Согрешить с негодяем - Кара Эллиот

— Не будь чересчур самоуверенным, Хэдли.

— А ты перестань размахивать оружием, — сказал Лукас. — Не то случайно отстрелишь себе что-нибудь.

От ярости Артур покраснел еще больше.

— Ты у меня запоешь по-другому, когда я тебе отстрелю яйца.

— Убери пистолет, Артур, — приказала леди Баттершем. — Как говорит лорд Хэдли, мы должны решить эту проблему раз и навсегда.

— Чего вы хотите? — Внезапно появившаяся Кьяра с трудом отвела глаза от сына и повернулась к золовке. — Денег? Речь не может идти о землях, поскольку, к вашему сведению, они не отчуждаются.

— Земля должна принадлежать мне! — прорычал Артур. — У меня больше прав на наследство дяди Ричарда, чем у этого щенка.

— Еще бы! — Артур не услышал сарказма в тоне Кьяры. — Однако в жизни далеко не все справедливо, и с этим приходится мириться.

— Совсем не обязательно, — коварно прищурилась леди Баттершем. — Иногда жизнь делает неожиданные повороты… Можно ведь заболеть, или вдруг произойдет несчастный случай.

Кьяра задохнулась.

— А иногда совместными усилиями можно избежать капризов случая.

— Я так понимаю; что вы пытаетесь донести до нас, что у вас на уме.

— Простой обмен, — пояснила леди Баттершем. — Леди Кьяра получает сына в обмен на научное открытие, которое она сделала.

— Научное открытие? Не понимаю. — Голос Кьяры упал. — Чем вам может быть интересна моя работа?

Золовка резко рассмеялась в ответ:

— Тем, что правительство заплатит за нее целое состояние. Которое гораздо больше, чем состояние твоего сына.

— Вы заблуждаетесь… — начала Кьяра.

— Не считай меня дурой. — Леди Баттершем помахала своей тростью. — Мы слышали разговоры о том, что Уайтхолл хочет заплатить тебе астрономическую сумму за патент на лекарство для нашей армии. То самое, которое помогает быстро залечивать раны, полученные на поле боя.

Вот дьявол! У Лукаса засосало под ложечкой, когда он вспомнил, как бахвалился успехами Кьяры перед своими друзьями в клубе.

— Полагаю, что суммы, о которых вы слышали, весьма преувеличены, — начал он объяснять. — Это недоразумение…

— Как вы собираетесь это устроить? — прервала его Кьяра. Настал ее черед вести переговоры. — Я очень сомневаюсь, что кто-нибудь хоть на миг поверит, что вы можете иметь права на открытие.

— Все правильно. Только почему бы тебе не передать эти права нам в качестве дара, уведомив всех, что таким образом ты желаешь выполнить волю своего покойного мужа позаботиться о его семье. Мои адвокаты уже подготовили такой документ. Тебе всего-навсего нужно подписать его, и тогда мы сможем продать открытие Уайтхоллу.

— А если я это сделаю, — спросила Кьяра, — вы оставите меня и моего сына в покое?

— У нас больше не будет причин враждовать с тобой.

Очень утешительный ответ, подумал Лукас.

Но Кьяра не стала колебаться.

— Документ у вас с собой?

— Недалеко отсюда. Завтра утром встретимся. — Улыбка пожилой женщины не обещала ничего хорошего. — До обмена мальчик побудет у нас.

— Ни в коем случае.

Артур расхохотался и угрожающе поводил пистолетом у виска Перегрина.

— Не забывай, дорогая тетушка, не ты здесь командуешь.

— Замолчи, Артур, — приказала его мать. — Я сама договорюсь.

— Нет, это я договорюсь, — заявил Лукас. — У леди Кьяры есть другое предложение. Она… то есть я… единовременно выплатит вам десять тысяч фунтов. Вы не можете ничего от нее требовать, но мне хочется как можно скорее покончить с этим делом. Что касается мальчика, вы отпускаете его немедленно. Он пойдет с нами.

— Иди к черту! — выругался Артур. — Ты считаешь, что мы согласимся на мелочь, когда нам светит целая гора денег?

Его матушка хранила молчание.

— Другого предложения не будет, — сказал Лукас. — У вас есть полминуты, чтобы принять решение.

— А что потом? — криво усмехнулся Артур. Несмотря на браваду, с него ручьями тек пот.

— А потом, навозный червяк, я переломаю тебе все кости до единой, — холодно ответил Лукас. Он сделал еще полшага в сторону Артура. Теперь достаточно было еще одного шага, чтобы кинуться на него и выбить у него пистолет, прежде чем тот среагирует.

— Где гарантия, что вам можно доверять? — поинтересовалась леди Баттершем.

Лукас улыбнулся:

— Просто поверьте честному слову джентльмена. Та стала что-то прикидывать в уме.

Но Артур разволновался и замахал руками.

— Мы в лучшем положении, матушка. Не соглашайтесь на их требования!

— Помолчи! — осадила его мать. — Мне нужно подумать.

— Не буду! — закричал Артур. — Мне надоело слушать приказы, как будто я ребенок. Мы разработали прекрасный план, и я приведу его в исполнение.

Теперь пистолет был направлен прямо в сердце Лукасу. Кьяра попыталась заслонить его собой, но Лукас оттолкнул ее в сторону.

— Не бойся, дорогая. Даже такой безголовый идиот, как твой племянник, понимает, какие будут последствия, стоит ему спустить курок. — Он не сводил глаз с Артура. — А если не понимает, его мать объяснит ему. Она знает, что за убийство его повесят.

— Артур! — вдруг взвизгнула леди Баттершем. — Не будь идиотом!

— Идиот? Я? — Слышно было, как он взвел курок. — Явас всех заставлю уважать меня!

Пригнувшись, Лукас бросился в сторону, увлекая за собой Кьяру с линии огня. На этом движении он потерял несколько секунд. К счастью, реакция у Артура была такой же замедленной, как и способность думать. Лукас увидел, как ствол пистолета дернулся, выбрасывая свинец, который должен был угодить ему в грудь.

Вот дьявол! Он получил бы пулю, если бы попытался вырвать пистолет.

Что-то просвистело в воздухе. Послышался звук удара.

Непонятно откуда взявшийся камень треснул Артура по руке, выбив у него оружие из руки. Оно взлетело и бухнулось в воду.

— Меткий удар, Иза! — радостно завопил Перегрин. — Вдарь ему еще между глаз!

Лукас огляделся по сторонам. Он не сомневался, что Изабелла сейчас ахнет вторым камнем.

— Я подавала с подкруткой, сэр, — крикнула девчушка. — Как вы меня учили.

— Это было превосходно, девочка. Но…

Артур уже пришел в себя и снова вцепился в Перегрина. Второй камень пролетел в волоске от его головы. И то лишь потому, что мерзавец в это время поскользнулся на влажных камнях.

— Пусть перестанет! Скажи ей, чтобы прекратила! — завизжал он.

— Достаточно, деточка. — Лукас сгреб ее в охапку и прижал к себе. — А то еще угодишь в Перри.