Нарисую себе сына - Елена Саринова

владела искусством младенческого пеленания, упражняясь на пузатой глиняной вазе с камина. И даже один раз, закусив губу, проделала тоже самое со Спо. Симона одобрительно хмыкнула. Марит разлепила зажмуренные глаза. Дахи… А Дахи весь день пробегал с Малаем по садам и лужайкам… Два бдительных охранника. Поэтому появление долго отсутствующего в нашем периметре дона Нолдо они пропустили. Зато мы с Марит, сложив на коленях ручки, приготовились все так же благоговейно внимать.

— Вы себя уже хорошо чувствуете?

— Спасибо. Угу.

— Ну да. Сэр Клементе тоже вами и ребенком доволен… Так вот, девушки. Что касается нашего дела, — и, скосившись на спящего Спо, кашлянул в кулак. — Все, как я и предполагал.

— А как? — отозвались мы с края кровати.

— Определенно связь существует. Сегодня утром мой человек с запиской посетил деда монны Марит. Тот, кстати, очень сильно обрадовался, так как сам уже собирался выдвигаться в сторону Диганте. А еще мой человек задал ему пару вопросов… о посетителях, ставших причиной вашего срочного отъезда.

— И что мой дед ему рассказал? — вытянула шейку Марит.

— То, что ему несказанно повезло, и гостей из залива он так и не дождался.

— А-а…

— А мессир Виторио, в отличие от них его навестил. Правда, после посещения монны…

— Розет… Мама моя. Я представляю.

— А я, честно сказать, с трудом, — усмехнулся дон Нолдо. — Ну, да, не в этом дело. А, понимаете, в чем?.. Все произошло по угаданной схеме: информацию о вашем, монна Зоя, и Дахи местонахождении, и мессир Виторио, и в Розе Бэй, получили почти одновременно. И, встреться они там…

— Полетели б клочья по углам.

— Не исключено, монна Марит. А еще у мессира Виторио могли бы возникнуть вопросы к противоположной стороне, и он бы их обязательно с пристрастием задал… Ход моих мыслей понятен?

— Дон Нолдо, — потерла я свой страдальческий нос. — Вы хотите сказать, что во избежание этой встречи люди из Розе Бэй так к Козьей заводи и не явились?.. А это значит, что… были кем-то предупреждены?

— Вы — умница, монна Зоя, — довольно оскалился аристократ. — Осталось лишь вычислить: кто знал о том, что мессир Виторио едет туда и когда.

— Сусанна… Больше некому, — покачав головой, выдохнула я. — Она у него безвылазно в доме живет.

— И что же получается: она монну Фелису и предупредила? — сошла на сдавленный писк подружка.

— Угу. Ведь, наверняка давно догадалась, в чьем кармашке лежит ее пропавший из шкафа платок… Дон Нолдо, и что теперь?

— А теперь, монна Зоя, — глянул он на меня чрезвычайно серьезно. — у меня к вам будет очень ответственный разговор… Монна Марит, вам Спо доверяют?

— Ну, да, — выдала та от неожиданности.

— Вот и отлично. Тогда, с вашего позволенья, я приглашу монну Зою на небольшую прогулку. Ведь она, кроме этих беленых стен ничего еще толком не видела?

— Ой, да, конечно… — развернувшись, состроила мне подружка рожицу. — идите.

— Марит, если что… ну, Симону.

— Вот еще.

— Марит?

— Ой, да иди уже. Гуляй.

И я пошла «погулять». Но, по сторонам старалась воспитанно не пялиться, хотя откровенно было на что. Ведь весь этот большой двухэтажный дом, выложенный из грубого серого камня, был ажурно облеплен балконами, террасами и тенистыми переходами в которых стояли в вазонах, горшках и просто вились по стенам цветы. Всюду были лужайки с ответвляющимися к ним дорожками и в радужных брызгах фонтаны. Мы же, пройдя по узкой аллее, вошли в шумящий под ветром парк. И только теперь дон Нолдо решил открыть рот. Нет, сначала он со вздохом сел на резную скамью:

— Присаживайтесь, монна Зоя. И скажите мне: вам здесь нравится?

— Да. Мне здесь нравится. Здесь только детского смеха не хватает. У вас внуки есть?

— Внуки? — удивленно повторил мужчина. — Нет. Моя единственная дочь, Орлет, с детьми не торопится. Она и замуж-то вышла недавно. И теперь «блистает». Это она так говорит, — и с явным удовольствием процитировал: «Папа, блеск интеллекта прекрасно заменяется блеском платья и драгоценных камней». Хотя, и с первым у нее проблем нет. Это я не хвалюсь. Она — не в меня, в покойную мать… А детям здесь, действительно, было бы хорошо. Я ведь землю эту купил только из-за того, что она особая. Вы ведь это заметили?

— Да. Мне и в долине, и у мессира Беппе было спокойно, но, здесь… — и, подбирая слова, огляделась по сторонам. — У меня все время такое ощущение, будто мне мама волосы мягко-мягко расчесывает. Ведет широкими зубьями по голове, по спине. И от этого хочется вдохнуть… и не дышать. Это глупо?

— Нет, — однако, оскалился он. — Это совсем не глупо. Ощущение материнской защиты. Эта земля, монна Зоя, она когда-то принадлежала накейо.

— А-а. Я так и думала.

— Благотворная энергетическая зона. О ней мало кто знает. Накейо — народ полузабытый. Бенанданти постарались. А я здесь питаю силы… — и теперь сам замолчал. — Я ведь очень болен, монна Зоя.

— Больны?

— И очень давно. Сначала пытался бороться. Долго, но, лишь злобу на бессилие магов и лекарей копил, а потом понял — всему есть своя цена. Значит, это — моя. За прежнюю жизнь. И тогда построил здесь дом. И прожил в нем уже пятнадцать, сверх трех отведенных мне светилами лет. Это — очень много.

— Дон Нолдо, чем вы больны?

— Я не заразен, монна Зоя, — улыбнулся он мне. — Просто сердце мое износилось и лихорадит весь организм. Ну, да, сейчас — не об этом. Это — лишь повод.

— Повод к чему? — прищурила я на солнце глаза.

— Я хочу предложить вам сделку. На первый взгляд она может показаться аморально шокирующей, но, пожалуйста, подумайте хорошо.

— Это… о чем?

— О том, чтобы выйти за меня замуж, а, максимум, через пару месяцев, стать вдовой с титулом и здешними землями.

— Дон Нол…

— Монна Зоя, сначала выслушайте меня.

— Хо-рошо, — набрала я в грудь воздуха.

— У меня и кроме Ящерки есть другие угодья, в верховьях Трессы. Но, за неимением сыновей, они, после моей смерти отойдут к двум племянникам. Дочь свою я тоже не обделил. У нее в приданном — особняк в столице и земли недалеко отсюда. Что же касается этого места… Думаю, племянникам моим и Катии хватит. Орлет оно по закону не отойдет. Вам — тоже, если б я задумал вас удочерить. А вот, как вдове, благодаря последней поправке к Королевскому наследственному Кодексу, такое вполне реально. Если вы сомневаетесь в сроке моей кончины, то…

— Дон Нолдо! — едва не взмолилась я.

— Монна Зоя, пока помолчите… Так вот, мой многомудрый лекарь Клементе его вам