До тебя - Пенелопа Дуглас

Я задышал отрывисто и тяжело.

Этого она еще не делала. Вот так она не исследовала мое тело.

В ее глазах читалось удивление и любопытство, и я не променял бы этот момент ни на что на свете. Тэйт наблюдала за тем, как я реагирую на ее прикосновения, как я становлюсь тверже и вздрагиваю от ее нежных, но уверенных ласк. Не думаю, что я смог бы возбудиться еще сильнее.

Черт, детка. Сейчас, сейчас, сейчас…

Я был не в состоянии больше это выносить. Не знаю, что было тому виной – ее туфли на каблуках, ее фигура, или то, как она сводила меня с ума, просто оставаясь собой, но я был обречен.

Схватив презерватив, я разорвал обертку и надел его, не сводя взгляда с Тэйт.

Прижав ее к себе, почувствовал, как ее горячая обнаженная кожа сливается с моей.

Она отстранилась и прошептала мне на ухо:

– Моя очередь.

Что?

Мои глаза расширились – я не совсем понял, что она имеет в виду, а потом Тэйт толкнула меня к кровати и опустилась на меня сверху.

Мой член был прижат к ее теплому, влажному лону, и я сжал руками ее бедра, чуть не рыча.

– Ты идеальна. Идеальна для меня, – произнес я, касаясь ее нежного, сексуального тела.

Проклятье, она нужна мне. Сейчас.

Ее белокурые волосы рассыпались по плечам, и она превратилась в хищницу и смотрела на меня так, словно прикидывала, как именно собирается меня убить.

Тэйт приподнялась, а затем медленно опустилась на мой член, который я направил внутрь нее. У нее внутри было так тесно, что это получилось не сразу, но для меня в этом не было проблемы.

Наслаждение накрыло меня волной жара, я откинулся назад, ощущая ее тепло вокруг себя. Одну руку я положил ей на грудь, другую на бедро, лаская ее и направляя.

– Скажи, что тебе нравится, Тэйт. – Я должен был услышать, что ей нравится. Что она захочет повторения.

Что она – моя девушка.

Я никогда и никого еще не хотел наградить этим титулом, потому что думал, что не смогу возложить на себя такие обязательства.

Но причина, как оказалось, заключалась вовсе не в этом.

Просто у меня уже была девушка. Все это время, даже несмотря на то, что мы с Тэйт были врагами, никто не мог занять ее место.

Скажи мне, детка. Скажи это.

– Мне… – выдохнула она, неистово двигая бедрами, словно говоря мне «не останавливайся», и я тяжело задышал и резко приподнял бедра, входя в нее глубже.

– Скажи.

Тэйт наморщила брови, словно от боли, и, запинаясь, произнесла:

– Мне нравится. Мне нравится, когда я с тобой.

Я кончил и, обхватив ее руками, притянул к себе, обхватил ртом ее упругую грудь.

– Ты как конфета на вкус, – прошептал я, мягко прикусив ее сосок. – Ты сегодня ни хрена не уснешь, Татум Брандт. Ты же это знаешь, да?

– А ты? – парировала она, взяв мое лицо в ладони.

Та еще штучка.

* * *

– Есть кое-что, о чем я тебе не рассказал на прошлой неделе, когда… когда мы были в твоей комнате.

Мы лежали под одеялом, обнаженные, изможденные и счастливые, и смотрели в потолок.

Я гладил Тэйт по руке, а она положила голову мне на грудь, под подбородок.

Я не хотел нарушать это блаженное умиротворение, но время пришло.

Говорить правду – все равно что врать. Стоит сделать это только раз, дальше становится проще.

– О чем? – спросила Тэйт хриплым голосом, и я почувствовал себя так, словно лев раздирал мне внутренности или носорог топтал мне грудь. Я нервничал.

– Я бросил брата в отцовском доме. Убежал оттуда без него, – наконец признался я.

Тэйт повернула голову и посмотрела на меня.

– Джаред, я знаю. Ты рассказывал мне об этом. О том, что ты уговаривал его уйти с тобой, но он не захотел.

Я кивнул.

– Я рассказал тебе не все. В тот день, когда я убежал, отец заставил меня спуститься в подвал, чтобы помочь брату. Я не знал, чем именно помочь, но, оказавшись внизу, увидел… – Я почувствовал рвотный позыв и сосредоточился на дыхании. – Увидел подружку отца и его приятеля. Они лежали в подвале, на полу. Мертвые.

Тэйт резко поднялась и посмотрела на меня, сдвинув брови.

– Мертвые?

– Иди ко мне. – Я потянул ее обратно, вниз, но она оперлась на локоть и опустила подбородок на сжатый кулак.

Похоже, хотела видеть мои глаза.

– Да, насколько я мог видеть со своего места. Джекс сидел у дальней стены, прижав колени к груди, и смотрел перед собой. Мальчишка не выглядел испуганным или разозленным, скорее немного озадаченным или что-то вроде того. – Я сузил глаза, пытаясь представить, что могло твориться у него в голове.

– Почему ты думаешь, что они были мертвы? – тихо спросила Тэйт, сглотнув.

– Там была кровь. Они не шевелились. – Я постарался выбросить эту картинку из головы. – Как бы то ни было, я никак не мог растормошить Джекса, если можно так выразиться. Брат просто сидел и твердил, что он в порядке и что мы должны все убрать. Как будто не понимал, что перед ним я.

Тэйт встревоженно смотрела на меня, и я надеялся, что она поняла.

– Ты винишь себя, – догадалась она.

– Да. Там было просто невыносимо. Жить. Находиться в том подвале. Почему он не захотел уйти со мной? – Я обращался скорее к самому себе, нежели к Тэйт.

– Ты просил его об этом?

– Один раз. – Я погладил ее по волосам. – Он говорит, что не помнит.

– Что, по-твоему, произошло там, внизу? – Тэйт озвучила вопрос, который я задавал себе уже несколько лет. Моего отца арестовали не за убийство. Я даже не знаю, нашли ли полицейские тела, после того как я вернулся домой и заявил о жестоком обращении с братом.

Я помолчал минуту, боясь произнести вслух то, что было страшно даже допустить.

– Думаю, что эти сволочи получили по заслугам.