Последняя принцесса Индии - Мишель Моран

На следующее утро рани потребовала принести завтрак в свои покои, где она в приватной обстановке обсуждала с Сундари сложившуюся ситуацию. Два повстанца, вчера так бесцеремонно вторгшихся во двор махала, не появлялись. Я сидела с Моти в зале дурбара, надеясь, что сегодняшний день будет таким же спокойным, как вчерашний. Но затем у ворот послышались голоса. Им вторил топот тяжелых башмаков по деревянной лестнице. Я тотчас же потянулась к луку, а Моти, резко вскочив, выхватила кинжал. Я крикнула рани, чтобы она оставалась в покоях. Через дверь ввалился Моропант.

– Ты хочешь убить меня? – спросил он.

Я опустила руку с луком.

– Извините, шри Моропант.

Он отмахнулся от моих извинений.

– Убиты двое британцев: капитан и младший лейтенант. Они везли письма в крепость, когда на них напали.

– Их убили сипаи? – скорее утверждая, чем спрашивая, молвила я.

– Да.

Рани, заслышав голос отца, вышла из своих покоев. Он повторил свою новость. Опять послышался топот ног по ступенькам лестницы. Я потянулась за стрелой, но это был Арджун.

– Из форта прибыл гонец, Ваше Высочество. Могу я его впустить?

– Да.

Англичанин был одет весьма нелепо. Такого смешного наряда я еще никогда прежде не видела. Он пытался переодеться индусом, но хлопчатобумажные чуридары казались чересчур узкими, джути излишне вычурными, а его бледная кожа резко контрастировала с темной тканью курты. На его лице остались следы перенесенных страданий и то, чего я никогда не видела прежде на лицах британских военных, – страх.

– Ваше Высочество, – начал он, а затем пал перед рани на колени. – Мои товарищи убиты! Нас троих прислали сюда, но выжил только я.

Рани перевела взгляд на Арджуна, однако капитан не мог ни подтвердить, ни опровергнуть услышанное.

– Встаньте, – приказала рани мужчине, припавшему к ее ногам.

Он поднялся. Колени гонца дрожали.

– Капитан Скин послал к вам за помощью. Ваше Высочество, нам нужна ваша помощь. Мятежники собираются всех нас убить, даже женщин и детей.

В его голосе прозвучали истерические нотки. Рани положила руку на его плечо.

– Что я могу для вас сделать?

– Остановить мятежников!

– Я больше не рани Джханси.

Англичанина начала бить нервная дрожь.

– Вы бы могли с ними поговорить?

– Могу, но прежде я уже давала вашему капитану совет не прятаться, а бежать, однако меня не послушали.

– Теперь он вас послушается! Что бы вы ни сказали, он все исполнит!

– Я поговорю с ними ради безопасности женщин и детей, – пообещал Моропант. – Мы должны будем вместе вернуться в форт.

– Они меня убьют!

– Нет. В моем присутствии не посмеют.

Рани переглянулась с отцом. Он и англичанин вышли за дверь. Вновь наступила тишина. Я обмахивалась рукой. Окна стояли настежь открытыми, но день выдался очень жарким, не было даже малейшего дуновения ветра. В Панч-Махале длинные стебли тростникового вейника защищали его обитателей от солнечного зноя, но здесь ничего, кроме разрисованных деревянных ставней, не было.

– Что мне делать? – спросил Арджун. – Не угодно ли вам, чтобы я сходил на базар и узнал у людей, что происходит.

Рани согласно кивнула.

Спустя час Арджун вернулся.

– Ваш отец благополучно довел Джонсона, так зовут англичанина, до Городского форта. Других, Эндрюса и Скотта, убили, как он и говорил. Штурм назначен на завтра.

– И что станет с англичанами? – спросила рани.

– Безопасный проход, – ответил Арджун. – Женщины и дети будут двигаться в середине. Им обещан безопасный проход.

– Вы это слышали собственными ушами?

– Я слышал, как генерал Хан пообещал вашему отцу.

Я полагала, что эти слова должны успокоить госпожу, но она все равно выглядела встревоженной.

На следующее утро повстанцы окружили Городской форт, как и обещали. Англичане маршем направились к Джокхан-Баку, обширному саду, располагавшемуся за пределами городских стен Джханси. Убиты были шестьдесят шесть человек, включая капитана Скина, доктора Мак-Эгана, миссис Мак-Эган и всех маленьких детей, которые часто в нашем присутствии бегали по крепости. Ликующая толпа повстанцев направилась к Рани-Махалу. Люди потребовали, чтобы их впустили. Солдаты рани не стали по ним стрелять. Мы заперли двери и слушали, как они во дворе настаивали на том, чтобы рани Джханси немедленно вышла к ним.

– Она же не рискнет выйти? – взволнованно спросила я.

– Не знаю, – сказала Джхалкари. – Рани мало чего боится.

Арджун и другие мужчины-стражи оставались с нами. Все вытащили оружие и приготовились на случай, если повстанцы попытаются вышибить двери. Я достала стрелу и натянула тетиву.

– Пошлите за рани Джханси! – крикнул кто-то за дверью.

А потом пришедшие начали скандировать:

– Рани! Рани! Рани!

Они звали рани вновь и вновь, пока вдруг все разом не смолкли. Я поняла, что госпожа появилась в окне, над нами. В следующее мгновение раздались радостные возгласы, такие же искренние, как и гнев, которым были наполнены их слова всего несколько секунд назад.

– Спускайтесь к нам! – крикнул кто-то.

На этот раз люди исступленно ликовали.

Позади нас послышался звук шагов по деревянной лестнице. Появилась рани в белом сари чандерийской работы. На лбу у нее был нарисован красный полумесяц. На поясе висела сабля. За спину был заведен щит. Она оделась как воин.

– Откройте двери, – приказала рани.

Арджун и его люди колебались, но рани повторила свой приказ.

– Сколько людей будет вас сопровождать? – спросил капитан.

– Никого не надо, кроме трех дургаваси. Идут Сундари, Кахини и Сита.

Арджун знал, что задавать лишние вопросы не следует. Сундари вооружилась своим любимым пистолетом. У меня был мой лук, а у Кахини – кинжалы. Мы встали позади рани. Створки дверей распахнулись. Удивленные повстанцы отступили. Я видела, как кое у кого перехватило дыхание, когда люди поняли, что женщина в облачении воина их рани.

– Что вам надо? – спросила она.

Ответом ей было молчание. А затем повстанцы как по команде начали падать на колени.

Наконец один из них выпрямился и обратился к рани:

– Ваше Высочество!

Он поднял сжатую в кулак руку. Я подошла поближе, чтобы лучше его разглядеть. Судя по всему, его волосы и косматая борода были выпачканы засохшей кровью.

– Восстание началось с истребления шестидесяти шести англичан! Генерал Хан приказал убить их всех. Мы подчинились. Первым умер капитан Скин.