История одной страсти - Патриция Поттер

— Не думаю, что мне когда-нибудь захочется выстрелить по цели. Но я знаю, что однажды мне придется это сделать, и я хочу сделать это правильно. Я не хочу причинять животным страдания.

Йэн почувствовал такую гордость, словно Ноэль был его сыном. Ему пришло в голову, что за последние недели у него было много поводов гордиться Ноэлем и Эми.

Однако Ноэлю было присуще инстинктивное сострадание ко всему живому, которое заставило Йэна пересмотреть свое отношение к жизни и растопило его сердце. Сегодня Ноэль не искал приключения, а стремился познать то, что он считал необходимым, несмотря на боль, которую это познание может принести.

Ноэль Марш вырастет прекрасным человеком.

Однако сейчас он был маленьким мальчиком, и в его глазах Йэн читал сотни вопросов, на которые был не в состоянии ответить.

Вместо этого он подвел Ноэля к поваленному дереву.

— Ложись и целься.

Ноэль послушно лег на живот и приподнялся на локтях. Йэн положил мушкет на его плечо и сказал Ноэлю целиться в лист бумаги, раскачивающийся на дереве.

— Запомни, — предостерег он, — после выстрела будет отдача. Будь готов к этому.

Ноэль нажал на курок и тотчас перекатился на бок от сильного удара в плечо. Но он сразу вскочил на ноги и поднял мушкет.

Йэн молча дал ему другой заряд, и Ноэль надкусил его, высыпал порох в ствол, вложил пулю в дуло и вновь лег на землю.

— Хорошо, — кивнул Йэн и вдруг осекся. Мысленно он вновь оказался в Каллодене, увидел гарь и дым, свои обожженные черные пальцы. Он стрелял и стрелял, вновь и вновь заряжая мушкет, а вокруг него падали его родственники и друзья, орошая кровью поле битвы. Картина сражения предстала перед его глазами словно наяву.

— Йэн?

Очнувшись, Йэн посмотрел на озадаченного мальчика.

— Попробуй снова, — сказал он, отгоняя воспоминания туда, где им и следовало быть: в самый темный уголок души.

Ноэль оперся о бревно, аккуратно прицелился и спустил курок. Воздух наполнил запах серы, а над стволом мушкета поднялась белая струйка дыма. Мальчик остался лежать в том же положении, хотя мушкет снова сильно ударил его в плечо.

Йэн смотрел, как Ноэль три раза перезарядил мушкет, прицелился, выстрелил и, наконец попав в бумажную мишень, торжествующе вскрикнул.

— У тебя меткий глаз, Ноэль, — похвалил его Йэн. — Мы вернемся сюда через несколько дней и потренируемся снова.

Ноэль кивнул и передал оружие Йэну.

— Спасибо, — просто сказал он.

Наклонившись, Йэн убрал с загорелого лба мальчика непокорную прядь каштановых волос. Ноэль улыбнулся, и вместе они вернулись к лошадям.

* * *

Фэнси не собиралась задерживаться в Честертоне дольше, чем необходимо. Она заехала в мэрию и обнаружила, что отец Уинфри еще не зарегистрировал брак. Затем она нанесла короткий визит жене священника и была разочарована, когда добрая женщина сообщила, что не знает, где преподобный отец и как с ним можно связаться. Он должен был вернуться на следующий день, но приходские дела могли задержать его.

Направляясь к конторе Дугласа Тернера, Фэнси с некоторым удовлетворением подумала, что раз она не может найти отца Уинфри, то это не удастся и Роберту. Эта мысль немного утешила ее.

Тернер сердечно встретил ее.

— Миссис Марш! Как я рад видеть вас в добром здравии. — Проводив ее в свой кабинет, он галантно усадил ее в кресло с высокой спинкой, затем занял свое место за письменным столом. — Что я могу сделать для вас сегодня?

— Эти бумаги, которые вы дали мне, — начала Фэнси. — Закладная. Она пропала. Улыбка исчезла с его губ.

— У вас неприятности с этим парнем?

— Нет, нет, — она покачала головой. — По правде говоря, он выкупил свою свободу и согласился остаться с нами по своей воле.

Глубокие складки на лбу усилили выражение озабоченности на лице юриста.

— Было ли это обдуманно?

— Так хотел Джон, — сказала Фэнси. — Йэн уже начал учить нас читать. Он прекрасный наездник и работал не покладая рук в поле, чтобы вовремя посадить табак, и…

Тернер выжидающе поднял брови:

—И?..

— Я вышла за него замуж.

Почтенный джентльмен вскочил и тут же рухнул обратно в кресло. От удивления он не сразу смог заговорить:

— Вы… вышли за него замуж?!

Она кивнула, сделав глубокий вдох.

— Я… мы… Мы подумали, что Роберт может причинить нам неприятности. Мой деверь хочет отобрать у меня ферму, считая, что земли и лошади должны принадлежать ему. Он угрожал мне распустить слухи о том, что я распутница, если я не продам ему закладную Йэна. Он даже подослал ко мне шерифа с угрозами, что общество не потерпит присутствия Йэна на ферме.

— Понимаю. — Тернер помолчал, взвешивая услышанное. — Когда состоялась свадьба?

— Около двух недель назад. Службу провел Руфус Уинфри, приходский методистский священник. При церемонии присутствовали двое свидетелей.

— Понятно, — еще не придя в себя, повторил адвокат.

Фэнси сознавала, что ему нелегко свыкнуться с этой мыслью. Знала она также, что его беспокоило то, что Йэн был каторжником, осужденным за измену, а не сам факт скоропалительного повторного замужества. В колониальном обществе женщины зависели от мужчин. Если у них не было взрослых детей, которые бы им помогали, они вынуждены были как можно скорее находить новых мужей.

Фэнси возмущал такой порядок вещей, но она была вынуждена подчиняться ему. С тех пор как ей исполнилось пятнадцать лет, о ней заботился Джон, отгородив от остального мира. Потом Джон умер и оставил ее наедине с серьезными проблемами, включая и каторжника-чужестранца. Даже если бы Йэн хотел остаться с ней, ей все равно пришлось бы бороться за свою независимость. Она не хотела снова стать уязвимой. Никогда.

Фэнси стиснула руки на коленях.

Тернер, казалось, медленно приходил в себя. С озадаченным видом он спросил:

— О чем вы тогда беспокоитесь? Если ваш… м-м… новый муж такой способный…

— Вчера наше табачное поле сгорело дотла. Удивление Тернера сменилось шоком. Он широко раскрыл глаза.

— Пожар был неслучайным, — добавила она. — Огонь занялся сразу в двух местах, далеко от дома. После пожара я обнаружила, что бумаги Йэна, подписанные мной, пропали.

Она знала, что ответит Тернер, к какому выводу он немедленно придет.

— Рассматривали ли вы возможность того, что табак был подожжен… вашим мужем? — осторожно спросил он.

— Нет, — ограничилась она лаконичным ответом. К его чести, он не стал упрекать или предостерегать ее, а просто спросил:

— Тогда кто, по вашему мнению, устроил пожар?