Навсегда в твоем сердце - Эллисон Чейз

Ему не давала покоя мысль о причастности Гвендолин к этим ужасным преступлениям. Хотя он всячески старался ее отбросить. Его сестра, безусловно, дерзкая и склонная к театральным эффектам особа, но она никогда не была испорченной. Никогда не была жестокой.

— Господи, Гвенни, ну где же ты?

Открылась дверь, и маркиз мгновенно напрягся, ожидая самого худшего и готовый воспользоваться малейшей возможностью обрести свободу. Его страж заглянул в комнату, потом отступил в сторону и впустил Айви. При виде ее милого личика Саймон забыл обо всем. Несколько мгновений она просто стояла и смотрела на него полными слез глазами, потом поспешила к нему.

Дверь оставалась открытой, поэтому следивший за каждым их движением стражник видел, как Айви остановилась перед маркизом, взяла его руку и крепко по-мужски пожала.

— Я знаю, что ты невиновен, — тихо сказала она.

— Я бы понял, усомнись ты во мне. Но, клянусь честью, я не представляю, как этот чертов камень попал в мои вещи.

— Наверное, кто-то его туда положил, — предположила Айви. На ее лице отчетливо читалось сожаление. — Обещаю, я не покину тебя.

Лучше бы она этого не говорила. И без того встревоженного Саймона теперь охватил ужас.

— Айви, прошу тебя, пусть этим занимаются власти. Я не могу позволить тебе подвергать себя опасности.

— У меня есть идея, как найти убийцу. Мы должны устроить для него ловушку.

— Мы ничего не будем делать. — Саймону хотелось подойти к упрямой девчонке, крепко взять за плечи и как следует встряхнуть. Мешало присутствие констебля. — Дьявол! Я хочу, чтобы ты сегодня же отсюда уехала. Инспектор Скотт уже наверняка разрешил всем разъехаться.

— Нет. Несмотря на обнаружение камня, он, по-моему, не вполне убежден, что нашел убийцу. Вот почему…

— Нет! — Ему хотелось выкрикнуть это короткое слово, но он его лишь прошептал.

Констебль громко откашлялся.

— Не знаю, о чем вы двое шепчетесь, но я нарушаю правила, позволяя вам так долго разговаривать. — Он дернул подбородком в сторону Айви. — Собирайте свои вещи и уходите.

Она нетерпеливо отмахнулась, но пошла в гардеробную. Вернулась она с саквояжем. Ее личико было серьезным, лоб перерезала маленькая морщинка.

— Я все решу.

Эти слова были произнесены с такой непоколебимой убежденностью, что Саймон, помимо воли, ей поверил. Что бы он ей ни говорил, Айви Садерленд все равно поступит по-своему. И снова Саймон подался к ней. Как же ему хотелось ее обнять! Айви заметила непроизвольное движение и остановилась, устремив на него вопросительный взгляд.

— Как твой друг? — спросил Саймон.

Ее личико осветилось улыбкой:

— Намного лучше. Он получил поверхностное ранение и требует, чтобы ему разрешили встать. Доктор настаивает, чтобы он пока оставался в постели.

— Правильно. В любом случае ему лучше отдохнуть. Мистер Лоубри — счастливчик.

Констебль еще раз кашлянул, но Айви медлила.

— Пожалуйста, будь осторожен, мой дорогой Нед.

Айви кивнула и украдкой смахнула слезинку, моментально лишив Саймона самообладания. Он схватил ее за плечо и привлек к себе, лишь в последний момент постаравшись, чтобы это были дружеские, а не любовные объятия.

— Я не задержусь здесь надолго, — шепнул он ей на ухо.

Ее глаза расширились от страха. И она взглядом попросила любимого не совершать неблагоразумных поступков.

Саймон не мог выполнить эту просьбу. Только не сейчас, когда она и другие обитатели Уиндгейт-Прайори были в смертельной опасности.

— Я знаю этот дом так же хорошо, как Харроувуд, — быстро прошептал он. — Если я сумею вырваться из этой комнаты, то спрячусь на чердаке. Там меня никогда не найдут.

В глазах Айви читалась тысяча вопросов, но она лишь молча кивнула. Саймон мягко отстранил ее от себя, и она понуро побрела к двери. Констебль закрыл дверь, однако повернуть ключ в замке не успел.

— Подождите, — прозвучал властный голос, — мне необходимо поговорить с ними обоими.