Будь моей - Джоанна Линдсей

Василий ждал свою невесту у королевской часовни; его друзья болтались рядом и подтрунивали над ним, потому что он явился слишком рано, но если бы Василий не боялся вопроса Александры: «К чему такая спешка?» — то настоял бы на том, чтобы свадебная церемония состоялась еще вчера. Графу казалось, что все вокруг ужасно медлительны, он с нетерпением ждал заветного часа и не мог перестать волноваться, пока все не закончится.

До сих пор ему удавалось избежать встречи с бароном. Если повезет и дальше…

Но тут вместо Тани, которая должна была появиться и объявить, что идет Александра, в дверях возник Константин Русинов, мрачный как туча, а голос его прозвучал, как раскат грома:

— Где вы прячете мою дочь?

Василий вздохнул. Ему не повезло — собственно не везло с тех пор, как он повстречал дочь этого человека. Но граф был полон решимости покончить с этим невезением.

Русинов многозначительно посмотрел на Штефана:

— Вас не затруднит оставить нас вдвоем? Штефан посмотрел на разгневанного отца, потом на Василия и удивленно поднял черную бровь:

— Как ты считаешь?

— Черт побери, 1-11тефан…

Король хихикнул и, обняв одной рукой любопытного Лазаря, а другой — озадаченного Симона, выпроводил их из комнаты и вышел сам.

Оставшись наедине с Константином, теперь уже донельзя смущенным, поскольку он узнал короля Кардинии, Василий, не обращая внимания на его состояние, сказал:

— Алин провела ночь с фрейлинами королевы. Мы собираемся обвенчаться.

— Разве ей не сказали, что я здесь?

— Сказали, — ответил Василий и неохотно добавил:

— Но, боюсь, она не хочет видеть вас, барон.

Константин тотчас же забыл о своем смущении:

— Чепуха! Видите ли, мы с дочерью очень близки. Она…

Василий перебил его:

— Возможно, она оскорблена вашим поступком.

Лицо Константина утратило свирепое выражение:

— Так она знает, что не было никакого договора?

— Нет, не знает. Она не слышала, как мать рассказывала мне о вашей исповеди, и я предпочел не сообщать ей об этом. Но сейчас речь не о помолвке. Я попросил ее руки, и она согласилась.

— Значит, теперь она счастлива с вами?

— Будет счастлива, — сказал Василий не допускающим сомнений тоном.

— Слава Богу, — вздохнул барон. — После рассказа вашей матушки о поведении моей дочери я испугался, что Алин никогда не примет вас и именно потому и сбежала. Но если она сама хочет выйти за вас…

— Я сказал, что она будет счастлива, барон. Но пока она еще переживает, что ее возлюбленный Лейтон оказался никчемным негодяем, никогда не помышлявшим о женитьбе. Я дал ей время прийти в себя, но, как только мы поженимся, она, черт возьми, забудет его, я вам это обещаю!

Константин снова нахмурился:

— Вы говорите, она всего лишь неохотно согласилась на брак? И это после того, как вы столько времени провели вместе?

— Боюсь, мы не очень хорошо начали наше знакомство, — признался Василий. — Она не хотела быть моей женой, а я не горел желанием на ней жениться. Но после того, как я изменил свою точку зрения, барон, я не решился соблазнить ту, которая была предназначена мне в жены, однако, как только мы поженимся, я не буду чувствовать себя связанным.

— Но если она не знает, что никакой помолвки не было, почему же она отказывается меня видеть?

— По-видимому, она не может простить, что вы навязывали нас друг другу. Моя благодарность вам не знает границ, но вы много на себя взяли, барон. Если бы мои чувства к Александре были иными, я бы…