Последний шанс - Сара Грандер Руиз

РЭЙН:

У тебя развилась сильная любовь к фламенко.

ДЖЕК:

…

РЭЙН:

Я в Мадриде.

ДЖЕК:

Точно.

К сожалению, у меня не развилось сильной любви к фламенко.

РЭЙН:

Проклятье.

А что тогда?

ДЖЕК:

Я открыл записи.

РЭЙН:

Продолжаешь записывать идеи для паба?

ДЖЕК:

Не те записи.

РЭЙН:

…

О!

Ты снова начал делать татуировки?????

ДЖЕК!!!!!!

КЁРРРРРИИИГГГГГГ!!!!!!

ДЖЕК:

Мне следовало тебе позвонить.

РЭЙН:

ДЖЕК КЁРИГ ДАНН!!!!!!

Когда моя запись?

ДЖЕК:

Когда захочешь.

РЭЙН:

ДЖЕЕЕЕЕККККККККККККК

ДЖЕК:

Я тебе позвоню.

РЭЙН:

Не могу говорить. Я собираюсь.

ДЖЕК:

Куда?

РЭЙН:

В КОБ!

ДЖЕК:

Ты это несерьёзно.

РЭЙН:

Спорим?

ДЖЕК:

Ты, и правда, планируешь приехать в Ирландию… сейчас?

РЭЙН:

Ну, не прямо сейчас. Мне надо дождаться вылета, Джек.

ДЖЕК:

Тебе необязательно всё бросать и лететь в Ирландию за тем, чтобы сделать тату.

РЭЙН:

Обязательно! Когда люди прознают, что Джек Данн снова начал делать татуировки, они начнут стучаться в твою дверь, чтобы записаться. Если я не поспешу, ты не сможешь найти для меня время.

ДЖЕК:

Не говори глупостей.

Я всегда найду для тебя время.

Подожди.

Не надо.

РЭЙН:

Где-то я это уже слышала.

ДЖЕК:

Проклятье, Лоррэйн.

РЭЙН:

А теперь серьёзно… Тут есть один дневной рейс. Я приземлюсь в Корке в 22:20.

Но я могу приехать в другое время. Ты, вероятно, занят. Не хочу вторгаться в твою жизнь.

ДЖЕК:

Бронируй.

РЭЙН:

Правда?

ДЖЕК:

Да.

РЭЙН:

А-а-а-а-а-! Хорошо.

А-А-А-А-А!

И… забронировала! А-А-А-А-А!

А-А-А-А-А!

ДЖЕК:

Увидимся сегодня вечером, ciaróg.

Глава 26

Рэйн

Когда я прибываю в Корк, Джек встречает меня внутри терминала. Увидев его, я начинаю широко улыбаться, а, увидев меня, он тоже начинает широко улыбаться. Наверное, мы смотримся абсолютно нелепо, улыбаясь друг другу, как дураки. Если бы меня не заботили мои вещи, я бы бросила их и побежала к нему, поэтому мне приходится просто ускорить шаг, так что я, наверное, даже подпрыгиваю во время ходьбы.

Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от него, я роняю вещи на пол, бросаюсь на него и крепко-крепко обнимаю. А он сжимает меня так, что у меня перехватывает дыхание, и отрывает от пола.

Когда он ставит меня на место, я запрокидываю голову, чтобы сказать ему, как я по нему скучала, но он начинает целовать меня прежде, чем мне удаётся произнести хоть слово.

— Привет, Джек, — говорю я, когда мы отрываемся друг от друга.

— Здравствуй, Рэйн, — говорит он.

Джек настаивает на том, чтобы донести все мои вещи до машины. Рюкзак, походный чехол и гитару. Я прошу его дать мне понести хоть что-нибудь, но он отказывается.

— Ты и так всегда носишь свои вещи, — говорит он. — Дай мне их немного понести. Я могу притвориться, что только что вернулся из мирового турне.

Я смеюсь.

— Из тебя получился бы очень симпатичный бродячий музыкант.

— Ещё бы.

Он поправляет рюкзак на плече.

— Боже, он такой тяжёлый. Что у тебя там?

— Перед вылетом из Мадрида я запихала туда столько хамона иберико, сколько смогла.

Джек только вздыхает и качает головой, в то время как мы выходим из аэропорта.

Когда мы доходим до его машины, я останавливаюсь и смотрю, как он загружает мои вещи в багажник. За эти шесть месяцев я ездила преимущественно в новые города, но также была в уже знакомых местах, где навещала друзей из своей прошлой жизни и тех, что завела после отъезда из США. Было здорово периодически останавливаться у кого-то в гостях. Видеть знакомые лица и заново посещать те города, которые мне понравились в первый раз.

Но моё возвращение в Ирландию ощущается совсем по-другому. Встреча с Джеком ощущается совсем по-другому. И дело не в том, что я уже знакома с этим местом, которое на самом деле едва знаю, и не в радости из-за встречи с другом. Даже если я еду в то место, в котором бывала раньше, я все равно чувствую себя в дороге. Каждый из этих городов — всего лишь передышка перед следующим местом. Но Ирландия ощущается как место моего назначения. Если представить, что моя жизнь это песня, то места, где я побывала, это куплеты, новые и разные. А Ирландия… Ирландия это припев. Место, в которое возвращаешься снова и снова, место, где можно осесть.

А может быть дело не в Ирландии. А в Джеке?

Мы говорим на протяжении всего пути до Коба, хотя я не знаю, что нового мы можем рассказать друг другу, учитывая, что мы почти постоянно были на связи с тех пор, как я уехала. И всё-таки это другое. Мне больше не нужно искать место, где телефон ловит лучше всего. Не нужно помнить о разнице во времени. Никаких задержек с ответами. Он здесь, на водительском сидении рядом со мной. Я могу протянуть руку и коснуться его, что я и делаю. Я беру его руку в свою и не отпускаю.

Боже, как же я по нему скучала.

Собор святого Колмана — первое, что я вижу, когда мы заезжаем в Коб. Он сияет над городом, такой же красивый, каким я его запомнила. Джек, должно быть, замечает воодушевление на моём лице, а может быть я издаю какой-то звук (я слишком поглощена этим моментом, чтобы заметить), потому что он начинает смеяться и ещё крепче сжимает мою руку.

— Над чем ты смеешься?

Он смотрит на меня, а затем на собор.

— За эти шесть месяцев ты посетила столько мест, что я даже сбился со счёта, но при этом так рада видеть наш маленький собор.

Я жестом указываю на окно.

— Он не маленький. Как ты смеешь! Этот собор такой классный. Определённо входит в тройку моих самых любимых соборов. А