Их сокровенная тайна - Дарья Верцун

— Не боишься? — Дэн перекинул мои волосы на одно плечо, обнажая шею и усыпая её лёгкими прикосновениями губ.

Я откинула голову влево, давая полный доступ для чувственных поцелуев.

— Нет…

Отложив мочалку, Дэн смыл с меня пену и, придерживая за талию, развернул лицом к себе, всматриваясь в мои глаза.

— Точно? — он вопросительно повёл бровью.

— Разве что совсем немножко, — призналась я, давая волю рукам. Прошлась пальцами по широким плечам, плавно исследовала мощную грудь, оставив на ней короткий поцелуй в том месте, где бьётся сердце, и глубоко вдохнув запах его горячей кожи. Он пах кокосовым гелем для душа, но и тот не мог перебить его собственный аромат — родной, будоражащий, слегка пряный, и такой соблазнительный.

Он перехватил мою руку, скользящую вниз по животу к самому интересному, и в его взгляде промелькнул намёк на тревогу.

— Если ты не готова, давай не будем. Я тебя не тороплю.

Сдерживая улыбку, я ответила:

— Знаешь, я вот не настолько благородная, — высвободила руку из его захвата и положила на возбуждённый член, медленно испытывая мужское терпение, и с вызовом глядя ему в глаза, закусила губу. Дэн сдержанно выдохнул. Кадык на шее дернулся, и я автоматический подумала, какой Дэн красивый мужчина. От макушки до кончиков пальцев на ногах. В нём всё гармонично. — Поэтому я тебя тороплю, — зарывшись пальцами в почти чёрных от влаги волосах, я притянула его и настойчиво впилась губами в его губы, чтобы и думать не смел мне отказывать, и он, конечно же, охотно ответил. Я хотела его. Всё огнём горело внутри, так хотела.

Издав то ли стон, то ли гортанный рык, и поняв, что я не сдамся, Дэн подхватил меня на руки и прижал спиной к прохладному кафелю. Я вздрогнула.

— Прости, — не отрываясь от опьяняющего поцелуя, шепнул в губы он, и пропустил руку между стеной и мной, поглаживая мою кожу под своей ладонью большим пальцем. Придерживая второй рукой меня за ягодицу, жадно сжимал, порождая сладостное предвкушение, проводил языком по моим припухшим губам, словно пробуя вкус изысканного десерта. Я обвила ногами его бёдра и опустилась чуть ниже, вымаливая пощады от этих сладостных пыток, прикасаясь нежной кожей к горячему мужскому возбуждению. — Идём в спальню, — сдерживаясь из последних сил, прошипел он.

Чувствуя, как жар разливается по телу и концентрируется в местах наших соприкосновений, как быстро шурует кровь по венам и стучит в ушах, как стягивается почти болезненный узел внизу живота, я покачала головой. Нет же, нет. Я не хотела прерываться. Не могла. Я бы сгорела, умерла бы, оставь он меня одну, разжав свои крепкие объятия.

— Здесь, — шепнула я, толкнувшись бёдрами. — Давай.

Обжигая кожу своими прикосновениями, Денис скользнул вверх по животу, сжимая рукой налитую грудь, проводя пальцами по чувствительным соскам, поглаживая живот вокруг пупка, спустился ниже, вызывая волну нетерпеливого, лихорадочного экстаза. Всхлипнув, я снова пошевелила бёдрами, и Дэн, вернув ладонь на мою ягодицу, придерживая меня на весу, оторвался от моих губ, и его затуманенный взгляд встретился с моим.

— Если что-то не понравится, скажи, — хрипло прошептал он, осторожно опуская меня на себя.

Кивнув, я с излишним волнением сглотнула и закрыла глаза. Меня била дрожь возбуждения, смешавшаяся с чувством страха и неуверенности. Рвано дыша, я ждала, когда почувствую его там, и не могла даже на него взглянуть, чтоб не выдать свою тревогу.

О, как я боялась всё испортить. Как я боялась снова вспомнить тот ужас…

— Открой глаза, — мягко произнёс Дэн.

Я открыла. Мгновение. Родные глаза, нежность, плескавшаяся в них, безумная любовь и желание. Одно движение, и он во мне. Я вздрогнула, уцепившись пальцами в мужские напряжённые плечи, и громко выдохнула. Он замер.

— Ты как? — чуть слышно спросил он.

Сделав несколько медленных вдохов-выдохов, я привыкла к забытым ощущениям. Не таким страшным и болезненным, как представлялись, а наоборот, очень приятным и будоражащим, забытым сладким чувствам, которым мы когда-то отдавались без остатка, и просияла блаженной улыбкой, кивнув, призывая продолжать. Да, мне хотелось продолжения. Я желала быть испитой Дэном до дна, я желала раствориться в наслаждении, которое он мог подарить. Он стал медленно двигаться, не отрывая глаз от моего лица, сканируя малейшую перемену моих эмоций, и в то же время во взгляде таилось что-то более глубокое, нежели просто волнение, что-то более личное, более высокое, более откровенное. Его глаза горели сумасшедшим, диким огнём.

Медовая сладость, растекалась по телу, сводила живот, и каждое движение вызывало всё большее напряжение в мышцах и вырывало протяжный стон. Я закрыла глаза, растворяясь в неистовом, остром наслаждении; мой голос, всхлипы смешались с шелестом тёплой воды, брызги которой попадали нам на кожу, делая ощущения ярче. Дэн страстно приник ненасытными губами к моему приоткрытому рту, жадно ловя каждый звук, и его движения стали быстрее и настойчивее. Напряжение достигло своего пика, удовольствие стало почти болезненным, и я громко выдохнула и, до крови закусив губу, вонзила ногти в мускулистую спину, почувствовав, как яркими вспышками разлетаюсь на молекулы.

Это было нечто непередаваемое. Из головы ушли все мысли, перед закрытыми глазами взрывались ослепительные искры, и горло стянуло спазмом, словно кто-то перекрыл мне кислород. Но мне не хотелось дышать. Я полностью подчинилась своему телу, своей потребности ещё в одном, последнем рывке, за которым последовало сладостное освобождение от тесных оков, что держали в плену так долго; запустила руку в завившиеся от влаги чёрные волосы и с силой притянула мужчину ещё ближе, топя собственный голос в пламенном, головокружительном поцелуе. Дэн в последний раз подался навстречу и с гортанным звуком, свойственным ему, замер. Неохотно оторвался от моих опухших губ, и тяжело дыша, открыто посмотрел мне в глаза. Я нежно ему улыбнулась, и словно расслабившись, он выдохнул и упёрся лбом в мой лоб.

Мы молчали, когда Дэн стирал с меня капли воды пушистым полотенцем. Молчали, когда, подхватив меня на руки, он отправился в спальню. Мне казалось правильным — молчать. Зачем нужны слова, когда взгляды, жесты и прикосновения могут сказать гораздо больше, нежели самые проникновенные фразы? Часто бывает так, что самые красивые слова оказываются пустышкой, но глаза никогда не обманут. И мурашки, пробегающие по коже от ласковых мужских пальцев, не смогут солгать. В этот момент я отчаянно нуждалась в тихих объятиях и красноречивом молчании.

И лишь, насладившись нашей личной тишиной сполна, когда сердца перестали бешено биться и слились в унисон в размеренном ритме, я тихо шепнула:

— Я счастлива.

Мы так и легли в постель неодетыми, уютно