Милая, хорошая - Татьяна Тронина

– Нет… – пробормотала Алена. Но утешало одно – Серафима, если врач не обманывает, должна выжить.

Растерянная, вышла она из больницы и позвонила в «Синематеку». Кажется, сегодня смена Николя…

К телефону подошел какой-то новый администратор, который не сразу узнал Алену.

– А, Елена Петровна, пианистка… Нет, Николай Жданько у нас больше не работает, уволился буквально вчера. У него вроде как там тетка какая-то умерла или что-то вроде этого…

«Ну вот, он и дождался наконец! Значит, не пошли на пользу тетке эти инъекции… – усмехнулась Алена, захлопнув крышку телефона. – Теперь сбудутся все его мечты! А если Серафима из-за него заболела? Нет, не может быть! Чтобы из-за этого мерзкого юнца…»

К вечеру, усталая, Алена оказалась дома. Но не успела она раздеться, как в дверь позвонили. Она заглянула в «глазок» – снаружи стояла Лина из собеса, что приходила к Кашину. Алена немедленно распахнула дверь.

– Елена Петровна, добрый день! – вежливо произнесла Лина с едва заметным прибалтийским акцентом. – Вы не в курсе, где Семен Владимирович? Я к нему с утра пытаюсь попасть… Может, пора вызывать соответствующие службы и выламывать дверь, как вы думаете?

– Не надо ничего ломать, – мрачно покачала головой Алена. – У меня, кстати, где-то справка лежит – я вам ее и отдам… Кашин умер.

– Что? – удивилась Лина.

– Умер он. Мы с ним поехали к этому чертову Лигайо… – Алена сморщилась, не в силах продолжать.

– К тому самому переводчику? А, понятно… Семен Владимирович и меня уговаривал с ним ехать. Но я отказалась, – вежливо сообщила Лина.

– И правильно сделали! Я просто дура, что согласилась… Так ведь он меня обманул! Сказал, что ему надо на симпозиум, за семенами какого-то дурацкого кактуса… – Алена опять сбилась и махнула рукой.

– Его похоронили?

– Ну да! Я на свои собственные деньги, как дура… О, это просто ужасно было! – Алена упала на стул в прихожей и вцепилась в волосы. Все одно к одному – и Кашин, и Фимка, и ссора с Селетиным…

Лина стояла рядом и разглядывала ее. Потом сказала спокойно:

– Вы не переживайте, все окупится!

– Да я не из-за денег, я из-за другого! – застонала Алена. – Но он такой упрямый, он просто вокруг пальца меня обвел…

– Елена Петровна, – бесстрастно сказала Лина. – Дело в том, что Семен Владимирович назначил меня своей душеприказчицей, – раздельно произнесла она. – Он поручил мне довести до вашего сведения, что завещал вам свою квартиру.

Эти слова пронеслись мимо сознания Алены.

– Что? – удивленно спросила она.

– В общем, я должна передать вам адрес нотариуса, который занимается этим делом. Все подробности узнаете у него. Кстати, вам придется выплатить налог на наследство, но по сравнению с покупкой квартиры это не такая уж и большая сумма.

Лина покопалась у себя в сумке-тележке и положила на столик рядом визитку.

– Поздравляю вас, Елена Петровна… До свиданья! – вежливо попрощалась она.

После ухода Лины Алена долго разглядывала визитку с адресом нотариуса. У нее в голове не укладывалось, что Кашин завещал ей квартиру. Она почему-то не могла поверить в это. «С какой стати? Я ему даже не родня… Боже мой, это невозможно, это какая-то ошибка!» Но что-то ей говорило – нет, это правда, ничего невероятного в этом нет. Кашин, которого она доводила своим музицированием, завещал ей квартиру… «Все окупится», – сказала Лина, и в этих словах был другой, тайный смысл. «Я была права, что продала Алешин перстень… Впрочем, и перстень тоже ни при чем, я давно хотела от него избавиться! Дело в другом – неужели Семен Владимирович так хорошо ко мне относился? Кактусы! – вдруг с ужасом вспомнила она. – У него же их не меньше тысячи! И они все погибнут, если за ними не ухаживать!»

Алена, так и не успев раздеться, помчалась в комнату и принялась рыться в своих бумагах. Где-то должен был лежать телефон клуба кактусоводов. Наверняка они там согласятся забрать коллекцию старика…

* * *

Алена запретила себе думать о Селетине, но не думать о нем все равно не могла. Она почему-то стала вспоминать, как в первый раз увидела его из окна. Он сидел на скамейке перед прудом – отрешенный, загадочный и такой красивый, что она не смогла не влюбиться в него. Вообще вся история их знакомства была похожа на сказку – принц сам явился к принцессе, заточенной в замок, и предложил стать его невестой. Поэтому неудивительно, что все закончилось столь печально – ведь это только в сказках бывает счастливый конец!

Внезапно зазвонил городской телефон. «Он! – пронзила мысль. Потом: – Нет, не может быть!» Она схватила трубку.

– Алена? – неуверенно спросила Лариса Викторовна.

– Да, слушаю вас… – пытаясь унять стремительно бьющееся сердце, сказала Алена. «Не он! Надо забыть о нем, забыть навсегда…»

– Алена, я хотела с вами поговорить… Вы были у Ирмы? Простите, что я, может быть, сейчас помешала вам, но я не хочу, чтобы кто-то еще повторил судьбу моей бедной дочери… Ирма сумела вас отговорить?

– От чего? – рассеянно спросила Алена.

– От общения с Романом Аркадьевичем, разумеется! – с некоторым раздражением воскликнула Лариса Викторовна. – Я так переживаю из-за того, что вы, интересная женщина, талантливая пианистка, попали в руки этому чудовищу, этому самому худшему представителю рода человеческого…

Алена молча слушала ее. «Сказать? Да, она тоже имеет право знать правду… А если это ее убьет? Да нет, не убьет, ничего не изменится, только объект ненависти у нее станет другим… Ох, если она узнает все, то Ивлевой с Ратмановым мало не покажется!»

– …я надеюсь, Ирма нашла нужные слова, чтобы убедить вас. Поверьте, лучше быть одной, чем связать свою судьбу с человеком, который в один прекрасный день предаст вас – жестоко, грубо, бесцеремонно…

– Лариса Викторовна! – не очень вежливо перебила Алена свою собеседницу. – Я кое-что узнала. Очень важное.

– О Селетине? – моментально оживилась та.

– Нет. Об Ирме Ивлевой и Никите Ратманове.

– А, Никита… ну как же, как же – такой человек! Наша совесть! Не представляю, зачем он продолжает общаться с моим бывшим зятем, с этим монстром…

– Лариса Викторовна, Рома не виноват в смерти вашей дочери. То есть, конечно, вы можете не согласиться, и вообще по этому поводу можно долго спорить… Но есть еще третьи лица – Ратманов и Ивлева, которые заставили Вику страдать. Если хотите, я вам расскажу то, что знаю.

Невидимая собеседница молчала, Алена слышала только ее тяжелое, неровное дыхание. Наконец Лариса Викторовна с неудовольствием воскликнула:

– Ерунда какая! Ирма и Никита тут совершенно ни при чем!

– У Вики в последние годы ее брака была связь с Ратмановым. Она хотела уйти от мужа.