Ни слова о любви - Вера Фальски

Сабина почувствовала непреодолимую потребность уйти. Визит Люцины имел и скверные стороны, и писательница их только что осознала.

— Ох, мне нужно кое-что проверить в кухне, — бросила она озабоченно.

— Да позавтракай наконец, как ты вообще на ногах держишься голодная! — резонно заметила Люцина.

— Да-да, сейчас… чуть позже, — туманно ответила Сабина и ускользнула, желая как можно быстрее исчезнуть с ее глаз.

Она ворвалась в кухню, и впрямь едва держась на ногах.

— Дайте мне что-нибудь перекусить. Что угодно, хоть кусочек булки, а то я просто свалюсь!

— Пани управляющая, сядьте за столик, как человек, и вам принесут, — не спеша ответила Марыся, стоя над сковородкой и перемешивая яичницу из десяти яиц.

— Может, я позже сяду, а сейчас просто перехвачу что-нибудь. — Ей не хотелось вдаваться в пояснения.

К счастью, на кухню и ее снабжение можно было рассчитывать: на противне остывали свежеиспеченные булочки. Сабина мигом отправила в рот одну из них и схватила еще две.

— Ну-у-у, вижу, что с аппетитом у вас полный порядок, — одобрительно покивала головой Марыся, фигура которой свидетельствовала о том, что она и сама любит хорошенько покушать.

— А Кася еще не спускалась? — спросила Сабина.

Новые порядки уже достаточно прижились, и коллектив отлично справлялся с завтраками самостоятельно, однако улучшение самочувствия Каси и ее возвращение к работе все восприняли с облегчением.

— Да, заходила. Она бледная и исхудавшая, но настроение у нее уже лучше, — доверительно отозвалась Марыся. — Только что ушла говорить с этим паном из Гданьска, ну этим, который выглядит как актер или телеведущий… — В ее голосе послышалось восторженное благоговение.

— С Ежи? — удивилась Сабина. Описание оставляло не слишком обширное поле для домыслов.

Она зашла в конторку и действительно застала там Касю в обществе Ежи. Кася выглядела озабоченной.

— Привет, Сабина, — обрадовался Ежи, увидев ее.

— Привет, — ответила она, проглатывая последний кусок булочки. Наконец-то она может нормально общаться с ним, не испытывая гнетущего груза ожиданий, связанных с ее персоной. Несомненно, он замечательный парень, и ей полегчало, когда атмосфера между ними очистилась от всего лишнего. — А ты что здесь делаешь? — напрямик спросила она.

Хозяйка пансионата вздохнула и улыбнулась.

— Вот именно, Ежи, признавайся, что на тебя нашло.

— Мне хочется внести свою лепту в стоимость ремонта здания, — пояснил он, разводя руками, — и все тут…

— А я, разумеется, считаю это излишним, — возразила ему Кася.

— Почему? Разве я не могу помочь друзьям, когда они в нужде?

— Потому что это слишком. Как друг ты можешь навестить Тео в больнице. Он будет на седьмом небе, увидев знакомое лицо. Кроме того, ты можешь в любую свободную минуту заходить к нам сюда и развлекать меня историями из большого мира — я хоть развеюсь немного.

— Думаешь, я хочу покичиться деньгами, да? — прикинулся возмущенным Ежи.

— Ой, да я не это имела в виду. Просто деньги… они обязывают, — немного сбавила тон Кася.

— Минуточку, — подключилась к разговору Сабина, — если вам интересно мое мнение, то я считаю, что ссуда нам очень бы помогла. — И, не обращая внимания на укоризненный взгляд подруги, продолжила: — Пан Збых уже проделал значительную часть работы, но осталось еще кое-что. От денег он отказывается, но я полагаю, что все-таки нужно ему заплатить, хотя бы за материалы. Из текущих средств все счета мы не оплатим. — Она и сама удивилась, услышав из своих уст слова чисто бухгалтерского лексикона. — Итак, нас спасет либо кредит, либо золотой дождь с неба. Что касается золотого дождя, то на него лично я не слишком рассчитываю. Остается кредит. Кася, ты предпочитаешь взять деньги в банке под астрономические проценты?

Ежи кивнул; на его лице читалась полная поддержка аргументации Сабины.

— Да мы же до сих пор платим инвестиционный кредит, который нам пришлось взять в самом начале… — сказала Кася. Ее решимость к сопротивлению таяла на глазах.

