Надменный любовник - Энн Стюарт

— С ума сойти! — весело сказала Джесс. — Ну и как, удалось?

— Пропавшую корону нашли в нескольких милях, во дворе церкви. Кто-то надел ее Оливеру Кромвелю на голову.

Джессамин уже не думала, что когда-нибудь сможет смеяться, но она ошиблась.

— Видно, у вора неплохое чувство юмора.

— Вероятно. К несчастью, твой друг мистер Клэгг убит. Очень неприятно. Ему начисто снесли голову в Тауэре.

Джессамин поперхнулась чаем.

— Какое несчастье… — пробормотала она.

— Говорят, он умер при исполнении служебных обязанностей. Хотят устроить ему торжественные похороны. Ему и его голове.

— Флер! — воскликнула Джессамин.

— Извини, дорогая! Я не знала, что ты такая чувствительная, — сказала Флер с озорной улыбкой.

— Не люблю части тела по отдельности.

— Думаю, мистеру Клэггу тоже не очень-то приятно.

Джессамин со стоном откинулась на подушки.

— Ты видела маму?

— Мельком. Она как раз выходила из дома.

Джессамин открыла один глаз:

— Выходила?

— Она пошла в магазин за новым платьем. Почему-то мысль о том, что дочь выходит замуж за графа, вылечила ее от продолжительной болезни.

— Но ты вышла не за графа, — возразила Джессамин.

— Конечно, дорогая. Если верить газетам, это ты выходишь за графа.

— Что? — вскрикнула Джессамин. Выскакивая из кровати, она уронила чашку.

— Должно быть, Глэншил был так занят, что не успел сообщить тебе об этом.

Джессамин вырвала газету из рук Флер. Она как раз была открыта на странице светских новостей, и вот оно — объявление о предстоящей свадьбе ее, Джессамин, и шестого графа Глэншила.

— Я убью его! — яростно прошептала она.

— Только после того, как я уеду в Йоркшир, — спокойно сказала Флер. — Благодаря твоей предстоящей свадьбе мама простила мне мой дурной вкус в выборе жениха. Так что я была бы рада, если бы ты подождала с убийством, пока я не уеду. Или уже слишком поздно? — Флер озорно рассмеялась.

— Твой муж, — строго сказала Джессамин, — очень плохо влияет на тебя. Здесь нет ничего смешного.

— Интересно, как твой муж повлияет на тебя.

Алистэйр Маккалпин, шестой граф Глэншил, сидел в спальне перед камином, глядя, как огонь медленно пожирает клубок черной одежды. Он щедро намочил одежду бренди, но все равно она горела как бы нехотя. Алистэйр зачарованно смотрел, как сгорает, превращаясь в дым и пепел, его прежняя жизнь. И ждал, когда же наконец войдет в дверь его новая жизнь.

Ему не пришлось долго ждать. Полуденную тишину нарушили ее громкие, решительные шаги по лестнице. Алистэйр поудобнее уселся в кресле, держа в одной руке стакан бренди, и приготовился встретить свою судьбу. Дверь с треском распахнулась, и она появилась на пороге, словно ангел мщения. На ней было одно из ее простых стареньких платьев, впрочем, очень идущее ей, — ведь ее розовое шелковое платье было перепачкано в крови Клэгга. Волосы снова были аккуратно собраны на затылке.

«Наверное, ей пришлось нелегко, — подумал Алистэйр. — Неудивительно, что она в такой ярости».

— Я убью тебя! — объявила Джессамин.

Он огляделся:

— Боюсь, дорогая, что не смогу предоставить тебе топор палача. Может быть, попробуешь отрубить мне голову столовым ножом?

— Как ты осмелился поместить такое в газете?

Он одарил ее ослепительной улыбкой. Джессамин не шелохнулась, глаза ее пылали гневом.

— Мне показалось, что это неплохая идея. Я бросаю воровать, надо же мне теперь чем-нибудь заняться.

— У меня и так есть занятие, большое спасибо. Уверена, что меня ждет много дел в Йоркшире, когда я уеду к своей сестре.

Он поднялся, и Джессамин настороженно отступила на шаг.

— Но, Джессамин, жизнь со мной обещает тебе такие приключения… — Он медленно подходил ближе.

— У меня уже было достаточно приключений, — сказала Джессамин. — Что-то мне больше не хочется.

— А чего тебе хочется, Джессамин? — уже серьезно спросил он.

— Я хочу иметь дом, много детишек, чтобы они не давали мне покоя. Я хочу уехать подальше из этого города, никогда больше не чувствовать городскую вонь. Но больше всего я хочу мужчину, который любил бы меня.

— Ох, Джессамин, — пробормотал он, — ты требуешь так много и не идешь на компромиссы.

— Никогда, — подтвердила она.

— У меня есть дом, — начал Алистэйр. — В горах Шотландии, далеко от любых городов. Это огромное старое строение, продуваемое насквозь. Но по крайней мере обещаю тебе, что в ближайшее время крыша не обвалится. К тому же там есть озеро, в котором водится самая вкусная в мире рыба. У нас будут дети. Я с большим удовольствием прослежу, чтобы ты постоянно была беременна, если захочешь. — Он умолк, испугавшись собственных слов.

— Это все, что ты можешь дать мне? — спокойно спросила Джессамин.

Он поднял на нее глаза.

— У тебя будет мужчина, который так сильно любит тебя, что скорее всего просто умрет без тебя, — искренне произнес он.

Джесс стояла без движения. Но в следующее мгновение ее лицо осветила такая восхитительная улыбка, что смогла полностью растопить лед его сердца. Она кинулась к нему в объятия. Он целовал Джессамин, а она плакала, и он тоже плакал, когда, подняв ее на руки, отнес на кровать.

Клубок черной одежды, пропитанной бренди, разгорелся радостными языками пламени, наполняя комнату светом и теплом. Но они этого не заметили.