Его сладкая девочка - Аля Драгам

— Доброе утро, милая.

— Доброе. Егооор, не смотри так, ты меня смущаешь.

А я рад стараться. Смущать то есть. Мне нравится, как она закусывает губку и отводит взгляд. Такая трогательная в эти моменты.

— Мне нравится тебя смущать. Но еще больше нравится кое-что другое делать.

— Что? — Ксюшка заинтересованно поднимает голову.

Кого-то ждёт сюрприз. Если, конечно, этот кто-то не настроился ещё со мной на одну волну.

Ложусь поудобнее, придвигая малышку к себе спиной. Провожу носом по тонкой шейке. Охренительно пахнет! Малиной и сексом. Которым мы занимались почти всю ночь. Она порывалась сходить помыться, но в итоге сдалась, а потом и вовсе уснула.

— Так всегда будем спать, — шепчу на ушко и легонько прикусываю.

— На боку?

— Без одежды.

— Ну неееет, — спорит, а сама уже выгибается под напором моих рук. — Так неправильно.

— Зато удобно и до безумия приятно. Я тебе говорил уже, что ты меня с ума сводишь?

Ксюша не отвечает, но её сбившееся говорит само за себя. Поэтому сразу веду рукой туда, где было горячо и тесно. И где сейчас так влажно и…

— Чёрт…

— М?

— Точно на работу сегодня не попаду.

Кладу одну руку на призывно торчащую вершинку, дразня пальцами. А второй рукой поднимаю и сгибаю ксюшкину ножку.

— Если будет неприятно, скажи.

Двигаю бедрами, чтобы аккуратно войти, не причинив боли. Даю время привыкнуть к новой позе и продолжаю двигаться. Я реально ещё никогда не получал такого спектра эмоций, какие получаю с ней. Значит, вот в чём разница между сексом и любовью. Чувствовать, желать и наслаждаться удовольствием любимой — высшая степень наслаждения и высшая награда для мужчины.

Я не знаю, чем заслужил эту девочку. Это счастье в своих руках. Но я твердо уверен — никому и ни за что её не отдам. Выгрызу, вырву у любого, кто только посмеет прикоснуться. И только теперь я по—настоящему понимаю глубину боли Тима. И глубину его любви.

Потому что любовь — это когда одна душа на двоих.

Ксюша подается назад, ёрзая попкой, прося больше. Но не уверен, что в её положении можно увеличивать глубину. Придется сдержаться. У нас вся жизнь впереди и много времени для новых ощущений и экспериментов. Уверен, моя девочка поддержит меня и поймет, что всё, чего я желаю — только для неё. Никогда — клянусь! — не сделаю ей больно сознательно!

Всего несколько быстрых движений и моя малышка дрожит в экстазе. Меня вместе с ней выбрасывает за пределы Вселенной. Распадаемся на мириады звёзд, взрываясь каждый раз сверхновой.

Продлеваю обоюдное удовольствие, лаская любимую рукой. Ксюша стонет всё громче, а потом просит: «Егор, поцелуй меня. Пожалуйста, поцелуй».

Как можно ей отказать? Она ложится на спинку, а я устраиваюсь между ножек. Целую. Глубоко. Жадно. Пью до дна. Малышка улетает второй раз и я вместе с ней. Прислоняюсь лбом к ее лбу и пытаюсь отдышаться. То, что сейчас испытываю — запредельно.

— Ну что, искусительница, в душ? Наверное, мелкотня уже проснулась и одолевает деда Сашу новыми вопросами.

Вчера, например, у Дашки возник вопрос про приметы. Где она это слово услышала — загадка. Но дед обстоятельно рассказывал, тщательно подбирая слова.

— Только я первая. Можно?

— Конечно, можно. Ты первая войдешь, я второй. Дамы вперед, как говорится.

— Егорка, я серьезно. Вдвоем мы еще час оттуда не выйдем.

— А нам некуда спешить. — Тут я стопорюсь, соображая, как она меня назвала. — Скажи еще раз, Ксюш?

— Что? Что не выйдем?

— Нет. Как ты меня назвала.

— Егорка. Егорушка.

Всё, официально я пропал. Растворился в этом нежном голосе и бездонных глазах. Не спасайте меня, пожалуйста. Я добровольно сдался в плен.

***

Не смотря на прогнозы утренние, в офис я все—таки попадаю после обеда. Дел накопилось много и, как часто это бывает, с грифом «надо было вчера». Парни, конечно, львиную долю взяли на себя и разгребают. Но помимо общего дела у меня есть и своё личное, и там спасти себя могу только я.

Утыкаюсь в бумаги, то и дело возвращаясь к прошедшей ночи. Ждал ли я подобного? Мечтал. Но переживал, что Ксюше будет сложно или страшно. Она меня удивила. Не просто удивила, а покорила своей отдачей. И нет, я не помешанный нас сексе придурок. Я просто очень её люблю.

— Иду я по коридору и думаю, что ту светится такое? А это рожа твоя довольная. — Дейв плюхается на диван, закидывая ноги. — Рассказывай. Всё хорошо?

— Не буду рассказывать. Обзавидуешься.

— А я по—доброму.

— А я все равно не буду. Арта иди доставай.

— Не хочу. Он загруженный весь. Ты в курсе, что ему Инка мозг выносит, что вы уже беременны, а она до сих пор нет? Он на этой неделе уже трижды у меня ночевал.

— Попал.

— Ладно, хрен с ними. Ты мне вот что скажи: бабуля твоя наведывалась. Скандал Жанке учинила. Та чуть заявление на стол не положила. Говорит, я секретарша, а не охранник. Что делать планируешь? Я так понимаю, ты с семьей до сих пор никак?

— Только с дедом. Ну про это ты сам в курсе. А с остальными… не решил пока. Все контакты оборвал. Мне кажется, Давид, в конце концов они поймут.

— Может. Типа сами себя наказали? Мать—то еще задумается. Отец наверняка. А Ирина Иосифовна со своей правдой против всех… нууууу не знаю, брат…

— Если ей урезать поток денег на карту, она быстро поймет. Но останавливает, что еще больше ненавидеть будет. Черт, Дейв, ну неужели даже любовь к близким может измеряться деньгами?

— Не знаю, Егор. Не знаю. Не к близким точно может. Думаешь, Натаха в меня вцепилась из—за большой и искренней? Хрена с два. Она любит счет безлимитный и секс в любое время. Только это первый месяц вставляло. А сейчас не просто противно. Отмыться постоянно хочется.

Глава 47

Ксюша.

Я не знала, что так бывает в жизни. Думала, сказки для наивных девочек. А сейчас сама живу в этой сказке.

Егор невероятный. Он… он моё счастье. Я не знаю, какими словами выразить глубину чувств к нему.