Преследование - Бренда Джойс

Амелия в изумлении открыла рот.

— Что это значит?

— Десять лет назад я был рядом, Амелия, — на тот случай, если ты забыта. Мы с Джулианной были друзьями, когда Гренвилл ухаживал за тобой.

Амелия была потрясена. Надо же, а она совсем забыла об этом!

— Не могу понять, почему ты решил поднять эту тему. Это весьма не по-джентльменски с твоей стороны.

— Ага, воистину — дыма без огня не бывает!

— Что все это значит? — закричала она.

— Ты когда-либо встречала Анри Журдана? — все так же серьезно спросил Том.

Амелия не имела ни малейшего представления, о ком он говорил. Но почувствовала, что должна быть особенно осторожной с ответом.

— Я была достаточно снисходительна, чтобы смотреть сквозь пальцы на твою размолвку с моей сестрой. Но ты пришел в этот дом с явно провокационными намерениями. У меня нет ни малейшего желания продолжать это общение. Всего доброго, Том.

— Журдан ведь приходил к Сент-Джасту, верно?

— Всего доброго. — Амелия подошла к двери и распахнула ее. Ее тело била дрожь, но Амелия старалась не подавать виду. — Ллойд! Пожалуйста, проводите мистера Трейтона до дверей.

Она обернулась к Тому:

— Прошу, не заставляй меня запрещать тебе визиты в этот дом.

Тот ухмыльнулся в ответ:

— И с чего бы тебе так поступать? — Он шутливо отсалютовал Амелии, неспешно проходя мимо нее. — Смотри, как бы потом не пожалеть об этом.

Ллойд отправился проводить Трейтона до двери, и Амелия посмотрела им вслед. Только когда дверь за Трейтоном закрылась, она стиснула руки и в изнеможении опустилась на ближайший стул.

Что же привело к этой стычке?

И кем был этот Анри Журдан?

Амелия не могла ответить на эти вопросы, но понимала, что полагаться ей теперь стоило только на интуицию. Том был врагом, и он почему-то охотился на Саймона.

Было уже очень поздно, а Саймон до сих пор не вернулся.

Амелия нервно прохаживалась по его кабинету. Днем Саймон прислал записку, сообщив, что не вернется к ужину и, возможно, даже не успеет пожелать мальчикам спокойной ночи. Он ничего не объяснил, и час назад мальчики легли спать.

Амелия решила, что будет следить за Гренвиллом, чтобы выяснить правду о его деятельности. Но ей была ненавистна сама мысль о том, чтобы рыться в его личных вещах. Это шло вразрез с моральными принципами. И все же за прошедший час Амелия обыскала все ящики его письменного стола. И не обнаружила ничего настораживающего — за исключением того, что пистолет исчез.

Саймон ушел из дому в первой половине дня. Почему он счел необходимым разгуливать средь бела дня с заряженным пистолетом?

И Амелия решила: когда Саймон вернется, она вытрясет из него правду, чего бы ей это ни стоило.

Но страх и сомнения опустошили ее. Амелия буквально рухнула за стол, в изнеможении опустив голову на его обтянутую кожей поверхность.

— Как я понимаю, вы снова не ложитесь спать, дожидаясь меня?

Вздрогнув, Амелия вскочила. В дверном проеме стоял Саймон.

Она затрепетала от волнения:

— Да, я дожидалась вас.

Саймон окинул взглядом ее фигуру. Дорожный сундук, который Амелия видела сегодня утром в вестибюле, как оказалось, предназначался ей. Он был полон одежды, которую купила для нее сестра. Подумав, Амелия решила, что может уступить желанию сестры и взглянуть, что Джулианна приобрела для нее. В конце концов, ей надоело походить на прачку или горничную. Просмотрев вещи, Амелия переоделась в розовое парчовое платье с сердцевидным вырезом и рукавами три четверти. Саймон поднял взгляд.

— Какой приятный сюрприз, Амелия… Мне нравится это платье.

Ошибки быть не могло: в глазах Саймона сияло восхищение.

— Джулианна оставила мне небольшой гардероб. — Амелия почувствовала, что покраснела. — Мне надоело выглядеть как прачка.

Улыбка Саймона стала еще шире, а его тон — мягче.

— Вы никогда не выглядели как прачка. Вы прекрасны, — произнес он.

Амелия схватилась за край стола.

— Благодарю вас, — выдавила она из себя. — Вы пытаетесь отвлечь мое внимание?

— А разве вас нужно отвлекать? — Саймон вошел в кабинет, оставив дверь открытой. — Представить себе не могу, почему вы — здесь, не говоря уже о том, почему вы — за моим столом. Но почему-то мне не кажется, что я прощен за свое распутное поведение прошлой ночью.

Амелия облизнула пересохшие губы.

— Не было никакого распутного поведения.

Саймон тут же встрепенулся, а она добавила:

— Мы оба знаем, что вы уходили из дому прошлой ночью не ради встречи с любовницей.

— Я не собираюсь с вами спорить. Но уверяю вас, по-прежнему веря в меня, вы совершаете ошибку, — невозмутимо отозвался Саймон, но все же остановился в нескольких шагах от стола, явно насторожившись.

— Вам, должно быть, грозит большая опасность, если вы пошли на такую ложь.

— Сегодня произошло нечто, о чем я еще не знаю? — Его голос по-прежнему звучал спокойно. — Вчера ночью вы определенно поверили моему признанию — и, между прочим, я сказал чистую правду.

Амелия решила сразу перейти к делу, не вдаваясь в логику рассуждений, которая привела ее к подобным выводам.

— Мне угрожали сегодня — здесь, в этом самом доме.

Глаза Саймона округлились.

— Что-о-о?!

— Мне угрожал радикал, Саймон, и он явно интересовался вами.

Саймон побледнел. Потом в несколько шагов одолел разделявшее их расстояние. Амелия стояла, не шелохнувшись; он обошел стол и схватит ее за запястье.

— Что случилось?

— Вы помните Тома Трейтона?

— Это имя кажется мне отдаленно знакомым…

Амелия нетерпеливо перебила:

— Его отец — сельский сквайр. Сам Трейтон — адвокат, практикующий в Пензансе. А еще он был другом Джулианны и моей семьи. Непосредственно от Джулианны мне известно, что совсем недавно он находится здесь, в Лондоне, пытаясь свести на нет военные усилия нашей страны. Прошлым летом его арестовали, и Джулианна боялась, что его обвинят в государственной измене. Она убедила Бедфорда помочь Тому, и того выпустили на свободу. Сегодня днем он приехал ко мне в гости. Но на самом деле явно хотел поговорить о вас.

— Что он хотел знать?

— Он спрашивал меня, не знаю ли я кого-то по имени Анри Журдан.

Саймон побелел как полотно.

— Я начинаю всерьез бояться! — вскричала Амелия. — Саймон, кто такой Журдан? Чем вы на самом деле занимаетесь здесь, в городе? Что вы делали прошлой ночью?