Трефовый валет - Барбара Мецгер

– Вы же знаете, что найду, – сказал он.

Но Элли заплакала, и Джек обнял ее.

– Это моя вина, – причитала она, уткнувшись ему в грудь.

– Тише, дорогая. Это вовсе не ваша вина. Мне следовало понять, что этот бесенок лжет.

– Но я отвечаю за нее. За это вы и платите мне так щедро – чтобы я смотрела за ней. А я вожусь со всякими дурацкими платьями, словно какая-то тщеславная дебютантка, в первый раз приехавшая в Лондон.

– Нет, вы помогали мне навести справки о Куине.

– Но я получала удовольствие, выбирая фасоны и цвета и щупая роскошные ткани. Как я могла пренебречь своими истинными обязанностями!

– Вспомните, я просил вас об этом как об одолжении. И потом, вы заслуживаете все эти красивые вещи. Какая женщина не получила бы от них удовольствия?

– Значит, нужно было взять ее с собой. Мы все знаем, что. Харриет начинает проказничать, если, ее оставить одну. Мне следовало оставаться с Харриет и учить ее играть на арфе. Я заметила арфу в музыкальной комнате под чехлом. Слишком долго мы пренебрегали музыкальным образованием девочки.

Джек выпустил Элли из объятий и достал носовой платок. Она высморкалась.

– И хорошо, что мы пренебрегли ее музыкальным образованием, – заметил Джек. – Я дал зарок не слушать этот пыточный инструмент, когда вступил в армию. Займитесь фортепьяно, если это так нужно – я узнаю, настроено ли оно, – но только не арфой.

Элли, хлюпая носом, согласилась.

– И потом, – продолжил Джек, жалея, что у него нет нового повода заключить Элли в объятия, – на какое время вы ее оставили? На пару часов? Даже помощнице судомойки полагается полдня выходных. Неделя с Харриет должна считаться за месяц на войне, так что вы заслуживаете выходных гораздо больше. Мы наймем вам помощницу, настоящую няню, на такие случаи и сможем спокойно куда-нибудь ходить по вечерам.

– И моя халатность будет стоить вам новых расходов?

– Перестаньте обвинять себя, Элли. Это прежде всего моя вина – я поверил этой маленькой озорнице и выпустил ее из виду, пока вас не было. Я поверил ей, когда она сказала, что пойдет вздремнуть. Я знал, что с ней Джокер и котенок и к тому же книга, которую ей только что купили. Я думал, она послушается меня – я велел ей хорошо себя вести. Как будто Харриет – мой солдат! Черт, я не удивлюсь, если Берквист попытается лишить меня опекунства. Теперь, когда появились деньги, он может найти сколько угодно семей, желающих взять эту крошку. Кажется, я только что доказал, что недостоин доверия. В конце концов, что я знаю о том, как быть отцом?

– Вы знаете все, что нужно.

– Кроме того, где Харриет.

Вернулся посланный в «Красное и черное» в сопровождении Даунза и Кэллоуэя, Дарлы и повара. Но Харриет с ними не было. И они ее не видели. Не видела ее и леди Марджори, что выяснилось, когда Элли и Джек быстро пересекли сквер и пришли в Монтфорд-Хаус. Все няни из сквера ушли, забрав своих подопечных домой ужинать. Цветочница давным-давно продала последний букет, а мальчишка-газетчик перебрался с оставшимися газетами в более оживленную часть города. Человек, кормивший белок, уснул на скамейке, и никто не видел маленькую рыжеволосую девочку.

Дворецкий из Монтфорд-Хауса отправился к торговцу отобрать вина, но лакей быстро вызвал Марджори из оранжереи. Молодая леди запыхалась, а Гарольд был без галстука, но Харриет они не видели. Марджори побежала наверх в свою комнату, подумав, что Харриет, возможно, ждет ее там, но нет, Харриет не заходила в спальню. Остальные искали во всех комнатах, выходящих в холл, на тот случай, если Харриет уснула, дожидаясь возвращений леди Марджори. Единственное место, которое им не пришло в голову проверить, была библиотека маркиза.

Они сошлись у входной двери и поспешили обратно в Кард-Хаус, надеясь, что девочка вернулась самостоятельно. Миссис Крандалл заламывала руки, а Дарла рыдала в объятиях Даунза.

Джек послал на Боу-стрит за сыщиком.

– Держу пари, она просто пошла погулять и забыла о времени, – предположил мистер Рорк. – Вы же знаете, какими бывают дети.

Джек не знал.

– Нет, если бы Харриет просто пошла погулять, она бы уже давно вернулась и привела с собой жирафа.

– И она ни в коем случае не пропустила бы пятичасового чая, – добавила Элли, – и не оставила бы Джокера самого добывать себе пропитание.

– Может, она пошла в Гайд-парк посмотреть на разодетых господ? – спросил Кэллоуэй, обнимая Пэтси. – Она любит поглазеть на лошадок.

Элли покачала головой, все еще сжимая в руке носовой платок Джека.

– Нет, она обещала никогда не ходить так далеко одна, а Харриет не нарушила бы данного слова.

Судя по выражению лиц присутствующих, они сильно сомневались в наличии чувства чести у Харриет, но вслух никто ничего не сказал.

Сказала Элли:

– Наверное, кто-то похитил ее, когда она шла отсюда к конюшне, иначе девочка бы вернулась.

Джек выругался. Кто-то уже украл его сестру и так и не вернул ее.