Первая люболь - Катрин Исаева

— Ты боялся?! — зло бросила в ответ. — Ты несколько месяцев жил в непроходимой Тайге, соседствуя с дикими зверями, а тут испугался простого звонка своей девушке? — уставилась на него в немом изумлении.

Митя хмуро свел брови.

— Представляешь, пережить такое дерьмо, и узнать, что ты меня не дождалась… Это пострашнее диких зверей. Это бы меня уничтожило.

Табуны мурашек поднялись по ногам от того, как просто и искренне он это сказал.

— Я каждый день не находила себе места. Все ждала, ждала… Ты мог сократить мои страдания на целых пять дней! — пробормотала, шмыгнув носом.

— Розочка, ну, прости. Когда Богдан скинул ссылку на твой блог и все мне рассказал, я чуть с ума не сошел от счастья. Решил устроить тебе сюрприз! Эффектное появление, так сказать. Теперь понимаю, насколько это было бредово… Мозги отморозил. — Митя стер слезинку с моей щеки. — Давай договоримся, что это последняя?!

— А как же слезы счастья? — потянулась к нему, обвив шею руками.

***

Я проснулась посреди ночи от какого-то сдавленного тихого шороха. Через несколько мгновений глаза привыкли к темноте, и я сообразила, где нахожусь. Сегодня мы с Митей и черноухим Воином ночевали в моей квартире.

Любимый ворочался, бормоча что-то бессвязное. Его дыхание сделалось осиплым, мне даже показалось, он задыхается.

— Митя, все хорошо… Слышишь?! Я здесь. Рядом. — Провела ладонью по влажным спутанным волосам.

Однако вместо ответа из его груди вырвался отчаянный хриплый стон. Он заметался по кровати, напоминая большое раненное животное.

— Пожалуйста, просыпайся. Это всего лишь сон! — осторожно потрясла парня за плечи, стараясь вырвать из паутины кошмара.

— Роза… — Митя резко сел, опуская голову на руки.

Какое-то время он все еще прерывисто дышал, медленно приходя в себя

— Прости, что разбудил, — протянул хрипло.

— Все хорошо. Теперь все будет по-настоящему хорошо. Впереди у нас долгая счастливая жизнь… — прильнула губами к влажному раскалённому лбу, мечтая забрать его боль себе.

— Ж-и-з-н-ь, — прошептал, словно пробуя это слово на вкус.

— ЖИЗНЬ! — вторила ему чересчур громко. — От слова жить: надеяться, чувствовать, любить. И даже падая знать, что тебе непременно помогут родные руки.

— Знаешь, там, в Тайге, я не жил. Скорее ежесекундно боролся с обстоятельствами. Уже и не помню, какого это жить?! Поможешь заново научиться?

— С превеликим удовольствием. — Я коснулась его обнаженной груди. — И начнем уже прямо с утра: сходим на елочный базар, напечем имбирного печенья, включим заезженный до дыр новогодний фильм…

— А на елочный базар зачем?! — Митя переплел наши пальцы, нежно гуляя губами по моей щеке.

— Ну, как зачем? Елку выбирать! Или ты предпочитаешь искусственную?!

— Хм… — он картинно прикусил губу, изображая задумчивость. — Вообще-то ни какую. Мы никогда не ставили елку. Максимум, Богдан приносил ветки, добытые после закрытия елочного базара.

— Вы не наряжали елку?! — повторила ошеломленно.

— Ну, да… — он закашлялся. — Обычно мать числа с двадцать пятого уходила в загул, никакого новогоднего настроения не было. Может, ну ее?! — прикосновения теплых губ к моей коже стали настойчивее.

— Елка обязательно нужна! Она приносит в дом радость и счастье. Без этого никак. Понимаешь?! — чуть отодвинулась, серьезно заглядывая ему в глаза.

— Раз нужна, значит, будет… — любимый задорно улыбнулся, притягивая меня ближе.

— Я думала, ты хотел еще поспать?! — промурлыкала, затянутая в водоворот бесконечно прекрасных голубых глаз, на дне которых бушевал такой пожар, будто взорвался склад с боеприпасами.

— Успеем.

***

Следующие дни напоминали дурдом. Пришлось даже отключить телефон — журналисты федеральных каналов бились друг с другом за право рассказать нашу историю на всю страну, предлагая немалые деньги. Закипев от гнева, Митя даже выкинул сим-карту.

— Роз, у меня уже нет настроения куда-то идти… — процедил, задергивая занавески.

Судя по каменному выражению его лица, нас караулили возле подъезда.

— Понимаешь, я пообещала. Это большое благотворительное мероприятие, и мне бы хотелось там появиться. С тобой. — Прильнула к нему, крепко обнимая.

— Ну, только потому что ты просишь. Надеюсь, там не будет этих дебильных журналистов, иначе я разобью кому-нибудь камеру.

Мои глаза округлились, на что любимый лишь задорно рассмеялся.

— Ладно-ладно. Шучу. Все драки в прошлом. Я теперь пацифист.

***

Мне еще ни разу не приходилось бывать в таком просторном светлом с натертым до блеска паркетом помещении, напоминающем бальный зал какого-нибудь дворца.

Каждый год накануне главного семейного праздника фонд помощи «Вера и надежда» устраивал большой благотворительный концерт для людей, попавших в сложную жизненную ситуацию.

Сегодня здесь присутствовали подопечные фонда (в основном люди из самых не защищённых слоев населения) и спонсоры организации, подводящие итоги года.

Недавно мне предложили выступить с небольшой лекцией для трудных подростков, а потом подарить им свою книгу. В процессе обсуждения я получила приглашение на сегодняшний праздник. И хоть возвращение Мити перевернуло все с ног на голову, мне очень хотелось здесь побывать.

— Здорово! — зааплодировала, когда выступление малюток из подмосковного детского дома подошло к концу.

Митя согласно кивнул, отводя взгляд. Видела, как напряглись желваки на его мощной челюсти.

— Молодые люди, не помешаю?!

Мы одновременно подняли головы, всматриваясь в красное лицо рослого мужчины с благородной бородой, одетого в синюю шубу с серебристым отливом.

Я улыбнулась.

— Как может помешать Дед Мороз?! — отодвинула свободный стул, приглашая его за наш столик.

— Спасибо, милая. Дай угадаю, твое имя олицетворяет прекрасный цветок?! — «дедушка» хитро прищурился, на что я не смогла сдержать смущенной улыбки. — Вспомнил, Роза! — он запоздало хлопнул себя по лбу.

— Вы точно волшебник! — отсалютовала ему бутылкой минеральной воды.

— И на правах волшебника, хотел бы поздравить вашу восхитительную пару с Новым годом. Честно признаюсь, один непослушный Эльф недавно кинул мне ссылку на твой блог, а когда выяснилось, что Дима вернулся, я загорелся желанием с вами познакомиться.

«Дедушка» повернул голову, смерив моего Воина долгим проницательным взглядом. Митя выдержал его, равнодушно пожав плечами. На его худом бледном лице при этом не дрогнул ни один мускул.

— Молодой человек, вы настоящий герой, — произнес «волшебник» с отеческой интонацией в голосе.