Поверь в любовь - Мэри Спенсер

– Зачем? Я и так люблю ее.

– Хорошо... это хорошо. Насколько же ты лучше меня, дружище! – Из груди Джеймса вырвался тяжелый вздох. – Послушай, Нат, мне бы хотелось помириться с Бет. Я виноват перед ней, очень виноват. Мне бы хотелось извиниться.

– Чего же ты хочешь от меня?

– Сам не знаю. – Джеймс устало опустил голову. – Просто хотел, чтобы все уладилось, чтобы никто ни на кого не держал обид. Элизабет ведь как-никак была моей женой. У нас был сын, и я бы не хотел, чтобы потом, увидев меня, она переходила на другую сторону улицы.

– Что ж, это справедливо, – кивнул Натан.

– Спасибо. – Подняв руку, Джеймс осторожно коснулся разбитого лица. – Проклятие! Похоже, ты сломал мне челюсть!

– Наверняка, – буркнул Натан. – Ты и не того еще заслуживаешь за то, что затеял эту дурацкую драку. Впрочем, – подмигнул он, – оба мы хороши! Как думаешь, впустят нас обратно?

– Не знаю. Вид у нас обоих – ого-го! Во всяком случае, за эти брюки тебе влетит от Элизабет будь здоров, так что готовься!

– Да уж, – подтвердил Натан, сокрушенно разглядывая перепачканные грязью брюки. – Да и Мэгги, держу пари, вытряхнет из тебя душу за то, что испачкал свой элегантный костюм! Небось сама же и выбирала, верно?

Друзья медленно двинулись к дому.

– Сам же знаешь, – проворчал Джеймс. – Я напялил все это только лишь для того, чтобы она утихомирилась! Да что ты, женщин не знаешь, что ли?

– Да уж. А Мэгги в особенности!

– Да? Ну-ну, посмотрим, как тебя встретит Бет, тогда и поговорим! Бьюсь об заклад, по сравнению с ней Мэгги покажется тебе сущей овечкой!

– Джим Кэган! Ты здесь? – откуда-то с крыльца донесся до них гневный голос Мэгги.

– Как ты сказал – овечкой? – прыснул в кулак Натан. Мэгги тем временем хмуро оглядывала двор. – Привет, Мэгги, – непринужденно поздоровался он, как будто со времени их последней встречи и дня не прошло.

– Привет, Натан, – сдержанно отозвалась она.

– Рад тебя видеть. Слышал, ты воскресла из мертвых? Мэгги сильно, как в детстве, стукнула его.

– Даже не пытайся заговаривать мне зубы, Натан Киркленд! Я уже несколько месяцев дома, а ты так до сих пор и не выбрался повидать меня!

– Виноват, – потирая плечо, кивнул Натан. – Да ведь и ты не подумала заглянуть проведать старого друга, верно, Мэгги?

– А для чего? К тому же ты ведь с ног сбился, обхаживая эту крошку, бывшую супругу Джима, разве не так? Где уж тут вспоминать старых друзей!

– Прелестна и мила, как всегда, – пропел Натан, взяв ее за руку. – Пойдем потанцуем, Мэгги, пока я тебя не придушил! Не возражаешь, Джим?

– Проваливайте! – проворчал тот, подталкивая обоих туда, где лился свет и гремела музыка. – Только не поубивайте друг друга. – И проводил их угрюмым взглядом.

Натан, обняв Мэгги за талию, ловко закружил ее в танце. Выглядели они довольно забавно – Натан, перемазанный с головы до ног, и чистая элегантная Мэгги. Хмыкнув, Джеймс оглядел себя и с сожалением покачал головой – судя по всему, костюм был окончательно испорчен.

– Напрасно ты это сделал, – вдруг раздался рядом голос Элизабет, и Джеймс резко поднял голову. Она стояла в дверях, и он видел только ее силуэт на фоне ярко освещенного зала. Удивительно, но ему вспомнился тот день, когда она согласилась стать его женой. Как он лежал на берегу океана и смотрел на нее, выходившую из воды, а солнце било ей в спину. Тогда он тоже не видел ее лица, но ничуть не сомневался, что она похожа на ангела. – Тебе не следовало драться с Натаном. – Элизабет решительно приблизилась к нему, и Джеймс, оцепенев от изумления, только и стоял как истукан, пока она, сокрушенно качая головой, пыталась привести его одежду в порядок. – Ты только посмотри... нет, ты только посмотри на эту грязь! – Она огорченно прищелкнула языком и решительно толкнула его, чтобы он повернулся. – Как мальчишки, ей-богу! – проворчала она. – Вам обоим должно быть стыдно! Нет, ты только взгляни на свои коленки! Это конец! Тут уж ничего не поделаешь!

Джеймс и не думал возражать. Он даже глаза закрыл от удовольствия, наслаждаясь ее прикосновениями.

Неодобрительно покачав головой, Элизабет вы – прямилась и отряхнула руки.

– Боюсь, твой костюм окончательно испорчен, – объявила она. – Ты доволен?

– Да, – тихо ответил он. Разве радость от того, что между ним и Натом больше нет недомолвок, не стоит одного испорченного костюма?

Глаза Элизабет затуманились.

– Что ж, я рада.

Она повернулась, чтобы уйти, но Джеймс схватил ее за руку:

– Бет, прости меня за то, что я наговорил тебе в прошлый раз! Я совсем потерял голову, хотя, конечно, это не оправдание. Мне очень жаль, что так вышло. – Он с трудом перевел дыхание. – Мне давно хотелось приехать, извиниться, но я... я не мог. И за это тоже прости меня.

– Мне тоже очень жаль, – отозвалась Элизабет и тотчас добавила: – Хорошо, что вы с Натаном выяснили отношения. Ему ведь, думаю, не повезло больше всех.

«Нет, – вдруг с яростью подумал Джеймс. – Уж если кому повезло, так это ему! Ведь он получил тебя, Бет!» А вслух произнес:

– Ты научилась танцевать...

– Да.

– У тебя здорово получается!

– Спасибо. – Она смущенно опустила глаза. – Это Натан меня научил!

Джеймс кивнул, в который раз подумав, как же повезло этому негодяю, и вдруг спросил:

– Может, потанцуешь со мной?

Не сказав ни «да», ни «нет», она молча протянула ему руку. Странно, раньше они никогда не танцевали, даже когда были мужем и женой... Он никогда не обнимал ее, разве что в постели, занимаясь любовью. И сейчас, когда рука Джеймса легла ей на талию, когда Элизабет вдруг вздохнула и шевельнулась совсем рядом с ним, эта неожиданная близость просто ошеломила обоих.

– Ты такая красивая! – прошептал он. Слова сами сорвались у него с языка.

Элизабет густо покраснела.

– Нет. – Закрыв глаза, она неожиданно забыла обо всем, кроме того, что он так близко.

– Красивее тебя здесь никого нет. Посмотри, все любуются тобой!

На лице ее появилась улыбка.

– Не говори глупостей! На нас смотрят потому, что мы... мы... – И улыбка ее увяла.

– Потому что мы собираемся разводиться, – продолжил он за нее, удивившись тому, что она так побледнела. Во рту у него вмиг пересохло. Она была так близко от него, такая красивая, теплая, живая! Будь они снова вместе, он бы сейчас увез ее домой, прямо сейчас, в эту минуту! А потом на руках отнес бы в спальню, снял это замечательное платье и уложил на кровать! И сам бы лег рядом, чтобы через мгновение ощутить ее божественное тело. Он бы ласкал ее, упиваясь шелковистой гладкостью кожи... целовал ее грудь, крошечные, словно бутоны, соски.