— Сабина-а-а! — прервал их разговор истошный окрик из коридора.

Сабина онемела. Она одна знала — даже слишком хорошо! — кому принадлежал этот голос.

Остальные присутствующие вопросительно посмотрели на нее.

— Видите ли, здесь со мной моя агентша, она только что приехала из Варшавы. Не удивляйтесь, она немного… эм-м… эксцентричная. — Сабина лихорадочно пыталась подготовить их к потрясению, которое они непременно испытают, как только до них доберется приближающийся ураган. Она открыла дверь конторки, чтобы показаться Люцине: — Я здесь.

— И где тебя носит целый день?! Этот парень с божественным телом тоже куда-то запропастился, и я больше не могу восхищенно обозревать его великолепную задницу… — Люси влетела в конторку. — Да сколько же мне пялиться на сосны за окном, ха-ха-ха! — Как и следовало ожидать, при виде незнакомых людей она отнюдь не утратила уверенности в себе. — Тем более что в голове у меня все кипит! Я и не ожидала! Я в шоке, в глубоком шоке, в глубочайшем, как Марианская впадина!

— Что стряслось? — слабым голосом спросила Сабина.

— Я под впечатлением от этого места! Здесь живет магия! Она пульсирует в стенах! — Ее возгласы сопровождались размашистой жестикуляцией и энергичным встряхиванием рыжей копной. — О-о-о-о-о, здравствуйте, — чуточку притормозила она, рассмотрев как следует Ежи. — Люцина Кораб-Ольшанска, очень приятно. Можно просто Люси.

И она, напрочь игнорируя Касю, направилась к нему с убийственной улыбкой и протянутой рукой.

Ежи, хоть и был немного ошеломлен этой лобовой атакой, повел себя как джентльмен и не подал виду, насколько озадачен.

— Ежи Витульский. Можно просто Ежи, — подмигнул он с блеском в глазах, и Люцина задержала его руку в своей существенно дольше, чем следовало бы.

— Приятно слышать, что вам у нас нравится, — вмешалась Кася, весело наблюдавшая за этой невероятной женщиной.

— Нравится ли мне?! Дорогая моя, — плавный переход от абсолютного невнимания к самой горячей сердечности был для Люси вполне органичен, — с каждой секундой все больше! — Она бросила многозначительный взгляд на Ежи. — А вы хозяйка, жена грека? — снова перевела она глаза на Касю, сопоставляя факты.

— Именно так, — ответила та, и окаменевшая Сабина, которая с момента появления здесь рыжеволосого торнадо наблюдала за их реакцией, слегка расслабилась. Похоже, что Кася с Ежи воспринимают ее агентшу как любопытное явление природы, вызывающее скорее симпатию, нежели раздражение.

— Я никогда не была в более чарующем месте! Да и уровень обслуживания, скажу я тебе… Пардон, что я вот так сразу на «ты», но я ощущаю положительные флюиды, нам нет смысла морочить себе голову условностями, верно? — В этом месте Кася энергично кивнула, едва сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеху. — В общем, и обслуживание, и вообще ваш ресторан феноменален, все тип-топ, на мировом уровне! — восторгалась Люцина. — Вы небось думаете, что я преувеличиваю. Знаю, иногда люди не воспринимают всерьез того, что я говорю. — Сама она, разумеется, не проявляла ни капли понимания к людям, реагирующим подобным образом. — Но я говорю это со всей полнотой ответственности. А уж если это говорю я, побывавшая в лучших отелях и пансионатах всех континентов, за исключением разве что Антарктиды, то… я знаю, что говорю! Добавлю лишь — это так, к слову, — что как-то на Миконосе мне попались апартаменты через стену с Лагерфельдом! Замечательный человек, и впрямь невероятный, с удивительной аурой! — воодушевленно восклицала она. — Но вернемся к делу. Поверьте, можно выложить бассейн кафелем из чистой перламутровой массы, посадить консьержа на двадцать четыре часа в сутки, пустить из крана над ванной шампанское… Да что угодно! Но знаете, что на самом деле имеет значение? — Она обвела взглядом всех присутствующих по очереди. — АТ-МО-СФЕ-РА! ДА, МИЛЫЕ МОИ! А У ВАС ОНА ЕСТЬ! СОВЕРШЕННО НЕПОВТОРИМАЯ!