Цвета лжи - Джорджет Хейер

– Нет, нет, – запротестовал взволнованный сэр Бонами. – Чушь! Я очень благодарен вам за такие слова, но это не так! В конце концов, я баронет.

– Вы, – сказала Кресси, избегая взгляда Кита, – всегда казались мне рыцарем прежних времен!

– Что?! Одним из тех парней, которые повсюду скакали на своих лошадях в поисках драконов! С чего это вам взбрела в голову такая глупая мысль, моя дорогая девочка! Еще и закованный в броню! Послушайте, меня от одной мысли об этом бросает в жар! Уверяю вас, это совсем не в моем духе!

– О, вы меня не правильно поняли! Я имела в виду не драконов, а вашу непоколебимую преданность крестной! Все эти годы вы были ее верным рыцарем!

– Баронетом, – вкрадчиво вставил Кит.

– Я так часто думала о том, как вам, должно быть, одиноко, – продолжала Кресси, не обращая внимания на эту вольность. – В вашем огромном доме, совершенно один, вам должно было казаться, что уже нечего ожидать от жизни!

– Совершенно верно! Хотя, как вы знаете, человек со временем привыкает ко всему, да к тому же я не живу в полном одиночестве.

– Разумеется, у вас есть слуги, но что они значат для вас? Этого же так мало!

Сэр Бонами, содержавший огромный штат, в том числе и трех поваров, которые были совершенно необходимы для его комфорта, считал, что они значат для него довольно много, но воздержался высказывать свое мнение по этому поводу.

– Но теперь все будет абсолютно иначе!

– Да, я знаю, – согласился он, глубоко вздохнув.

– О, и как вам будут завидовать! – сказала Кресси, поспешно меняя тему. – Они будут готовы убить вас, все эти разочарованные поклонники крестной! Я не могу удержаться от смеха, представляя себе огорчение, которое испытает кое-кто из них при вести о том, что вы увели ее у них из-под носа!

Было ясно, что такая мысль еще не приходила в голову сэру Бонами. В ответ он слегка надул щеки, как делал всегда, когда что-то доставляло ему удовольствие.

– Да, ей-Богу! – сказал он. – Они будут готовы убить меня! Самая обаятельная женщина высшего света, у которой больше всех поклонников, и она выбрала меня! Триумф, а? Боже, я готов заплатить пятьсот фунтов, чтобы увидеть лицо Лоута, когда он прочтет об этом в газете! Пожалуй, он действительно готов будет убить меня!

Тут его осенила неприятная мысль и он мрачно добавил:

– Да, и я знаю еще одного человека, который рад был бы выпустить мне кишки, это молодой Денвилл! Я забыл про него. Кит, если этому браку суждено быть причиной размолвки между ним и его матерью, то это разобьет ее сердце, и я скорее откажусь от нее, чем допущу такое!

– Не беспокойтесь, сэр, этого не произойдет! – ответил Кит. – Я не могу обещать вам, что Ивлин придет в восторг от этого брака, но опасаться нечего! Он примирится с этим и ни при каких обстоятельствах не станет разрывать отношения с мамой. В этом вы можете быть уверены.

– Что ж, я полагаю, что в данном случае вам виднее, – сказал сэр Бонами, смиряясь с судьбой. Он тяжело поднялся. – Пора мне пойти наверх и переодеться!

– Сегодня не обязательно переодеваться, сэр: час тому назад приехал генерал Оукеншоу, чтобы засвидетельствовать свое почтение моей матери, и она уговорила его остаться с нами пообедать.

– Неужели?! Ба, я думал, что этот старый кровопийца уже несколько лет как удалился на покой, – воскликнул сэр Бонами. – Ну и ну, что за день сегодня! Один сюрприз за другим! Я не собираюсь надевать вечерний костюм, но должен сменить сюртук и хочу немножко отдохнуть до обеда, чтобы собраться с силами.

– И наверное, выпить немножко наливки? – посоветовал Кит.

– Нет, нет, я не хочу наливки! Дело в том, что я очень разволновался сегодня, что мне вообще-то несвойственно, и чувствую себя немного усталым. Короткий сон снова вернет мне бодрость!

– Как вам угодно, сэр, – сказал Кит, пропуская его перед собой в открытую дверь.

Закрыв дверь, он обернулся и увидел, что Кресси повалилась на стул, хохоча до упаду. В паузах между приступами смеха она произносила:

– О Кит! О Кит! Я думала, что умру! Бедный, бедный сэр Бонами!

– А ты-то с твоим рыцарем! – сказал он. Это вызвало у нее новый приступ смеха.

– Баронеты! – простонала она. – Какой же ты негодник! Я чуть было не умерла со смеху! Не смеши меня больше! У меня все болит!

Она сделала гримасу.

– Но это будет счастливый брак, не правда ли? Когда он привыкнет к этой мысли?

– Думаю, что так и будет, если он только сможет на это решиться.

– Меня интересует, моя дорогая, чья это была мысль, – твоя или мамина? Ну, выкладывай!

– Кит, неужели ты думаешь, что я осмелилась бы советовать крестной выходить замуж за сэра Бонами или за кого-нибудь другого!

– Конечно, я так не думаю. Но сильное подозрение, что именно ты навела ее на эту мысль, у меня есть! Ну?

Она перестала смеяться.

– Не совсем так. Однако, говоря по правде, эта мысль пришла ей в голову во время разговора со мной. Ты сердишься на меня?

– Не знаю. Нет, разумеется, я не сержусь, но… Кресси, она это делает ради Ивлина?

– Не только ради него. Я думаю, в одинаковой мере ради себя и ради него. Я не могу тебе сказать, о чем мы с ней разговаривали, поскольку я обещала держать это в тайне. Я только скажу тебе, что застала ее сильно расстроенной и узнала, что она собиралась… О, идти на ужасную жертву ради Ивлина!., а когда я уходила, выражение лица у нее было игривое! Кит, я действительно искренне верю в то, что она будет счастлива! Ты же знаешь, она очень привязана к сэру Бонами, и ей с ним всегда очень уютно, и, кроме всего прочего, она не должна жить одна! Ты сам это говорил. Ты думал о ее неисправимом мотовстве, а я больше думала о том, что она будет очень несчастна.

– Да, я тоже так считаю. Ну, а как насчет Риппла? Ты же не скажешь, что он сияет от счастья, а?

Она рассмеялась.

– Ну, возможно, и не сияет! А теперь умоляю тебя, не надо снова смешить меня! Дело в том, что он всю жизнь был абсолютно доволен своей судьбой и внезапно понял.., я так думаю.., что у него нет ни малейшего желания менять свой образ жизни. Это, наверное, было для него ужасным потрясением, но очень скоро он смирился с этой мыслью, ведь ты же знаешь, что он действительно без ума от нее! Он будет очень гордиться ею и, несомненно, получит массу удовольствия, тратя на нее огромные суммы денег. О дорогой, посмотри который час, я должна идти, иначе я опоздаю к обеду! Кит, кто этот генерал, которого крестная пригласила на обед? Жаль, что она его пригласила, потому что я должна еще кое о чем рассказать тебе. Я сказала бабушке, что ты не Денвилл.

– Боже милостивый! Тебе что, больше нечего делать? Я думал, мы договорились, что это сделаю я!

Она покачала головой.