила, а сейчас блестящим взглядом в меня впилась..

— Мы поздравить вас пришли и домой поедем. Устали… Капец…

Маринка принялась разливать всем вино.

— Давайте. До дна! — Командует. И они с Ангелиной осушают бокалы.

— Пей, что уставился! — это она Жене. Я усмехаюсь. Неожиданно.

Но Женька то ли от растерянности, то ли от неожиданности пьет.

— До дна. — командует Марина и смотрит на меня. Я не притронулся к бокалу. Уничтожаю ее взглядом.

— Марина! Мы ж слабительное не успели подсыпать… — Слишком громко шепчет Карамелька.

— Стойте не пейте! Мы вам слабительное не успели… Блин!

Марина так искренне расстраивается.

Все начинают нервно хихикать от неожиданности.

— Что за концерт? — Гремлю. Фамилия моя наружу вылезает. Разгоню сейчас этот цирк по комнатам! Пусть отсыпаются. Не хер, как обезьянкам тут ходить народ забавлять. Ладно моя мелочь. Девчонка еще совсем. А Маринка-то баба взрослая. Тридцать лет почти, а ума у них на двоих меньше, чем у Бусины Карамелькиной.

Карамелька меняется в лице.

— Ох… — Тянет Ангелина и удивленно смотрит на Марину.

— Марина… Ты такая красивая…Я…

Она проводит ладонью по шее. Часто дышит. Губы облизывает. Ко мне подходит.

— Пойдем отсюда. Скорее.

Льнет. Как кошка ласкается. Носом по шее водит.

— Из какого графина ты ей вино налила, долбоебушка? — Грозно спрашиваю Марину.

— Да блин… Не запомнила… Что вы с ней сделали извращенцы?

— Илюха, блядь! — Поворачиваюсь к приятелю. Тот руками разводит. — Убери эту херню отсюда. — Киваю на бутылку, и встаю изо стола.

Беру Карамельку на руки и иду в номер. Надо привести ее в чувства и промыть желудок. Любыми способами. Потому что страшно. Неизвестно сколько она выпила. Не известно сколько этой дряни придурок Илюха в вино плеснул.

Ангелина все меньше похожа на саму себя. Стягивать футболку с меня начинает. Шею мне целует. И я, против воли завожусь. Не хочу я с ней так. Грязно это. Но моя кошка не унимается.

— Андрей… Я хочу тебя… Давай здесь прямо. — Карамелька вновь шею мне целует.

Нас провожают оценивающими взглядами.

— Геля! Ты у меня сейчас по жопе получишь! Молчи лучше!

Я взбешен. Я зол.

Дуреха безответственная!

— Я не против. Отшлепай меня…

Я устало вздыхаю. Ставлю Карамельку на пол и открываю номер электронной картой.

Ангелина заходит в комнату на ходу снимает с себя одежду. Затем поворачивается ко мне и задирает мою футболку.

— Снимай скорее…

Тянется на цыпочках к моих губам. Быстро и жадно целует. Прерывается и опускается передо мной на колени. Ремень расстегнуть пытается. Я руки ее захватываю и шикаю.

— Что за разврат, Гелька? Ну ка прекрати!

Надувает губки.

— Приятное так-то тебе сделать хочу. Может я тоже хочу себе на машину заработать, как бабы эти твои…

Устало выдыхаю. Маринка, блядь! Что она ей там наговорила?

Отпускаю карамельные ручки. Она вновь начинает возиться с ремнем. Я тяну ее на верх.