Пепел. Гори оно все... - Весела Костадинова

Альбина невольно улыбнулась.

- А посадила ты ее где? С Ярославом? Хочу это увидеть своими глазами….

- Не рассчитывай, - Инна ехидно повела плечом. – Я хоть и стерва, но не дура. Садить их вместе, что помещать двух котов в один мешок и бросать в воду. Эээ, нет, дорогая, я вас всех перетасовала. Ты сидишь за столом со мной и Ярославом, прости, милая, мне сегодня рядом нормального человека видеть хочется, а Лариса отправится за стол Анны и вашего дяди Коли. Она будет в восторге! – лицо Инны просияло в злобной усмешке.

Альбина посмотрела на Инну с укором.

- А меня ты за что так не любишь? – как бы между делом спросила она.

- Должна же я хоть чем-то себя развлечь, - с обескураживающей стервозной прямотой отозвалась женщина. – Знаешь, как это будет забавно видеть. Злость Лариски, что посадили с деревней, растерянность Артурика, которому мама попробует плешь проесть прямо на свадьбе. А уж как Слава будет рядом с тобой сидеть – это отдельное наслаждение. И хочется, и нельзя….. И главное, такой театр почти бесплатно. А ты…. Ты выдержишь, еще и добавишь огоньку, подруга. Улыбнись ему пару раз, доведи до белого каления.

- Инна, ты настоящая стерва!

- Нет, - вздохнула она. – Я после свадьбы в понедельник улетаю в Испанию.

Альбина резко обернулась к ней, едва не расплескав остатки кофе.

- Что?

- Что слышала. Все изменилось, Аль. Я хочу другой жизни. Денег у меня более чем достаточно, мой испанский – на высоте. Мне предложили там хорошую работу.

Альбина не знала, что сказать, слова застряли в горле. Они не были подругами, но за это время Инна, даже будучи ледяной и холодной, несколько раз помогала ей в сложные моменты, хотя женщин более различных между собой сложно было представить.

Мимо прошел один из рабочих, пронеся корзину с белыми розами, аромат которых на несколько мгновений окутал обеих женщин.

- Ярослав знает? – тихо спросила Альбина.

Инна улыбнулась и закурила, уже ничуть не таясь.

- Он сам дал мне отставку, Аль, - ответила она, затягиваясь.

- Что? – снова повторила девушка. – Но…. вы же долго….

- Что долго? Спали вместе? Ну да. Вообще-то он взрослый дяденька, ему это нужно. Да и я не девочка так-то. У нас были хорошие отношения, они и сейчас такие. Но он сразу поставил границы, а мне не хотелось их нарушать. Ярослав не тот, кто руководствуется эмоциями, он живет головой. И я это знала всегда. Дуры те, кто хотят таких мужиков поменять, надеясь на… на что? На то, что человек с крокодильей хваткой, который ломает врагов через колено и не заморачивается моралью станет мягоньким и пушистеньким? И ради чего? Ради кого? Он ведь, Аль, даже эту свадьбу в свою систему встроил, из говна конфетку лепит, фигуры на доске расставляет. А то, что он расстаться хочет я давно поняла. Зачем мне противиться тому, что меня и саму устраивает? Куда ты, мать твою с чертовой горы, эту фигуру ставишь? – рыкнула она на одного из рабочих.

Альбина даже не знала, что сказать. Не ее это было дело, совсем не ее.

- Мне все-таки жаль… - начала она, понимая, что за бравадой Инны кроется едва заметное сожаление.

- А мне, представь себе, нет, - повела та обнаженным плечиком. - Ярослав решение принял, и до меня три дня назад довел. В Испании у меня теперь и своя квартира есть.

- Но почему? – не выдержала все-таки девушка – любопытство взяло верх.

- Значит, - загадочно улыбнулась Инна, - были причины. И, возможно, даже серьезные. Прости, дорогая, мне он их не озвучил. А мои догадки – это только мои догадки. Но развлечься напоследок я просто обязана. Покуражиться! Так что будь подругой, подыграй, а? Ну давай хоть немного развлечемся?

- Оооо, - внезапно Альбине стало по-настоящему весело. – Это я тебе могу обещать. Ты не будешь разочарована. Куража всем хватит.

Инна внимательно посмотрела на собеседницу, и вдруг понимающе кивнула.

- Иди…. Спасай свою идиотку от смерти, - подтолкнула Альбину по направлению к одному из коттеджей. – И проживем этот день под лозунгом: хлеба и зрелищ!

39

Шагая по вымощенной гравием тропинке, петляющей между высокими соснами, чьи кроны отбрасывали длинные тени в утреннем свете, Альбина вдруг поймала себя на мысли, что с огромной радостью сбежала бы отсюда. Прошла бы весь комплекс насквозь, подошла к маленькой калитке с задней части высокого забора, огораживающего территорию от посторонних, открыла бы ее и шагнула в лес. На маленькую проселочную дорогу, которой пользовался персонал для доставки всего необходимого в это царство элитной роскоши. Позвонила бы Димке, и села ждать его старую машину возле реки, большой и серой, катившей свои воды через всю область, от которой сейчас поднимался утренний туман, прорезаемый лишь лучами восходящего солнца и пением птиц.

Соблазн сбежать был настолько велик, что она едва не прошла мимо коттеджа невесты. И даже остановившись, собравшись с мыслями не сразу вошла, а с тоской бросила взгляд на тропинку, теряющуюся в тумане, но ведущую к свободе.

Прикрыла глаза, глубоко вдохнув свежий, пропитанный лесными ароматами воздух и зашла туда, где царило напряженное веселье, неестественное возбуждение и часто лживый смех.

В гостиной её мгновенно окутала предсвадебная суета, бурлящая, как шампанское в бокале. Запахи сборов ударили в нос: горьковатый аромат свежесваренного кофе смешивался с резкими нотами лака для волос, сладковатой косметикой и химическим шлейфом средств для укладки. От густой смеси женских духов — цветочных, цитрусовых, с тяжёлыми мускусными аккордами — у Альбины на мгновение закружилась голова. Просторная комната с панорамными окнами, заливавшими пространство мягким утренним светом, была завалена атрибутами хаоса: на диванах и креслах валялись атласные ленты, шпильки, коробки от туфель, а на столе громоздились палетки теней, кисти и флаконы с духами. Пол усыпали блёстки, мерцавшие в лучах солнца, как крошечные звёзды.

Подружки Эльки, все в одинаково розовых платьях, различающихся только по размерам и моделям, суетились,