Нэй: мой любимый Прародитель - Анна Кривенко

Меня раздирало чувство страха, что эта сущность может взять меня под контроль и навредить дорогим мне существам. А еще открыть им, что я на самом деле — носитель космической заразы внутри…

Нити, связывающие нас с Рианом, в какой-то момент дернулись, и он удивленно обернулся ко мне.

Не стал ничего говорить, только притронулся к моему плечу, как бы спрашивая, как у меня дела. Но я отрицательно мотнул головой и отвернулся.

Ситуация все сильнее выходила из-под контроля…

Рабовладельцы, казалось, чего-то нервно ждали, Ангелика же разрабатывала план по захвату противника, распределяя каждому из парней свои роли.

Мне она никакой задачи не дала. Еще час назад я бы оскорбился, но не в момент, когда всё внутри меня раздиралось от напряжения.

Поэтому, когда отряд слаженно вынырнул из укрытия, поражая противников выстрелами из специализированного оружия, оснащенного парализующим ядом (решение о захвате пленных было принято Ангеликой еще в начале операции), мы с Рианом не сдвинулись с места. Я — погруженный в бушевавшую внутри борьбу, а Риан — внимательно следящий за стремительным развитием сражения.

Нейтрализовать двенадцать из шестнадцати рабовладельцев оказалось делом одной минуты. Но остальные четверо, схватив рабов, спрятались за их спинами, направив пистолеты новейшей модели в виски испуганных детей (большая часть пленников была подросткового возраста).

По пещере разлился страх, стремительно перерастающий в панику и ужас. Рабы дрожали, сжавшись в один перепуганный комок, и даже тьма, бушевавшая внутри меня не на шутку, не помешала мне им глубоко посочувствовать.

— Бросайте оружие!!! — выкрикнула Ангелика, держа перед собой бластер. — Вам все равно не уйти!!! Хотите жить — сдавайтесь!!!

Преступники ничего не ответили, и лишь плач некоторых из рабов нарушал тягостную тишину пещеры.

И вдруг я почувствовал, как что-то твердое уперлось мне в спину, а после чужая рука схватила меня за горло.

— Это вам стоит бросить оружие!!! — воскликнул хриплый голос прямо мне в ухо, и Ангелика тут же обернулась.

Риан побледнел, все ребята беспомощно дернулись, а я… а я и вовсе впал в жуткое по своей тяжести состояние.

Нет, мне не страшен был бластер, упирающийся мне в спину, и уж тем более не пугала рука, чувствительно сжимающая горло. В любое другое время я бы за доли секунды обезвредил этого наглого человека, поразив его ментальной волной.

Но не в этот раз.

Потому что в этом существе тоже жила тьма, и ее было МНОГО!

Её щупальца потянулись ко мне с такой стремительностью, что меня даже парализовало на несколько мгновений.

Тьма, живущая внутри меня, еще больше оживилась и начала разрастаться.

Риан через нашу связь мгновенно ощутил мою панику, и его лицо побледнело еще больше. Однако тут же его черты исказились гневом, и я почувствовал, как он начал буквально полыхать.

Выпущенная им ментальная волна настигла нас в ту же секунду. Меня она обогнула и ударила по стоящему сзади человеку. Тьма внутри него съежилась, а потом в порыве, наверное, жажды мести, вонзила свои щупальца в меня еще сильнее, и отдача от ментальной волны Риана через моего собственного паразита настигла и меня.

Я скорчился от боли, чувствуя, что вся мощь удара Риана в итоге осела во мне, а носитель тьмы за моей спиной наоборот расслабился.

Риан почувствовал, что меня тоже каким-то непонятным образом зацепило, и мгновенно прекратил своё ментальное влияние. Он выглядел настолько ошеломлённым и напуганным нависшей надо мной опасностью, что почти перестал дышать.

Ангелика тихо приказала опустить оружие, смотря на меня напряженным взглядом.

Несмотря на густую пелену перед глазами, я четко видел ее глубокий, спрятанный за непроницаемой маской страх обо мне. Страх потерять. Панический страх…

Удивительно, но именно этот фактор вдруг стал решающим в сложившейся ситуации.

Потому что я ОЖИЛ!

Ожил мой дух, моя душа, воля и еще что-то подобное, составляющее глубинную часть моей личности.

Ангелика была той силой, которая давала мне мощь для сокрушительной победы!

Это было странно и непонятно, но БЫЛО!

Одна только мысль, что я должен жить и победить ради неё, и вот моя тьма уже начинает съеживаться внутри, отлепляясь от невидимых глазу паразитических щупалец стоящего позади человека-сосуда…

Несколько молниеносных движений, и мужчина уже лежит на камнях, придавленный мною к скале, и стонет от боли…

Наверное, он был главарем работорговцев и их незримой надеждой, потому что, как только оставшиеся преступники увидели, что он повержен, то тотчас же сложили оружие, панически умоляя не убивать их…

Я выбил бластер из рук мужчины подо мной и стремительно снял с пояса блокираторы для рук, фиксируя его ладони за спиной.

Когда я поднялся на ноги и рывком заставил его тоже встать, мужчина — потрепанный и осунувшийся — посмотрел на меня неожиданно горящим взглядом. Вдруг белки его глаз начали покрываться темным маревом, а на коже лица и шеи проступила отчетливая сетка вздутых черных сосудов.

— Ты такая же тварь, как и я!!! — крикнул он неожиданно и настолько громко, что ребята из отряда, заканчивающие блокировать руки сдавшихся преступников, оглянулись на нас. — Ты монстр и так сильно жаждешь это скрыть!!!

Я вздрогнул и посмотрел на него расширившимися от ужаса глазами: тьма решила напоследок ударить по моему больному месту. Значит, она сумела проникнуть в мои мысли и считать мои страхи…

— Однажды ты не сможешь совладать со мной… — как змея, зашипел мужчина, мгновенно превратившись в само олицетворение настырного космического паразита. На его безумном лице сияло торжество, а в глазах все сильнее клубилась чернота. — Однажды ты сам убьешь этих ничтожеств своими собственными руками…

Он имел в виду моих друзей.

Его жуткий смех прокатился по пещере, а я наконец-то очнулся и грубым движением ударил по безумцу метальной волной, мгновенно лишив его сознания.

Однако вместе с этим я и сам лишился сил.

От страха.

Тьма вытащила на свет то самое, чего я боялся больше всего.

И теперь она произнесла это перед всеми, кого я любил…

Но этим всё не закончилось.

Упавшее на камни тело безумца буквально на глазах начало распадаться на части и мгновенно истлевать. Сперва не стало кожи, потом мышц, после чего показались кости, но и те за несколько мгновений превратились в труху.

«Значит, он был сосудом-долгожителем, — всплыло в памяти вычитанное когда-то понимание. — Его истинный срок