Бонус в наследство - Лена Тулинова

   Деми положил ключ женщине в карман фартука.

   – Хорошо, сан Марна, – сказал он. – Больше не увидите.

   Лоресия захлопала глазами и стала неуловимо похожа на Рену.

   – Постойте-ка, постойте… А вы…

   – Я наследство вашей сестры, приятно познакомиться, – Деми протянул руку для пожатия, и повариха отшатнулась от неё, как от чего-то неприятного.

   – Вы… ты раб? Она прислала ко мне раба? – на лице Лоры появилось отвращение.

   Деми пожал плечами.

   – Значит, прислала, – сказал он. – Значит, видеть вас не желает.

   – Передай Рене, что я её тоже надеюсь никогда не увидеть.

   – Этого я вам обещать не могу!

   И довольный собой, Деми покинул кухню, а затем и бистро. Редкий случай, когда ему даже не захотелось утащить с собой хотя бы кусочек чего-то вкусного. Быть может, потому что ничем вкусным тут не пахло.

   По пути домой он снова повернул к мастерской Сэмми.

   – Эй, старикан, – позвал Котт от порога.

   Сэмми выглянул из-за кузова старой-престарой «Игруньи» – грузовичка с брезентовым тентом.

   – Чего тебе? Опять бак пустой?

   – Не, пока не пустой, - сказал Деми. – Скажи-ка, где мне, если что, искать Эйву?

   – Какую тебе ещё Эйву?

   Деми услышал шорох в глубине мастерской, там, где громоздились старые автомобильные сиденья. И сказал громко и чётко:

   – Я же знаю, что ты её приютил.

   – Головой не ушибался? Я, знаешь, бабонек у себя тут не держу. Не по карману мне этакие фифы.

   – А откуда тебе знать, что она фифа? - улыбнулся Деми. – В общем, передай, что у меня на примете выгодное дельце. Вот визитка, если что.

   – Есть у меня твой адресок и телефон, - буркнул Сэмми, забирая у Деми глянцевый прямоугольничек. – Если какая тут фифа появится, передам. Что за дельце-то?

   – Скажи – есть и продавец, и покупатель. Ей понравится.

   – Тридцать процентов со сделки, - быстро ответил старый мастер.

   – Это ты с неё требуй, моей выгоды тут не будет. Я ей помочь хочу, – Деми пожал старику руку и танцующей походкой направился к своему мобилю.

   Позади отчётливо заскрипели старые сиденья. Кто-то там ворочался, видно, неудобно прятаться в таком-то хламе. Но Деми не обернулся. Он и так знал, что Эйва позвонит.

***

Нет проще способа смутить юную девушку, чем застать её в не самом парадном виде. Особенно будучи при всём параде! Рена, в линялой старой блузке и облегающих гимнастических брюках, в косынке на ещё влажных волосах и с тряпкой в руках стояла перед вице-мэром, словно нищая перед королём.

   Аран Гедеон в оливковом пальто из шелковистого сукна, в горчичном кашне, в шляпе и перчатках в тон, казался ей великолепным и удивительно обаятельным.

   – А… вы… Как? - Рена не знала, что и сказать.

   – Вас несложно было найти, – сказал вице-мэр. – Достаточно было всего лишь спросить у инспектора Хагганы, не знает ли она вас, и… и вот я здесь.

   – Зачем? - вырвалось у Рены. - То есть, конечно, проходите… Будете чай?

   Она вспомнила, что к чаю у них ничего нет. Надо было, конечно, забежать в соседнее кафе, чтобы девушки, работающие там, выручили их с Деми молоком, сахаром и хлебом. Но сейчас уже поздно.

   – Значит, вы – Рена сан Марна, - вице-мэр снял пальто и повесил на крючок у двери. - И это – ваше агентство.

   – Да, – Рена выпятила подбородок. - Не так шикарно, как ваш замок, но жить можно.

   Аран Гедеон засмеялся.

   – Нет, правда, – сказал он. – Постойте-ка, а чем занимается ваше агентство? Оно напоминает лавку антиквара.

   Он подошёл к столу и провёл рукой по гладкой и чёрной коже, которой тот был обтянут. Рена вспомнила, чем они с Деми вчера на нём занимались и почувствовала, что краснеет. Но аран Гедеон повёл себя очень странно – обошёл стол, заглянул под него, выдвинул пару ящиков, затем в задумчивости потрогал маленький приставной столик. Внимательно изучил граммофон, особенно трубу, и перебрал пластинки.

   – Вот почему мне показалась знакомой ваша фальшивая фамилия, – сказал он, счастливо улыбаясь. – Вы её решили позаимствовать с конвертов любимых пластинок, да?

   Рена застенчиво пожала плечами.

   – Могу я поинтересоваться… причиной вашего визита? – спросила она официальным тоном.

   – Просто искал тебя, – сказал аран Гедеон. - Когда я говорил про то, что я вижу в тебе дочь… я не лгал.

   – Меня нельзя удочерять, я совершеннолетняя, – сказала Рена быстро.

   – А протежировать можно? – так же быстро спросил вице-мэр. – Так чем твоё агентство занимается? И как можно прозябать в такой дыре, когда один только стол…

   Он вдруг с подозрением посмотрел на девушку.

   – Ты и понятия не имеешь, сколько стоит твоя мебель, да? Вон то кресло, или столик, или…

   Тут аран Гедеон уставился на картину и осёкся. Словно утратил дар речи.

   – Господин вице-мэр, - пролепетала Рена, испугавшись, что ему плохо.

   – Ты можешь называть меня, скажем, Эдданом, – сказал Гедеон рассеянно. – Откуда у тебя эта картина, Рена?

   – А что? Она тоже антиквариат? - заинтересовалась Рена.

   Она не то чтобы не верила вице-мэру, но понимала: если бы старая обстановка офиса действительно стоила каких-то серьёзных денег, нотариус не стала бы оценивать «Бонус» в четыре кружка. Или сколько он там стоил… Она не стала бы говорить, что агентство ничего не стоит и обязательно порекомендовала бы Иве и Лоре оспорить завещание отца, невзирая на кругленькую сумму, в которую могла бы вылиться тяжба. Антикварная мебель… Кажется, дело тут вовсе не в истинной стоимости старья. Рене показалось, что она догадалась.

   – Думаю, вы решили сжульничать, – заявила девушка.

   – Сжульничать? – изумился аран Гедеон. – Нет, правда?

   – Правда. Вы, наверное, подумали, под каким предлогом вам удобнее сунуть мне деньги? Не старайтесь, аран Гедеон. Эна Хаггана тоже пыталась ухаживать за мной таким способом, и знаете, что? Ужасно неприятный способ! О чём только