Обещание сердца - Эмма Скотт

Закипая от злости, я села обратно и попыталась сосредоточиться на книге. Да, я собиралась уйти, но если бы сейчас покинула «Ла Клоше», то этот парень решил бы, что все из-за него. Так что сбежать пока не удастся. Нужно выждать еще хотя бы пять минут.

Скрыв лицо за завесой волос, я опустила глаза в книгу и незаметно прислушалась, что происходит в кабинке. Мама отругала бы меня за такую дерзость. Впрочем, с такой шумной компанией у меня практически не оставалось выбора.

Я пришла к выводу, что девушка, как приклеенная висевшая на привлекательном высокомерном незнакомце, вовсе не его подружка. Он представил ее как Анну. Она явно не входила в их сплоченную компанию и не знала никого из собравшихся. Впрочем, никто из девушек даже не пытался познакомиться с ней поближе. У меня даже сложилось впечатление, что этот парень, имени которого до сих пор не прозвучало, не в первый раз приводит с собой девчонку.

«Высокомерный, да еще и плейбой. Какой ужас».

Проходила минута за минутой. В динамиках звучали Rolling Stones. Мик Джаггер пел о собственном недовольстве, и я вполне его понимала. Однако, несмотря на весь этот шум, ребята из футбольной команды явно веселились, а мне было так одиноко, что встать и уйти просто не получалось. По истечении пяти минут я украдкой бросила на них последний взгляд.

Они разговаривали и смеялись, обсуждали друг с другом предстоящие важные матчи, и только необычайно привлекательный парень сгорбился на стуле, расставив широко ноги, и что-то рисовал на салфетке. Без дерзкой ухмылки он казался еще красивее.

Похоже, я все-таки засмотрелась на него. Внезапно незнакомец поднял голову и поймал мой взгляд. Ох уж эти темно-синие глаза! Он снова улыбнулся, на этот раз тепло и мягко, отчего у меня перехватило дыхание, а по рукам словно пробежался электрический разряд.

Я быстро отвернулась, вновь скрывая лицо за завесой волос, и пробормотала себе под нос:

– Черт.

Кажется, я снова застряла. Я не могла дать ему понять, что он меня взволновал.

«Это просто смешно».

И все же сердце забилось быстрее, а на щеках отчего-то вспыхнул румянец.

Ждать пришлось недолго. Вскоре игроки вместе с девушками поднялись из-за стола, намереваясь уйти. Я надежно прикрылась волосами, хотя мне безумно хотелось в последний раз взглянуть на привлекательного парня – как будто он околдовал меня. Нет, я была сильнее подобных желаний и никогда не растекалась лужицей при виде красивого мужчины, как некоторые девушки из колледжа.

«А еще избегаешь новых знакомств. Ты могла бы подружиться с этими девушками и парнями».

Чувство одиночества пересилило тоску по дому, и когда за молодыми людьми закрылась входная дверь «Ла Клоше», я выдохнула. Не облегченно, скорее разочарованно.

Я так и продолжала сидеть, уставившись на расплывавшиеся перед глазами слова на странице книги, пока ко мне не подошел официант – молодой парень с непослушными волосами, одетый в джинсы и черную рубашку. Удерживая на одной руке поднос, он протянул мне салфетку.

– С того стола, – пояснил он, кивнув головой в сторону кабинки, где недавно сидели футболисты. – Думаю, это вы.

Я взяла салфетку. Да, на ней в самом деле была я, нарисованная карандашом в профиль. Длинная утонченная рука, отчасти скрытая за завесой волос. Локоть на столе. Подпертый ладонью подбородок. И опущенные, печальные глаза.

Я напряглась и протянула салфетку официанту.

– Она мне не нужна.

Он только пожал плечами, улыбнулся и устремился дальше. Я опустила руку и вновь уставилась на рисунок, даже не сомневаясь, что его создал тот привлекательный парень.

– Видимо, так он и находит себе новую женщину каждую неделю, – пробормотала я вслух по-английски. – Спасибо, обойдусь.

И тем не менее я не оставила салфетку на столе. Вместо этого бросила ее в сумку и пошла к выходу.

Глава 3

Джени

В понедельник утром я решила, что пришло время заявить о себе. Я надела блузку без рукавов в оранжевую клетку, белую юбку и белые сапоги до колена и, зажав под мышкой папку с образцами работ, направилась на факультет журналистики Сорбонны.

Главного редактора университетской газеты звали Антуан Элоин – по крайней мере, так значилось на двери его кабинета. Меня встретил высокий, серьезный на вид парень в черной рубашке и коричневых вельветовых брюках. Он окинул мои ноги долгим взглядом, а потом все же просмотрел портфолио, положив папку на край заваленного бумагами стола. На стене висела фотография Земли, запечатленная с Луны.

– Впечатляет, – произнес Антуан, изучая ксерокопии статей, которые я писала о различных учебных мероприятиях и спортивных командах Калифорнийского университета. Когда он добрался до конца папки и задержал взгляд на глянцевых черно-белых фотографиях акции протеста, сделанных незадолго до моего отъезда из Штатов, мои надежды возросли. – Очень впечатляет. Кажется, для вас есть идеальное задание.

– Готова ко всему, – ответила я, выпрямившись на стуле.

– Футбольной команде «Пари Сентрал» не хватает нескольких очков, чтобы занять в своем дивизионе третье место. Если они станут третьими или даже выше, то перейдут во вторую, профессиональную лигу. Мы уже договорились сегодня ближе к вечеру взять интервью у их звездного нападающего, Адриана Руссо, но наш спортивный обозреватель заболел и не сможет прийти. – Антуан протянул через стол небольшую папку и листок бумаги с адресом. – Так что этим займетесь вы.

Я медленно взяла листок. Надежды таяли все сильнее.

– Соккер?[48] Вы хотите, чтобы я взяла интервью у игрока в соккер?

– Во Франции мы используем слово «футбол», мадемуазель, – поправил Антуан. – Понимаю, в Америке не слишком-то жалуют этот вид спорта, но в остальном мире он необыкновенно популярен. Если бы вы только знали, насколько это престижное задание, то не смотрели бы на меня сейчас с таким кислым видом. – Он пожал плечами. – Впрочем, я всегда могу поручить это кому-нибудь другому…

«А я останусь ни с чем».

Напрягшись, я сунула папку к себе в портфолио.

– Сколько у меня времени?

– Два дня.

– Что мне следует знать об Адриане Руссо?

«Помимо того, что он наверняка самый настоящий эгоист и козел, как и все спортсмены, с которыми я прежде общалась».

– Он лучший центральный нападающий этого поколения. – Антуан воздел руки вверх, как будто все остальное не имело значения. – И студент-медик. Богат. Популярен у девушек. – Он окинул меня бесстрастным взглядом с головы до