Когда струится бархат - Элизабет Чедвик (Англия)

Адам критически осмотрел выставленных на продажу коней. Взгляд привлекла молодая черная фламандская кобыла. Плотно сбитая и сильная, без лишней мышечной массы и с гордой уверенной осанкой. Зимняя шерсть клочьями слезала со шкуры, отчего кобыла выглядела пятнистой. Но это не портило общего впечатления, хотя, по-видимому, сказывалось на внешнем восприятии и сдерживало возможных покупателей. Адам провел здоровой рукой по ногам лошади и убедился, что те здоровые и хорошей формы.

— Адам, — Хельвен коснулась его плеча.

Услышав предупреждающий возглас, он обернулся и увидел группу людей, прокладывающих себе путь по рыночной площади — Уильям ле Клито с впечатляющим эскортом из рыцарей в парадных костюмах. На этот раз с ними не было женщин, а группу сопровождали несколько идущих вереницей вьючных пони. Процессия направлялась к городским воротам.

— Ну-ну, — скептически усмехнулся Адам. — Замечательное зрелище, а Варэн охраняет группу сзади. Эх, жаль, я так и не освоил метание ножа левой рукой.

Пегий конь прихрамывал из-за растяжения в бедре, полученного накануне. Варэн ехал уверенно, спину держал ровно. Квадратная нижняя челюсть решительно выдавалась вперед. Украшенная кольцом левая рука, крепко стиснутая в кулак, внушительно покоилась на бедре, грозным видом дополняя образ бойца, готового к активным действиям.

— Попугай, — пробормотал Адам, тщательно рассмотрев процессию, и решительно повернулся к ней спиной, продолжая изучать черную кобылу.

— Хоть сегодня буду спокойнее спать, — с облегчением заметила Хельвен и посмотрела на мужа.

Группа ле Клито продолжала двигаться вперед. Варэн всего один раз бегло глянул в сторону Хельвен и Адама с безразличным выражением лица. Затем синие глаза перебежали на сидевшего поодаль анжуйца Тьери. Тот обстругивал кусок дерева. Мелкие щепочки и стружки падали на тунику и красные сапоги. Одну ногу анжуец положил на колено и опирался на нее рукой. Тьери поднял голову и невозмутимо встретился взглядом с Варэном. Указательный палец правой руки анжуйца приподнялся от рукоятки ножа вверх, движение не заметил никто, кроме Варэна, ожидавшего именно этого. Подав знак, Тьери усердно возобновил свое занятие.

— Он уехал, — пробормотала Хельвен.

— И слава богу, — процедил сквозь зубы Адам. Напряжение его несколько ослабло.

— Что еще тебя беспокоит? — Хельвен чувствовала, что муж все же чем-то озабочен.

Адам покачал головой.

— Ничего. — Он передернул плечами. — Вдруг показалось, что сейчас между лопатками вонзится нож. — Он резко обратился к торговцу лошадьми. — Сколько ты хочешь за нее?

Хельвен поджала губы, глядя на мужа с легким волнением. Опять у нас погоня за своим хвостом, подумала она, и это не сулит ничего хорошего.

Адам купил черную кобылу за двенадцать марок, выторговав у барышника скидку с первоначальных пятнадцати. Когда сторговались, повернулся к задумавшейся жене.

— Сможешь отвести ее домой, если я сейчас отправлюсь к графу?

— Да, разумеется. — Она вымученно улыбнулась. — Ты сказал, до вечерней службы?

Адам скорчил гримасу.

— Скорее всего… Извини, любимая, но тебя я не могу взять с собой. Хотел бы, но не могу.

Хельвен надула губы и прищурила свои прелестные аквамариновые глаза.

— Тебе явно пришлась по вкусу одна из сирийских танцовщиц, — с упреком сказала она, — и я тебе просто мешаю.

— Они привлекательны, — согласился Адам, глядя так же серьезно, как и Хельвен, но не выдержал и улыбнулся. — Но по мне, уж лучше бы ты, а не какие-то гурии, исполнила для меня танец с семью вуалями.

— Тогда придется порепетировать. — Она в упор рассматривала мужа сузившимися глазами и вдруг сделала бедрами легкое волнообразное движение.

— Ах, ты, моя Саломея, — Адам, смеясь, поцеловал жену и направился в замок графа.

* * *

Когда Адам появился в замке, Джоффри Анжуйский во дворе атаковал копьем кольцо, укрепленное на столбе. Упражнение получалось у юноши вполне успешно. Адам подошел к небольшой группе зрителей, отметив среди них девушку с кухни, с которой так мило любезничал Тьери два дня назад. Девушка залилась румянцем и хихикнула, прикрывая лицо загрубевшими от работы руками. Адам больше не обращал на нее внимания, с интересом рассматривая демонстрируемое Джоффри мастерство.

Джоффри подцепил копьем кольцо и чисто ушел в сторону, избежав столкновения с мешком, набитым песком. Развернув серого скакуна в конце дорожки, увидел Адама. Передав копье оруженосцу, юноша подскакал поближе.

— Как твое впечатление? — Джоффри дышал немного учащенно, обнажая в улыбке ряд белых зубов. Улыбка его была почти самодовольной — парень знал, что он ловок и красив.

— Неплохо, милорд, — кивнул Адам в ответ, — но стоит немного лучше готовиться к удару. И надо ровнее держать шаг во время движения.

— Учту на будущее, — молодой человек перевел внимание на подвязанную руку Адама. — Как твои дела?

— Рука повреждена, милорд, но я считаю, что заживет довольно скоро.

Джоффри изящно соскочил с коня. Сапоги для верховой езды были сшиты из прекрасно выделанной оленьей шкуры и украшены позолоченными фигурками леопардов.

— А как твой конь?

— Уже встает на ноги, и нынешним утром я скормил ему пригоршню овса прямо из ладони. Но пока еще слишком слаб. Боюсь, нет ли у него трещины в голове. — Губы Адама плотно сжались. — Бог знает, каким зельем его отравили.

Джоффри щелчком пальцев подозвал конюха, и серого скакуна увели. Юноша повел Адама по двору в сторону главного зала замка.

— Мы разыскали парня, который скормил твоему коню яблоки, — сообщил он, внимательно глядя на Адама.

Адам оживился.

— Неужели? И что он сообщил?

— Ничего. Утром его труп выловили из реки. Судя по виду пробыл в воде всю ночь. Наверно, поскользнулся на одном из причалов. Это вполне могло произойти. За этот год у нас утонули уже три человека. — Джоффри говорил спокойно и ровно.

— Понятно, — тихо сказал Адам.

— Я так и думал, что ты поймешь.

Они перешли в зал. Дым из плохо прочищенного камина щипал глаза и набивался в горло. Адам закашлялся, быстро моргая.

— Куда же ведут следы?

— Уильям ле Клито рассказал мне о твоей ссоре с де Мортимером. — Стоя поочередно на одной ноге, Джоффри отстегивал шпоры.

— Как это любезно с его стороны, — скривил губы Адам.

— Ничего подобного. Просто он объяснял, почему нельзя заковать этого сына шлюхи в кандалы и бросить гнить в тюрьму. Убедил, что у Варэна есть основания ненавидеть тебя.

Выражение лица Адама было упрямым и неприступным. Он ничего не сказал в ответ.

— Так это правда?