Люби меня - Елена Тодорова

– Саша… Саша, подожди… – поднимаясь, Соня цепляется за мои плечи.

Давит на них, побуждая меня лечь на спину.

– Что ты делаешь? – сиплю сдавленно, пока она взбирается верхом и лихорадочно целует мою грудь. – Что?..

Когда ее горячие и влажные губы добираются до моего живота, только хватаю ртом воздух. Яйца поджимаются. Пах прорезает болезненный спазм. Сперма неудержимым потоком устремляется к семенному каналу.

Со стоном стискиваю Сонины плечи и, наваливаясь, опрокидываю ее обратно на спину. Нависаю, впиваюсь терзающим поцелуем в шею.

– Я хочу до конца… Сегодня… – шепчет она вдруг. – Возьми мою девственность сегодня, Саша… Хочу быть твоей безраздельно…

Не то чтобы я не собирался это делать. Блядь, конечно же, собираюсь. Давно готов. Но, наверное, не здесь. Не в тот момент, когда вокруг нас ебутся пачками, превращая долбаный дом в бордель.

Наш первый полноценный секс, вроде как, должен иметь высший смысл. Произойти как-то иначе. По-особенному. Идеально.

Но, если моя Богданова сама просит, кто я такой, чтобы отказываться? Соблазн слишком велик. Неспособен ему противостоять.

Вскидываю голову. Смотрю Соне в глаза. Принимаю решение.

И…

Шокируя и ее, и себя, взволнованным хрипом его озвучиваю:

– Давай поженимся.

36

Я хочу тебя во всех смыслах…

© Александр Георгиев

Соня цепенеет. Насколько это возможно, учитывая то, что она все еще тяжело и учащенно дышит. Ее приоткрытые, распухшие от поцелуев розовые губы дрожат. Грудь с торчащими малиновыми сосками высоко вздымается. Ошеломленный взгляд суматошно бегает по моему лицу.

Наверное, я бы мог выдать какое-то уточнение. И даже усиление.

Но, во-первых, сам только-только принимаю произошедшие внутри себя перемены. А во-вторых, не хочу торопить Соню.

Сипло выдохнув, мягко толкаюсь макушкой ей под подбородок. Прикрываю веки, сжимаю губы и трусь об нее, словно истосковавшийся зверь. Долго без кислорода не выдерживаю. Почти сразу же размыкаю губы и шумно захватываю воздух. Сглатываю и осторожно поднимаюсь выше – взмокшим лбом по Сониному лицу веду, пока не встречаемся взглядами.

Еще минуту назад казалось, что бьющего в окно с улицы света недостаточно, чтобы полноценно видеть, но сейчас я готов поклясться, в карих глазах Богдановой происходит завораживающий эмоциональный всплеск, и в глубинах радужки начинают переливаться все цвета от ярко-красного до абсолютно черного. Синхронно с этим внутри меня сгущаются чувства, которым я не нахожу определения. Они просто поражают меня своим существованием. Потому что все это сейчас больше похоже на колдовство.

Словно мы выпали из этой реальности. Словно заразили друг друга чем-то запредельным и совершенно точно неизлечимым. Словно стали иными существами.

Обнаженные не просто плотью. Оголены до бестелесного, бесформенного, крайне чувствительного состояния.

– Ты сейчас серьезно? – шепчет Соня сдавленно. Вздрагивает и судорожно втягивает кислород. Закручивает в водовороте своих эмоций глубже. – Ты серьезно, Саш?

– Разве с таким шутят? – хриплю в ответ я.

– Я бы не шутила… – отзывается она еще тише. – Не знаю, что сказать… Ты правда хочешь, чтобы я была твоей… эм-м… женой?

– Я хочу, чтобы ты была МОЕЙ! – на последнем слове все свои эмоции собираю.

Если бы можно было кем-то завладеть только силой своего желания, сейчас бы у Сони точно свободы не осталось.

– Это возможно без женитьбы… Наверное…

– Наверное… – вместе пытаемся докопаться до того, что пока еще не понимаем. – Я хочу тебя во всех смыслах… Во всех, которые возможны… – когда озвучиваю это, ощущаю какую-то удушающую психологическую атаку. Остановить ее не могу. Слегка контролирую. Настолько, чтобы не задыхаться и не терять связь с миром. С Соней, которая им для меня стала. – Блядь… Я просто… Знаю, что многое делаю не так, как ты мечтала… Но я готов учиться… Обещаю… Блядь… Я клянусь тебе, Соня, что буду стараться! – заверяю с жаром, не сомневаясь в том, что так и будет. – Только бы ты продолжала любить меня, хотела быть со мной… И была! Всегда рядом была, Сонь! Чтобы ничто… Никто… Никакая тварь нас разлучить не могла! Потому что… О Боже, может, это странно звучит, но без тебя я зачахну, – не хочу выдавать всю свою помешанность, но удержать все это сейчас никак не получается. – Каждый раз, когда мы расстаемся, я схожу с ума от тоски… Ох, блядь, это точно ненормально, знаю… Но в разлуке с тобой я с трудом час проживаю! Меня так ломает изнутри, сам охреневаю… Не знаю, что ты со мной сделала, Соня… Но, блядь, так уж есть, и я больше не могу это скрывать… Хочу быть с тобой все свое время. Все!

– Саша… – вижу, что потряс ее глубиной своих чувств. Подбирает слова, заставляя мое тело пылать. И это, конечно, не голый стыд. Страх, жадность и одуряющее желание поднять ее «люблю» до тех высот, которые рисую я. – Я понимаю, о чем ты говоришь… И я тоже очень хочу быть с тобой каждую секунду своей жизни… Я выйду за тебя замуж… Боже… Конечно, выйду!.. Боже… Что за ночь?! Я люблю тебя!

Нет, это не любовь. Это чистое безумие.

Потому что едва я слышу ее «да», у меня последний рубильник слетает. Счастье, которое топит грудь, столь велико, что ничего подобного в своей жизни я не помню. Даже из раннего детства, когда еще позволял себе чувствовать на полную.

Соня перекрыла для меня все. Одним махом всю мою прошлую жизнь стерла.

Я в моменте. Здесь и сейчас. Шалею от восторга.

– Значит… – выдаю на волне эйфории. – Сделаем эту ночь еще лучше? – облизывая губы, в горячке с трудом вглядываюсь ей в глаза. Не передумала ли она насчет секса? Как понять? – Могу я, пожалуйста, трахнуть тебя? По-настоящему?

Она отзывается тихим смущенным смехом.

– Можешь… Пожалуйста… Ты же мой настоящий… – каждое слово с придыханием.

О, блядь… Сводит меня с ума… Сводит.

Давно потерян. Но новые и новые грани безумия открываю регулярно.

Движимый невыразимой любовной похотью, буквально набрасываюсь на Соню. Когда мой рот сливается с ее, опьянение усиливается. Растет скачками по мере того, как много ее влаги я набираю и как много оставляю внутри нее.

Все дело в том, что у нас давно выработалась друг от друга зависимость. И каждый раз, когда мы целуемся, рецепторы реагируют на вкус этой зависимости быстрее и острее.

Уверен, что Соня чувствует