Обманутая любовь - Патриция Райс

Кристина отлично понимала его. Дамиан опасался, что она исчезнет вместе с его ребенком, пока он будет сражаться за независимость своей страны. Ей казалось невероятным, что такой человек способен волноваться за ребенка, еще не появившегося на свет. Кристина так и не узнала того, кто скрывался под маской властного, холодного капера. И возможно, уже никогда не узнает.

– Обещаю вам, что сделаю все ради блага ребенка, – тихо сказала она.

– Я могу верить этому? – быстро спросил Дамиан и, не ожидая ответа, вышел из каюты.

Он остался на борту корабля. Кристина слышала над головой его шаги. Дамиан ждал возвращения тех, кого отправил за припасами в город. За целый день он так ни разу и не наведался в каюту.

Кристина поднялась с постели и оделась, благодаря Бога за то, что качка, наконец, прекратилась. Она убедила себя смириться с любым решением Дамиана.

Когда стемнело, девушка съела ужин, который принес в каюту застенчивый юнга, и отметила, что шаги наверху замерли. Она услышала, как на борт подняли лодку, – значит, члены команды вернулись. Какие новости они привезли?

Наконец пришел Дамиан, держа в руке свернутые листы бумаги. Он как-то необычно смотрел на Кристину и был странно молчалив. Девушка замерла, охваченная недобрым предчувствием.

Она молчала, ожидая решения своей участи.

– Думаю, это принадлежит вам. – Дамиан указал на сверток в руке, но не протянул его Кристине, точно не желая с ним расставаться. – Я не читал. Лишь перелистал и просмотрел одну страницу, прежде чем понял, что это.

– Мой дневник!

Кристина взяла сверток, и Дамиан с интересом посмотрел на нее.

– На странице, которую я прочел, размытые пятна от слез, – пояснил он.

Девушка подняла голову и поймала его пристальный взгляд. Ее сердце учащенно забилось.

Дамиан прочел ее тайные мысли, то, чего она никому никогда не говорила. О чем он теперь думает?

– Кристина, я… – Дамиан беспомощно развел руками. – Мне не надо было читать остальное, чтобы понять, как я глуп. Скорее всего, в моем аресте виновен ваш кузен Тадеус. Я бы догадался об этом, если бы не обезумел от горя и сознания собственной вины. Воспользовавшись вашей беззащитностью, я взвалил на ваши плечи всю тяжесть моего греха. Только теперь мне понятно, что вам пришлось вынести. Но поверьте, я хотел совсем другого.

Кристина сомневалась в искренности этих слов. Слишком долго Дамиан манипулировал ее чувствами.

– Мне очень жаль, Дамиан. Я верила в вас всем сердцем до тех пор, пока вы не вошли в гостиную вашей матушки. Теперь все изменилось.

– Дайте мне время все исправить. Я признаю свою вину и прошу вас учесть обстоятельства. Ваш дядя виноват не меньше, чем я.

Лихой черноглазый капер, гроза морей, с мольбой протягивал руки к ней, дочери простого торговца. Кристина не понимала, откуда в нем такая перемена.

– Какое значение имеют обстоятельства? Моя мама умерла из-за нас, и ничто не вернет ее. Из-за вас и я, и ребенок едва не умерли, а вы бросили меня, отняв все, что было мне дорого. Я пересекла океан, чтобы воспитывать малыша так, как мечтали вы, но услышала обвинения в измене. Что возместит мои страдания?

Его лицо исказилось от боли.

– Так вы не выходили замуж за Джереми? Он помог мне освободиться, точнее – он, ваш дядя и Бен Томас. Барон Аддерли взял с меня слово, что я никогда не вернусь за вами и не попытаюсь писать вам. Таково было условие моего освобождения. Я придумал множество способов, как уклониться от своего обещания, но ваш дядя, должно быть, заподозрил это. Чтобы навсегда избавить вас от меня, он рассказал мне о вашем предательстве. Джереми, зная это, предложил вам воспользоваться его именем в надежде, что вы когда-нибудь будете принадлежать ему.

Потрясенная, Кристина, прижав к груди сверток, смотрела на Дамиана со слезами на глазах.

– Теперь вы отпустите меня? – прошептала она.

– Куда вы отправитесь? К Джереми? Я последую за вами, так и знайте.

– Я не могу отправиться в Англию сейчас. Надо подумать о ребенке. Если в Уильямсберге безопасно, то я поживу там первое время.

Охваченный надеждой, Дамиан приблизился к девушке.

– Пока англичане не ушли с нашей земли, мне было бы спокойней, если бы вы остались с моими близкими. Они знают страну, а вы нет.

– Дамиан, я не могу…

– Ради блага ребенка – не ради меня – обещайте, что останетесь в Йорктауне.

Его умоляющий взгляд тронул Кристину. Прежде она любила этого мужчину страстно, почти безумно, возможно, любила и теперь. Однако Кристина совсем не знала его. Как она могла понять Дамиана, когда он так тщательно скрывал от нее свое истинное лицо. Оставаться рядом с ним – все равно, что играть с огнем. Однако прежде Дамиан уже не раз опалял ее своим пламенем, и она выдержала, значит, надо поступить так и сейчас. Дамиан Дрейтон – ее единственная любовь, от которой нельзя отказаться.

– Я останусь, если вы не будете компрометировать меня, – ответила девушка.

– Я хочу, чтобы вы стали моей женой, Кристина. Вопреки голосу разума я решил жениться на вас с самого начала и не изменил своего решения, даже думая, что вы предали меня.

Дамиан не посмел прикоснуться к ней, боясь, что она бросится прочь. Малейшее резкое движение спугнуло бы ее. Чтобы снова завоевать Кристину, необходимы осторожность и терпение, но на это нужно время, которого у Дамиана не было. Он проклинал войну, отрывавшую его от Кристины. Дамиан хотел, чтобы ребенок носил его имя; более того, он желал женщину, носившую его дитя. И ради этого был готов на все.

Кристина видела, что Дамиан старается сохранить самообладание. Это было так непохоже на ее дерзкого янки. До сих пор он всегда протягивал руку и хватал то, в чем нуждался. Девушка не возразила ему, боясь, что Дамиан снова потеряет контроль над собой.

– Откуда у вас мой дневник? – спросила она, меняя тему разговора.

– Из рассказа моих людей я понял, что его отдала им Лорна. Не судите ее слишком строго. Эта женщина знает мой крутой нрав и, возможно, тревожится за вас. Но я пока еще не так низко пал, чтобы читать чьи-то сокровенные мысли, хотя мне бы очень хотелось знать, что у вас на уме.

Растерянная Кристина стояла в нескольких дюймах от него, и ее волосы мягко блестели в свете фонаря. Как он мог усомниться в ней, зная, что она так беззащитна? Дамиан проклинал свою глупость, понимая, что собственная вина заставила его дурно думать о Кристине. Она не подтвердила, но и не опровергла предъявленных ей обвинений. Эта девушка, возможно, шпионка, но ему следует научиться доверять ей. От этого зависит их будущее.

– Какую страницу вы прочли? – тихо спросила Кристина, желая понять, что заставило его так измениться.

– Видимо, это был день, когда мне вынесли приговор. Все написанное вами очень трогательно. Я прочел совсем немного и по-прежнему почти ничего не знаю. Возможно, когда-нибудь вы расскажете мне обо всем.